Но мне не позволили.
Ни упасть, ни уснуть.
* * *
Девчонка-спасительница сидела в моей комнате, на краю стола, болтая длинными босыми ногами и крутя в руке кончик длинной косы.
— Давай поговорим! — бодро произнесла она, и ее коса зашевелилась и самостоятельно убралась за спину. Это не коса вовсе. Это хвост. Блинный, с пушистой кисточкой. А коса — тоже есть. На голове. Вместе с кокошником, из-за которого выглядывают рожки.
Это она. Та самая бесовка, которая один раз ко мне уже приходила.
Как там молитва начинается…
— Поговорим! — она умоляюще сложила руки перед лицом — Один разговор! Пожалуйста!
Если бы я был в более нормальном состоянии — в жизни бы с бесовкой не заговорил. Но мой отравленный снотворным мозг не увидел ничего необычного в том, чтобы пообщаться с тварью из-за Грани.
— Давай, — вяло кивнул я и сел на кровать, — Говори.
Бесовка неожиданно растерялась. Похоже, она не ожидала, что я и впрямь соглашусь на разговор, или рассчитывала долго меня уговаривать.
— Я тебе помогла, — она подняла палец и указала пальцем на дверь.
— Спаси тебя Бог, — абсолютно не подумав, кивнул я.
Бесовка зашипела и оскалила острые зубки.
— Извини, — так же сонно качнул я головой.
— Я тебя спасла!
— Согласен.
— Без меня тебя бы зарезали!
— Согласен.
— Ты мне должен!
— Не согласен.
— Как это?!
— Я тебе не просил меня помогать и меня спасать. Значит — никаких долгов между нами нет.
— Шшшш!
— У тебя всё?
— Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! Подожди! Я хочу поговорить!
— Говори.
Бесовка посмотрела на меня, слегка покачивающегося… ладно, не слегка. Я нонял, что меня качает из стороны в сторону, с амплитудой камертона, и прекратил это.
— Ты можешь говорить вообще?
— Да. Еще я слушать могу. Говори.
Она раздраженно дернула хвостом:
— Меня зовут Дита…
Жаль, что ты не негритянка. Тогда бы ты была Афро-Дита… Так. Максим, отставить глупые шутки. Слушай внимательнее. Ты не каждый день с бесами общаешься.
— … и я из тех, кого здесь называют «твари из-за Грани».
Я понятливо кивнул, мол, догадался.
Бесовка-Дита задумчиво посмотрела на меня, что-то прикинула и продолжила:
— И ты должен мне помочь!
Я обдумал эту фразу. Но так и не понял, что она должна означать. Подозреваю я бы и в более вменяемом состоянии ее не понял.
— Помочь в чем? Вернуться обратно за Грань?
Диту передернуло:
— Нет! Я не хочу обратно! Мне здесь нравится!
А неприятное это местечко, там, за Гранью…
— Тогда в чем я должен тебе помочь?
— Посмотри на меня! — потребовала она, — Что ты видишь?
Я посмотрел на двух абсолютно одинаковых Дит… закрыл левый глаз — осталась только одна. Одна девчонка, с рожками, хвостом, миленькая, полупрозрачная…
— Ты призрак? Твое тело нужно похоронить?
— Нет! Тело мне нужно получить!
— А где оно?
— Да нигде! Ты должен помочь мне вселиться в любое тело… ну, симпатичное, конечно…
Так. Бесовка просит, чтобы я помог ей войти в чужое тело. Симпатичное. Бесовка. Просит. Меня.
Все равно не понимаю.
— Почему я должен тебе помогать? Да еще и в похищении чужих тел?
Дита спрыгнула со стола и медленно подошла ко мне. Наклонилась, так, что я мог рассмотреть зрачки ее глаз, совершенно человеческих кстати, никаких вертикальных зрачков и прочих ужасов. Еще я мог рассмотреть… ну… вырез у нее был глубокий… кхм.
— Потому что ты, — прошептала она, — тоже тварь из-за Грани. Ты вселился в чужое тело. Научи меня, как ты это сделал.
Я?! Тварь из-за Грани?! Хотя… В определенном смысле она, конечно, права. Вот только…
— Я — человек, — констатировал я очевидный факт.
— Ты, — фыркнула Дита, — не человек. Вернее, твое тело — тело человека, но сам ты, вовсе не он. Ты видишь меня, в конце концов, даже когда я не показываюсь, я не могу до тебя дотронуться, не могу тебе никакого вреда причинить…
— А кто мне пакостил в Подоле? Ну, там, где я искал следы укравшего сумку?
— Я не пакостила!
— А отчего у меня все из рук падало?
— Это потому что ты сам по себе такой неуклюжий! И тупой! Я же просто вижу, что ты — в чужом теле!
— Но у меня нет рогов. И хвоста.
— Я знаю, — досадливо махнула она рукой, — Ты не из-за нашей Грани, из-за какой-то другой. Но ты же смог выбрать себе это тело…
— Нет.
— Что значит «нет»?!
— «Нет» — это как «да», только наоборот.
Бесовка попыталась пнуть меня ногой, но та скользнула сквозь меня, даже не задев.
— Я не вселялся в это тело. Меня вселили, — пояснил я.
Дита огорченно вздохнула:
— Повезло… А в чем твоя Задача?
Я задумчиво потер нос, пожал плечами:
— Какая Задача?
— Ну, для чего тебя в этот мир перенесло?
— Да вроде бы ни для чего…
Она снова приблизила свое лицо к моему, почти вплотную:
— Как тебя, говоришь, зовут?
— Ты про мое здешнее имя или про настоящее?
— Любое!
— Викентий.
— Точно не Иван?
— Почему — Иван?
— Потому что ты — дурак! Ты что, думал, тебя сюда перенесли, вселили в тело, и все это — просто так, чтобы ты развлекался? Когда тебя переносит из-за Грани — ВСЕГДА ты получаешь Задачу!
— Но…
Я закрыл рот. Хотел было сказать, что никто мне никаких задач, ни с маленькой буквы, ни с большой, не ставил, но вдруг осознал одну неприятную вещь.
Я не просто не знаю, зачем меня перенесло в этот мир.
Я НЕ ПОМНЮ, как здесь оказался.
Глава 38
В бояръ-аниме обычно все просто — вот главный герой гибнет в бою, становится «жженым псарем», или попросту встречается с Грузовик-куном, и вот он уже в другом теле, получает по морде в туалете (почему-то популярный зачин в боярках). Так или иначе — момент переноса в другой мир четко описан. В моей же памяти этого момента — нет. Вот я учусь в институте, хожу на пары, живу в общаге — и вот я служу в Приказе, хожу на обыски и аресты, живу с тетей. И между этими состояниями — лакуна. Нет перехода. Я его не помню. Самое мое раннее воспоминание о пребывании в теле Викентия — лето прошлого года, я иду на службу в Приказ… и для меня это — уже привычное действие, то есть я уже какое-то время находился в Москве, в этой Москве. Но ведь по логике — должен быть хоть какой-то, хотя бы минимальный период осознания и привыкания…
Не помню! Ничего не помню!
Я с некоторым испугом посмотрел на Диту, все так же болтавшую ногами, сидя на столе. У меня мелькнула было неприятная мысль, что я на самом деле — тварь из-за Грани, бес, по неизвестной причине решивший, что он — человек из другого мира… Да не, бред какой-то. У меня рогов нет, и хвост не растет. Да и сама бесовка говорит, что я — не из-за их Грани.
И все же — куда делся кусок моей памяти?!
— Расскажи мне поподробнее — что за Задачи такие?
* * *
В ходе дальнейшего разговора с Дитой я узнал, я думаю, больше о тварях из-за Грани, чем любой другой человек в этом мире. Хотя за отцов-экзорцистов и судных дьяков я бы не поручился.
Мирок, где жили бесы, черти и прочая нечисть, был местом неприятным, очень напоминающий Ад, даже в скупом описании бесовки. Неудивительно, что они при каждой удобной возможности просачивались в этот мир, даже неразумные твари, те самые черти, чей интеллект был на уровне крыс и мышей — и те рвали когти, а также рога, хвосты и прочие части тела. Любая трещина в мироздании, призыв доморощенного демонолога, ведьмы или колдуна, да даже неосторожное чертыхание — и в этом мире появляется очередная тварь. Которые, еле-еле появившись, тут же начинают делать то, что им кажется правильным, логичным и необходимым.
Разрушать.
Причем, понятие «разрушать» было очень широким. От мелких пакостей, порчи и зловредностей, до убийств, пожаров и насилия. Даже относительно безобидные суккубы и инкубы — здесь их называли «огненными змеями» — и те разрушали, невинность, целомудрие, супружескую верность, но — разрушали.
