– С Доннией всё кончено, – прошептал он едва слышно, – я отпустил её, наложил заклятие. Пути назад уже нет, скоро… скоро её свадьба с Первым рыцарем.
– Ох, ну и дурак же ты! – сказала девушка и потащила его дальше по улице. – Ведь сам рассказывал мне вчера про девять дней, чтобы отменить чары Лабиринта забвения. Осталось восемь! Но есть ещё кое-что, не правда ли?
– Да, – болезненно поморщился маг. – Если она полюбит другого, то возврата не будет.
– Не полюбит, а переспит, – бесцеремонно поправила Ринарет. – Вряд ли за пару ночей можно кого-нибудь полюбить всем сердцем.
– Ты в этом хорошо разбираешься, да?
На этот раз остановилась она. Губы её чуть вздрогнули, она поспешно поджала их, и это было всё, что заметил Келлард. Ресницы были опущены. Медленно выдохнув, она покрепче взяла его за локоть и тихо ответила:
– Во всяком случае, лучше, чем ты.
– Я не хотел тебя обидеть. – Он осторожно обнял её и заглянул в лицо. Оно оставалось непроницаемым, будто на ясные глаза девушки была наброшена тонкая теневая вуаль. – Но я не успокоюсь, пока не услышу ответа. Прошлой ночью…
– Да, – просто ответила она. – Мне было хорошо с тобой, но я очень хочу оставить это в той комнате и никогда не вспоминать. Договорились?
Келлард молча кивнул, и она улыбнулась ему почти искренне.
Глава 11
– Эльфы! – сварливо фыркнул старый Урф, прищурив единственный глаз и разглядывая портреты королевской семьи в кружевных позолоченных рамах. – Все, как один, костлявые, надменные и абсолютно бездарные твари…
– Ты что-то сказал, Урф? – весело поинтересовался принц Лорион, появляясь в приёмной комнате.
Несмотря на бессонную ночь, оставившую под глазами юноши сероватые тени, он пребывал в прекрасном расположении духа. Наследник престола был одет в лёгкую светлую рубашку и облегающие брюки для верховой езды. На поясе красовалась его любимая сабля, вьющиеся рыжеватые волосы были убраны в высокий хвост на затылке.
– Да, хозяин, – прокряхтел придворный маг, подобострастно склонив растрёпанную седую голову. – Я говорил о том, как глупы и высокомерны некоторые эльфы в вашем сиятельном окружении. Смотрят на меня презрительно, будто я пыль на ковре или кошачье дерьмо.
– А-ха-ха-ха, – расхохотался Лорион и потрепал бывшего призывателя по плечу. – Неужели кто-то снова обидел моего верного слугу?
– Эти жалкие создания не стоят того, чтобы мы говорили о них, – Урф небрежно махнул рукой. – Вы просили меня явиться, и вот я здесь. Полагаю, меня ждёт какое-то поручение, мой драгоценный принц?
– Да, – улыбнулся юноша и сделал знак застывшему поодаль лакею выйти прочь и прикрыть двери приёмной.
– Слушаю вас со всем возможным вниманием, хозяин, – снова поклонился маг, опираясь на высокую спинку стула.
– Сядь, – велел Лорион, и старик с облегчением уселся на расшитую подушку.
– Требуется приготовить яд или мы будем творить проклятие? – Вечно воспалённый красный глаз колдуна вспыхнул интересом.
– Не угадал.
Принц подошёл к столу, где в идеальном порядке были разложены письменные принадлежности, стопки промокательной бумаги и нетронутые ароматные свечи.
В вазоне из тонкого зелёного стекла горкой красовались яркие алые с жёлтым яблочки. Маги из Гильдии умели сохранять осенние фрукты и ягоды до следующего сезона, но всё же для утончённого вкуса королевского отпрыска разница со свежесобранными яблоками была слишком заметна. Повертев одно из них в руках, он наморщил нос и вернул яблоко на место. Придворный маг терпеливо ждал, когда хозяин вновь заговорит.
– Меня беспокоит этот колдун из подземелья Храма… – Улыбка принца померкла, превратившись в презрительную ухмылку.
– О, я давно говорил Его Величеству и вам, мой господин, что призывателям не место в Фэите!
– С этим вопросом мы разберёмся позже. Сейчас я волнуюсь о другом. Королевская армия в скором времени вернётся в город с победой, это произойдёт завтра или даже прямо сегодня, если верить сообщениям гонцов. Как ты знаешь, во дворце планируется праздник – свадьба Первого рыцаря Талемара.
– И дочери Верховной жрицы, – покивал Урф, потирая озябшие ладони.
– Всё верно, – сквозь зубы процедил Лорион. – Вчера я навещал жрицу Аланну и её дочерей, и знаешь что? Я видел во дворе поместья этого неугомонного колдуна. Опасаюсь, как бы он не помешал грядущей свадьбе.
– Бросьте его в темницу, Ваше Высочество! Помяните моё слово, нет в Гильдии призывателей существа более гадкого и ядовитого, чем магистр Эльсинар. С тех пор, как инквизиторы замучили его жену, он только и делает, что мстит всему миру живых. А между тем отравляет разум таким впечатлительным и нежным существам, как Донния. Всё же не стоило наказывать девушку так жестоко, хозяин, куда полезнее было бы расправиться с Келлардом.
– В другой раз я прикажу выпороть тебя, чтобы ты не сомневался в моих решениях, – сказал принц, погрозив придворному магу пальцем.
Старик обиженно засопел, но возразить не посмел.
– Ты пойдёшь к сестре Доннии и побеседуешь с ней по душам, а заодно проверишь, нет ли на ней какого-нибудь вредного… заклятия. Не хочу, чтобы Первому рыцарю досталась подпорченная невеста, всё же победители заслуживают достойной награды!
Лорион кивнул в сторону двери и приподнял брови, словно желая спросить у колдуна, чего он ждёт, когда задание уже озвучено.
– Как мне действовать, если я обнаружу следы тёмной магии в доме Верховной жрицы? – осведомился Урф, склонив голову.
– Распознай, что это за заклинания, и расскажи о них мне. Я чувствую, что без нашего вмешательства дело может принять непредсказуемый оборот. Ты ведь согласен с тем, что личное благополучие королевских военачальников – это дело государственной важности?
– Несомненно! – воскликнул старик, тяжело поднимаясь на ноги и хватаясь за поясницу. – Было бы неплохо, однако, если бы радикулит придворного чародея тоже стал бы важной задачей для лекарей Гильдии Магов. Дворцовые целители меня упорно игнорируют.
– Исцели себя сам, Урф! – недовольно скривился принц Лорион.
– Не имею возможности, – развёл руками пожилой колдун. – Вы когда-нибудь слышали о добровольных жертвах призывателей? Я ведь был одним из них. У тёмных магов есть ритуал, в ходе которого они отказываются от чего-то крайне важного, а взамен получают кусочек власти над сумраком.
Лорион заинтересованно уставился на Урфа:
– Любопытно. Сделка с демоном?
– Не совсем, хозяин, но очень на то похоже. Скорее плата за влияние или, если хотите, пропуск «на ту сторону», в междумирье, возможность находиться там неограниченное количество времени и совершать некоторые изменения.
– Я думал, для этого достаточно иметь тёмный дар в крови, разве нет? – пожал плечами принц.
– Дар даёт возможность проникать в сумрак и общаться с тенями и заблудшими душами, но если ты желаешь, чтобы существа оттуда служили тебе, то потребуется принести что-то в жертву, – разъяснил колдун, шумно вздыхая. – Я не могу обратить дар на исцеление собственных ран или недугов, кто-то отказывается от мирской любви или привязанностей, кто-то расстаётся с мужской силой или способностью иметь потомков. Выбор остаётся за магом, но это всегда что-нибудь ценное, иначе ничего не получится.
– Уверен, всё это придумано нарочно для того, чтобы окружить Гильдию призывателей теней аурой таинственности и неприступности, – заявил Лорион. – Адепты Новой Луны тоже отказываются от волос, ушей и телесных радостей, но вряд ли приобретают взамен способность ходить сквозь стены или воскресать из мёртвых. Морочь голову кому-нибудь другому, Урф, я считаю, что все эти манипуляции – не более чем способы управлять такими простодушными дураками, как вы.
Согнувшись в поклоне и так и не разгибаясь до самого выхода из дворца, придворный маг покинул приёмную и забрался в ожидавшую его карету, что была запряжена двумя чёрными жеребцами.
– К Верховной жрице! – недовольно рявкнул он кучеру и уставился в крохотное окошко, за которым медленно поплыли пейзажи весеннего Фэита.
