Глава 25
Пришлось ещё немного подождать. Мы с капитаном Кречетом первыми увидели приближение почётной и неожиданной делегации. Капитан, наверно, еще раньше меня. Я давно уже подозревал, что он видел в темноте лучше кошки и зрение Часового тут совершенно ни при чем.
Движущийся к нам от пришвартовавшегося к заросшему травой полю громадного дирижабля отряд состоял всего из пяти человек. Два из которых были громыхающими на всю округу силовыми доспехами Часовыми. Один смахивал на моряка, и двое вроде как гражданских. Тип из гражданских, кутающийся в толстый балахон, подозрительно был похож на волшебника, второй выглядел как отставной вояка, чью выправку и движения не скроешь ни за какой повседневной одеждой.
Что удивительно, Часовые были безоружными, так же, как и остальные гости. С другой стороны, для чего пассажирам имперского корабля приходить к нам с мечами? Похожий на чародея человек и один из Часовых несли яркие, застекленные фонари, рассеивающие жёлтыми трепещущими огоньками ночную мглу.
Спустя еще время они вступили в полукруг отбрасываемого открытым трюмом «Икара» света, и остановились.
Судя по лысой голове, затянутый в утеплённый толстый балахон неприятного вида сорокалетний мужик и впрямь был следующим старинным традициям колдуном. Не исключено, что и корабельным магом. Два огромных, закованных в чёрный металл воина замерли за спинами остальных безликими башнями.
Четвёртый человек в этой компании, одетый в приталенный мундир с накинутым поверх длиннополым бушлатом офицера воздушного флота, молчаливым кивком приветствовал нас, остановившись на одной линии с Часовыми. Те молчали, так же как и сложивший на груди руки чародей, поглядывающий на нас бегающими тёмными глазками. Я буквально кожей ощутил, как рядом со мной напрягся Рогволд. Мой же Грифон, ещё несколько минут назад ожесточённо грызущий меня, предусмотрительно затих.
Мы, также молча, ни говоря ни слова и не совершая лишних движений, смотрели на прибывших к нам людей. Отдуваться за всех пришлось пятому члену встретившей нас братии. Высокий, широкоплечий, неопределенного возраста, с ничего не выражающим лицом, в длинном суконном пальто и непокрытой головой. Он сунул руку за пазуху и вытащил свёрнутый рулоном и скоплённый печатью лист бумаги.
— С возвращением, господа, — холодно улыбнулся он, подходя к нам вплотную. Протянул трубочку капитану Кречету и представился. — Я личный советник Светлого Князя Романа Рокоссовского Арнольд. Старший помощник капитана «Федора Второго» лейтенант Зубов, уважаемый мэтр корабельный чародей Хамовник. Часовые Девятой Стражи. Нам стало известно о вашем успешном возращении с задания Императора. Государь и Князь благодарят вас за службу и выполненную работу, Часовые. Империя этого никогда не забудет. К сожалению, ни император ни князь не могут снова приветствовать вас лично…
Не торопясь вскрывать адресованное ему послание, Кречет передал письмо Рогволду, который, нахмурившись, начал внимательно изучать скрепляющие бумагу гербовые печати.
— Согласно первоначально оговоренным директивам, нас должны были встретить в Столице, — Кречет очень внимательно посмотрел на советника князя. — Я получил совершенно точные указания от князя, уважаемый…
Назвавшийся советником человек был непрошибаем. Он указал острым, гладко выбритым подбородком на бумагу в рамках Рогволда.
— Вам достаточно лишь развернуть послание. Уверен, все объяснения вы найдёте внутри письма, написанного лично рукой самого Константина Коренева.
Аргумент, и не поспоришь. Я, стараясь держать морду кирпичом, невозмутимо рассматривал государевых служащих. И что-то мне в их облике не нравилось. Настораживало что-то. И этот хмырь, представившийся личным советником самого Светлого Князя. Разве самым доверенным лицом, которому Рокоссовский доверял все, даже самые серьезные тайны, был не Валентин, который навестил меня в Академии и вручил верительную грамоту для предъявления в Лютограде капитану Кречету? Или у князя несколько самых доверенных первых помощников? Странно…
Но помимо этого, было что-то еще, чего я никак не мог понять. И продолжал исподлобья подглядывать на наших новых знакомцев. Рогволд меж тем вернул Кречету свёрнутую трубочкой бумагу и нехотя произнёс:
— Печать подлинная. Письмо не вскрывали, на нем специальное наложенное заклинание. Если попадёт не в те руки, тут же сгорит. Послание адресовано именно вам, капитан Кречет.
Советник князя позволил себе скупую улыбку, словно наша изрядная насторожённость и подозрительность его забавляли. Кречет, с хрустом сломав печать, отчего бумага на секунду озарилась голубоватым маревом, развернул послание и углубился в чтение. Это не заняло у него много времени. Прочитав письмо, он с насупленными бровями засунул его во внутренний карман мундира и сказал:
— Подписано лично государем. Я знаю его роспись. И почерк. Новый приказ, Часовые. Мы должны передать груз на борт «Федора Второго» под их полную ответственность и возвращаться в Лютоград, к месту несения постоянной службы.
Не скажу, что я был удивлён. Чего-то подобного я подспудно и ожидал, как только имперский корабль вышел с нами на связь. Большая политика есть большая политика и хрен его знает, почему так все резко поменялось. Нам только и оставалось, что молча подчиниться. На это и весь расчет… Допустим. Но как же данное Императором слово⁈ Где мои документы, возвращающие мне право на ношение законной фамилии? Что за дела?
— Я не вижу господина Лиднера, — вероятно, сочтя основную часть своей миссии выполненной, Арнольд с нескрываемым любопытством пытался рассмотреть за нашими фигурами ярко освещённый открытый люк корабля. Словно государев эксперт и тайный колдун где-то там прятался ото всех. Чудно.
Опережая всех, Кречет, не меняясь в голосе, произнёс:
— К сожалению, во время выполнения задания Государя Алесандр Лиднер погиб. Пал геройской смертью на территории врага.
От меня не укрылось, как на неприятной невозмутимой роже лысого чародея по имени Хамовник, промелькнуло и тут же исчезло изумление. Вероятно, этот человек привык всюду держать свои эмоции под контролем. И был крайне удивлён новостью о гибели Лиднера. Значит, Александр был довольно сильным колдуном. Хамовник, кашлянув, хрипло сказал:
— Погиб! А его тело? Вы оставили его там, в ведьминых землях⁈
Кречет с непонятной усмешкой посмотрел на колдуна и сказал:
— Наша операция была очень опасной и тяжёлой и меньше всего походила на увеселительную прогулку. Да, Лиднер остался там. Мы не смогли его унести. Так же как и тело нашего товарища по мечу, сержанта Кирилла Ростоцкого. А еще один Часовой во время выполнения задания был тяжело ранен и находится до сих пор в лазарете. Мы и сами едва спаслись. Но задание Императора выполнили.
Знали ли эти люди, в чем именно заключалась задание и что за груз мы им должны передать, я затруднялся ответить. Но, судя по снова переменившемуся лицу Хамовника, понял одно. Этот неприятный тип точно знал, что носил с собой убитый капитаном Лиднер. Сомневаюсь, что он так стал бы печалиться о погибшем собрате по цеху, если бы не ведал, амулет какой мощи якобы остался на той стороне вместе с телом Александра.
Арнольд, сочувственно вздохнув и бросив предостерегающий взгляд на Хамовника, со скорбью в голосе произнёс:
— Мне тяжело слышать о смерти всех этих достойных людей, капитан… Но на всё воля Всевышнего. Вы выполнили благое дело и послужили Империи. Страна всегда будет гордиться своим героями. А благодарность государя не заставит себя долго ждать. Не мог бы я взглянуть на груз?
Кажется, на этом с условностями и обязательными речами было покончено. Этих людей в первую очередь интересовал перевозимый нами груз минералов. И снова лишь размытые, избитые до банальностей слова. И опять никаким боком о даруемой мне Императором фамилии. Разве при подобных, изменившихся обстоятельствах, этот человек, представившийся личным советником и помощником Романа Рокоссовского, помимо письма от Вседержителя, не должен был передать и мне кое-какую бумагу? Ничего не понимаю!
