Дианир спрыгнул со сцены и подбежал к своей матери, возле которой стоят: Нара, Кирэ, Аве и Янав.
— Дианир… — дрожал голос Дии, она смотрела лишь на чёрное существо в небе, — Он пришёл… он явился за нами…
Схватив брата за руку, Дианир рявкал:
— Кирэ, уведи маму и папу! Ты знаешь, где их спрятать!
— Нет… я… я останусь с тобой! — дрожал его голос, а лицо покрылось холодным потом.
— Это не обсуждается! — взял Дианир руку матери и Кирэ, сложил их вместе, а следом он толкнул родичей вперёд, — Уходите!!! Быстро!!!
Всё же брат послушался. Не место и не время для споров. Кирэ добрался до площади, забрал отца, и они все вместе последовали к выходу из города.
Площадь вмиг опустела. Остались лишь те, кто поставил себе цель «Сразить Единого». «Бедствия» было несколько десятков тысяч. Все они облачены в чёрный доспех, на груди знак белого дракона. Каждый обнажил меч, взирая на все–отца жутким воинственным взглядом.
Дианир не стал одеваться. Остался голышом. Хотя, когда у него будет на это время?
Аве отдала Дианиру один из своих мечей. Парень покрыл ноги ветром, и воспарил к облакам. Он не боялся Единого, напротив, он ждал его. И вот, момент настал.
— Интересно… — не стал Единый мгновенно убивать Дианира, дав ему подлететь, и зависнуть в воздухе на одном с ним уровни, — Я тебя знаю…
— Именно так! — сжал кулаки Дианир, — Я тот, кто остановил тебя! Тот, кого ты назвал — «первая любовь»!… И я снова тебя остановлю!
— Господин… — вылезла из-за спины «Единого» девушка с белыми крыльями, — Я чувствую… их нельзя оставлять в живых. Они станут угрозой в будущем. Ход судьбы, с их появлением, растёкся на сотни событий. Лучше истребить их всех. Боги — угроза!
— Энигма, не лезь, когда не просят! — Единый даже не взглянул на свою спутницу, — Моё слово — закон. Нет ничего, что могло бы его оспорить. Если я сказал, что убью только первых детей, своих бестолковых детей… то я это сделаю. Я не трону тех, кто родился естественным путём. Ты не могла добиться такого эффекта размножения, но сейчас, благодаря богам, ты смогла достичь этого. Теперь наши избранники могут размножаться, и игра обрела иной смысл…
— Простите, господин, — поклонилась бледная дама, — Ваше слово — закон!
Единый сделал шаг вперёд. Он ходит по небу, словно у него под ногами невидимая платформа. Он встал в трёх шагах от Дианира, оглядел его и недовольно покачал головой.
— Если бы не моё слово, против которого я сам не могу идти… я бы убил тебя за столь наглую дерзость, стоять рядом со мной, будучи не на коленях, – он вытянул руку, и опустил два черных пальца вниз, — На колени…
Тело Дианира покрылось чёрными венами. Ветер под его ногами исчез. Он стоит на некой невидимой платформе, а его плечи содрогаются от незримой тяжести. Парень сжал зубы и меч в правой руке. Ноги Бога затряслись, и он медленно опускался на колени.
— Нет… — прошептал парень, — Ни за что… — он остановился, и медленно поднялся обратно, — Я никогда не встану на колени перед тобой!!!
Взмах меча, и лезвие клинка застыло в сантиметре от шеи Единого, так и не прорезав его чёрную кожу источающую тьму. Дианир давил из-за всех сил, меч не подавался.
— Хм… ты интересный персонаж, — отвёл он в сторону лезвие клинка безымянным пальцем, — Вижу по твоим глазам, что ты меня ненавидишь… столь уникально это чувство. Ненависть и месть заставляют живых — идти на радикальные поступки. Давай посмотрим, куда заведёт тебя твоя ненависть…
Тело Дианира потянуло вниз невидимыми силами, а под ногами исчезла незримая платформа. Он вонзился в каменную площадь, проделав своим телом небольшое углубление. Поднялся клуб дыма.
— Янав!!! Нара!!! Аве!!! Делим отряды и нападаем!!! — поднялся Дианир на ноги и развеял клуб дыма вокруг себя.
Тело парня онемело. Практически все его люди зависли в воздухе, расправив руки в разные стороны и широко раскрыв рот. В глазах их закручивается серый водоворот тумана. Они… они словно умерли, но одновременно с этим продолжают жить.
На площади осталось пару тысяч Богов из «Бедствия»… те, кто жил со времён явления «Первородных Богов» — их дети.
— Дианир… — тряслись руки у одного из воинов, –… Моё тело…
Боги упали, начав извиваться от боли. Их тела разрывало на части. На теле образовывались продольные раны, из которых бил фонтан крови.
— Матоп!!!
Дианир подбежал к соратнику и хотел отмотать его время назад, да вот тот надулся, и взорвался, окропив тело командира красной кровью. Парень обернулся, застав, что всех его соратников разорвало на части. Куски плоти вперемешку с органами окутали всю площадь, как и разноцветные «камни» жизни. Они все умерли за секунды. Теперь Дианир стоял на площади из крови и плоти своих союзников. На его лице застыл тихий ужас, и осознание неизбежного конца.
— Ты и, правда, думал, что против меня можно бороться? — мерзко усмехнулся Единый, а следом он щелкнул пальцами.
Площадь в мгновение ока ожила. Все сбежавшие Боги вернулись, заполонив центр города. Они стоят с широко раскрытыми глазами, не понимая, что происходит. Как они очутились снова в городе⁈ Да и кто муже, они были шокированы увидеть под ногами тонны крови и плоти, а в небе застывших собратьев, что выглядят как мертвецы.
— Бежать бесполезно… вам не избежать смерти! — вынес Единый свой вердикт.
Все-отец лениво махнул ладонью, и меньшая часть от богов в городе, невидимыми силами воспарили к небу, расправив руки в стороны и раскрыв рты. В их глазах закрутился серый ураган.
— Я пощажу лишь тех, кто родился естественным путём. Те, кто были слеплены руками моих детей, должны быть истреблены за грехи своих создателей. Никто не смеет воссоздавать жизнь по своему велению и своим задумкам, как это делаю я… лишь мне даровано такое право, Ибо «Я» сама Вечность!
Дианир не возвысился к небу, как другие дети «Первородных». Словно… его оставили, что бы он мог наблюдать за кровавым ужасом.
Единый спустился вниз и приземлился на сцену, где недавно хотели казнить Дианира. Его подруга — Энигма, осталась парить в небе, наблюдая за деяниями своего господина сверху. Но при этом она стояла на одном колено, словно показывая, что хоть господин и ниже неё, она всё ещё приклоняется перед ним.
— ГОСПАДИН!!!
Ближе к сцене подбежал Готок, что сиял пасмурным блеклым светом. Он рухнул на колени, уперев лоб в кровавый каменный пол.
— Мы ждали вас!!!
Боги встали на колени, плача, и моля прощенья. Они закрыли глаза, надеясь на спасенье. Лишь трое не пали так низко: Дианир, Нир и Диа. Лишь они не склонили головы, взирая на «Единого» с ужасом, и невероятной отвагой.
Единым похлопал в ладоши и пару раз кивнул:
— Диа и Нир, и их сын, которому я дал имя — Дианир. Прелестно… вы единственные, кто меня радует. Ведь я не мог обратить внимания на недостойных… как те, что сейчас на коленях, – на его черном лице проступила еле уловимая зловещая улыбка, — Какие же вы все жалкие — Боги! Приклонили колено перед тем, кто пришёл вас убить. Вы меркнете в моих глазах. Вы просто пыль под моими ногами.
Единый упивался своим могуществом. Он наслаждался тем, что никто не может сказать ему и слово лишнего, или хоть как-то противостоять.
Я сжал кулаки, стоя среди приклонивших колено Богов. Братья огни так же озираются по сторонам. Момент настал. Настоящий Дианир должен показаться, и избавить свой народ от страданий. Я не верю в его план по уничтожению всей жизни. Он явиться. Придёт!
— Да начнётся «истребление»… — спустился Единый на кровавую площадь.
Дианир, настоящий, не появляется. Я всё смотрел в небо и по сторонам, готовясь остановить безумца или… помочь ему⁈ Ведь если мы убьём Единого, ничего не случиться с нашим миром… но, тогда не появятся люди. Чёрт! Я как будто попал впросак!
Мои размышления закончились. Я опустел в мыслях, увидев, что вытворяет «Единый». Он идёт между рядами Богов, чуть расправив руки и разжав пальцы.
