Я повернулся к капитану. Но не успел и рта раскрыть, как тот, чуть смежив веки, знаком показал мне заткнуться. Дьявольщина какая-то! Затем мы все вместе прошли в десантный отсек, где, тщательно закрепленный, стоял большой железный ящик, с откидывающейся на петлях крышкой, запертый на массивный замок и запечатанный Рогволдом магическими скрепами. А поверху затянутый плотным брезентом. Железную вагонетку, из которой мы и пересыпали в заранее приготовленную еще в Цитадели тару камни, выбросили за борт еще над землями ведьм, надеясь, что, рухнув с такой высоты, тяжеленная тележка проломит голову какой-нибудь мерзкой твари.
Рогволд провёл руками над огромным ящиком, поверхность которого на пару секунд объяло тусклое малиновое пламя, и молча кивнул Хамовнику. А Кречет передал советнику Светлого князя зубчатый большой ключ.
— Проверять будете?
— Нам строго воспрещено загадывать внутрь, — признался Арнольд, с нескрываемым любопытством посматривая на сундук. — Наше дело забрать ваш груз и доставить его по новому месту назначения. Мы знаем намного меньше вашего, капитан Кречет.
Хм, даже так? Ладно, допустим, он не врёт. Но о размере груза и его весе им точно было известно. Для того с ними и пришли два закованных в силовую броню Часовых. Огромные железные воины взялись каждый за приваренные к ящику ручки-скобы, с усиленным жужжанием приводов и шестерёнчатых механизмов брони подняли ящик и, тяжело ступая, двинулись на выход.
Распрощались мы там же, где и встретились. Провожая скрывающиеся в ночной тьме фигуры, слушая завывания разгоняющегося степного ветра и вдыхая запах сухого ковыля, я решительно отказывался понимать всё происходящее. И надеялся, что капитан Кречет даст мне ответ на так волнующие меня вопросы.
Когда мы вернулись на борт и «Икар», взмыв в воздух, начал разворачиваться, чтобы прокладывать курс на Лютоград, вместо меня на капитана накинулся Рогволд. Мы остались втроем в нашей каюте, куда вместе с нами зашёл и задумчиво покачивающий головой командующий Тринадцатой Стражей. Он несколько раздраженно поднял ладонь и сунул пыхтящему от возмущения чародею государеву бумагу под нос.
— Читайте.
В каюте горел дежурный светильник возле самой двери, и Рогволд, встав под ним, спешно развернул гербовую бумагу. Я тут же заглянул ему через плечо.
«Приказом сим повелеваю в полной мере, без возражений и прекословий исполнить Мою волю. Вследствие изменившихся обстоятельств, о которых Я не могу вам сообщить, приказываю в спешном порядке передать груз на борт корабля „Фёдор Второй“, под защиту и для дальнейшего сопровождения в условленное место. Людям, которые вам передали письмо, Я безмерно доверяю. Князь Роман Рокоссовский лично за них поручился. Позвольте выразить вам свою признательность за выполненную службу, капитан Кречет. Возвращайтесь в Лютоград. Держите рот на замке и забудьте обо всем, что произошло за границей. Несите службу. Империя и Я лично вам благодарны. Данные вам обещания будут выполнены в самые ближайшие сроки. Император и Великий Князь Великорусской Империи Константин Коренев.»
Подпись, личная печать государя и все. Я остолбенело уставился на исполненное одного официоза и несущее в себе мизер полезной информации послание. И это все? Понятнее не стало ни на грамм! Ясно только, что нам по какой-то причине в самый последний момент резко перестали доверять и не иначе как захотели перепрятать ценнейший груз в совершенно другом месте. Возможно, даже и не в Столице. А например там, где находится секретная лаборатория по обработке камней и превращению их в источники энергии.
— Как-то все ровно и пространно, — промычал Рогволд, возвращая бумагу капитану. — Но документ подлинный, тут и сомнений быть не может…
Я же, застыв, тщательно прислушивался к своим инстинктам. Мой грифон, внезапно проснувшись, как только мы отошли на достаточное от точки встречи с делегацией Императора расстояние, снова ожил. О чем-то предупреждая. Что происходит? О чем он хочет меня предупредить?
— Приказ был ясен и этого достаточно. Мы своё дело сделали, возвращаемся в Лютоград.
Кречет с легким беспокойством посмотрел на меня и, прочистив горло, сказал:
— Бестужев, не думаю, что государь забыл о своём обещании. Ты же сам прочитал, все будет выполнено…
— Тогда, когда это будет удобно самому Императору, — тихо сказал я. — Может, после выполнения еще одного опасного и архиважного для государства задания⁈
Ледяным тоном капитан повторил свои слова, что мы возвращаемся в Цитадель Тринадцатой Стражи. А мне наказал отправляется на боковую и вышел в коридор несущегося на крейсерской скорости домой дирижабля. Ругнувшийся Рогволд последовал за капитаном, оставив меня полным возмущения и кипящей злости в одиночестве.
После их ухода, я еще долго не мог уснуть, ворочаясь на своём лежбище. Дежурная лампа погасла и каюта погрузилась в серую полутьму. Но я потерял всякий покой. Хорошо хоть, мой Грифон вроде как успокоился. Признаться, я так и не понял всплеска его активности. Что он хотел мне сказать? Затем я все-таки уснул и, наверно, проспал мёртвым сном почти до самого рассвета.
А потом, проснувшись, я внезапно понял, что мне так не понравилось во встретивших нас людях. Что меня встревожило и мозолило взгляд, находясь перед самым носом, а я так и не смог этого вовремя рассмотреть. Я непроизвольно расширил глаза. Возможно, я ошибаюсь и это просто мое разыгравшееся воображение. А возможно, у нас впереди намечаются очередные крупные неприятности. Стремглав подскочив с лавки и лишь каким-то чудом не разбудив вернувшегося ночью Рогволда, храпящего на своем месте, я кинулся вон из каюты.
* * *
— Смотрите, — я ткнул пальцем в потёртую исцарапанную поблекшую броню капитана Кречета, прямо в область грудных броневых пластин. Мой голос весь дрожал от возбуждения. — Что вы видите, капитан⁈
— Свои доспехи и чересчур подозрительного юнца, который подводит меня к очень нехорошим помыслам, попахивающим ересью, — буркнул Кречет, тем не менее внимательно присматриваясь. — Бестужев, если ты приволок меня сюда ни свет ни заря только для того, чтобы полюбоваться на собственные доспехи…
Я же был неумолим. Резко повернулся к закрепленному рядом на специальной раме боевому комплекту Дорофеевой. И так же ткнул пальцем в ее грудную кирасу.
— А здесь⁈
— Бляхи Ордена Часовых. Тринадцатая Стража. Такие есть каждой броне любого Часового.
Я поскреб пальцем потемневшую, порядком истёртую бляху, приклёпанную к панцирю, на которой в бронзе был изображён циферблат часов, с замершей на цифре «тринадцать» стрелкой. Кроме нас в десантом отсеке никого не было. Я посмотрел на капитана и уверенно произнёс:
— Господин капитан, я думаю, что мы стали жертвами чудовищного обмана. Эти люди, которые представились посланниками государя и светлого князя, не те, за кого себя выдавали.
— Бестужев, — подобно раздражённому медведю зарычал Кречет. — Тебе знакомо слово «измена»⁈
Я продолжил, торопясь развить мысль.
— На значках тех Часовых была цифра девять. Вроде все и правильно. Раз на военном корабле имперского флота прибыли люди князя, значит, бойцы Девятой стражи. Но, почему тогда на их определенно побывавшей не в одной переделке броне значки были совершенно новенькими? Да они так блестели в свете фонарей, что едва глаза не резали нам, идиотам! А знаете почему? Да потому, что их приколотили на панцири только перед нашей встречей, убрав настоящие. И пусть меня утянут все адские демоны в свои логова, если раньше на груди этих воинов на были опознавательные символы Шестой Стражи графа Перумова!
Кречет озадаченно смотрел на меня так, словно я на его глазах опровергнул теорию относительности Эйнштейна!
— А этот лейтенант Зубов? Почему он был без фуражки? Поверх его мундира был наброшен бушлат. А голова осталась непокрытой. Он военный моряк, офицер! Ланской даже спит, наверно, в фуражке! Дальше. Я знаю, как выглядит главный и наверняка единственный помощник Рокоссовского, которому он может доверить абсолютно все секреты. Совсем не так, как этот мужик, что назвался Арнольдом! Советника и секретаря Светлого князя зовут Валентин. Да черт с ними, с именами. Эти типы могли назваться кем угодно, поскольку никто из нас не знает командный состав «Федора Второго» и приближённых к Императору и князю людей. Но я думаю, что и корабль, который нас перехватил, вовсе не тот, кем был представлен в сообщении по магической связи! И как быстро они нас взяли в оборот! Откуда они могли знать, что мы вернулись и движемся к Столице? Я сомневаюсь, что сержант Корнедуб, получив наше сообщение, лично отрапортовал в Новоград. А это значит, что в Цитадели, как я и предполагал, сидит крот и раз за разом сдаёт нас! Ну что, вам еще недостаточно доказательств? Вы ещё не поняли, кем мы стали минувшей ночью⁈
