- Там будут другие дамы.
Дженни положила руки ему на грудь и заглянула в зелёные глаза.
- Много дам, - согласился он. – Вокруг меня всегда полно знатных дам.
- Вы меня дразните.
- Конечно, - он улыбнулся и накрыл её руки своими ладонями. – Твоя ревность выглядит забавно. Тем более забавно, что все эти напыщенные, избалованные и манерные дамы и в подмётки тебе не годятся.
- Так уж и в подмётки? – насмешливо уточнила она.
- Тут есть одно обстоятельство, - по секрету прошептал он ей на ушко. – Я врач и знаю всё, что они скрывают от своих любовников. Поверь мне, это совсем не так соблазнительно.
- Какой вы злой! – рассмеялась Дженни. – Разве можно говорить такие вещи!
- Я просто хочу, чтоб ты не тревожилась и спокойно ждала меня. Я приеду и сразу же явлюсь пред твои очи.
Он обнял её, Дженни прильнула к его груди и почувствовала, как он опустил подбородок ей на макушку.
- Всё будет хорошо, очень-очень скоро мы снова будем вместе и не будем разлучаться больше чем на день.
- Вы так только говорите, - капризно заметила она. – А на самом деле наверняка меня обманываете. И у вас в городе есть покровительница, какая-нибудь знатная дама. Кто подарил вам этот кошелек из золотого шнура?
- От тебя ничего не скроешь, - покаянно вздохнул он, не разжимая объятий. – Мне его подарила одна знатная леди, и она действительно оказывает мне покровительство, но она не моя любовница.
- А чья?
- Я, пожалуй, не буду об этом рассказывать.
- Он, нет! – вздрогнула она и, отстранившись, воззрилась на него горящими любопытством глазами. – Только не говорите, что епископа!
- Я и не говорю, - покачал головой Джулиан.
- Она красивая?
- Да.
- Молодая?
- Моложе меня, но старше тебя.
- И она оказывает вам знаки внимания?
- Дженни! – Джулиан взял её за плечи и тихонько встряхнул. – Я не знаю, что переходит границы: твоя ревность или твоё непомерное любопытство. Я повторяю снова: я не люблю её. Моё сердце принадлежит тебе, и ты можешь ни о чём не тревожиться. Я не обманываю тебя. Я вернусь, потому что только здесь, рядом с тобой я чувствую себя счастливым. И закончим на этом.
- Как скажете, - Дженни опустила золотые ресницы.
Джулиан какое-то время смотрел на неё.
- Ну-ка, подними глаза, - он взял её за подбородок. – Взгляни на меня. Дженни, если ты действительно любишь меня, как говоришь, ты должна мне верить.
- Я верю вам, - глядя ему в глаза, произнесла она. – Я знаю, что вы меня любите. Я не хотела огорчать вас и надеюсь, что вы простите мне мою дерзость. Просто я очень сильно люблю вас и очень боюсь вас потерять. Ведь все эти знатные дамы такие красивые, у них дорогие платья, кружевные чепцы и белые руки.
- Что мне до их чепцов и рук, - вздохнул он. – Они скучны, Дженни. И единственное, чего я хочу сейчас, это остаться здесь с тобой. Но я должен выполнять повеление моего господина. Я служу епископу и, если он сказал мне поехать и принять роды у его крестницы, я должен ехать. Но я вернусь. Ты веришь мне?
Дженни кивнула, но её улыбка была грустна. Джулиан обнял её за плечи.
- Послушай, сейчас я поцелую тебя и этим поцелуем отдам тебе часть своей души. Храни её, и я всегда буду с тобой.
Он нагнулся и крепко поцеловал её в губы, и ей показалось, что трепетное тепло перетекло в её грудь и пушистым котёнком свернулось в клубочек в сердце. Она снова улыбнулась, но уже не так печально.
- Поезжайте, милорд. Я буду ждать вас и больше ни на миг не усомнюсь в вашей любви ко мне.
- Лучшего напутствия и представить себе невозможно, - шепнул он и, поцеловав её в лоб, вскочил на коня.
А Дженни ещё долго стояла возле своей хижины, залитая лучами утреннего солнца, и с улыбкой прислушивалась, пытаясь различить вдали топот копыт.
12
- Ну, а этот сон с чем связан? – поинтересовался Фарги, когда заявился утром во время завтрака. На сей раз Лия не пришла, и я сама готовила себе тосты с джемом и апельсиновый сок. Он спокойно уселся напротив и утащил самый румяный тост. – У тебя ветчины нет?
- В холодильнике, - буркнула я. – Чем задавать мне глупые вопросы о снах, лучше б объяснил, почему я должна гадать кто передо мной, дьяволица или обычная женщина, в то время как мой ангел-хранитель может это сразу распознать?
- Потому что я не ангел-хранитель и не обязан за тебя работать. Я иногда даю тебе ценные советы и помогаю контролировать твоё душевное состояние.
- Спасибо, что просветил. А то я всё время теряюсь в догадках, зачем ты вообще мне нужен. Кстати, кем ты себя считаешь?
- Я твой ментор.
- А я-то думаю, откуда у тебя этот противный менторский тон.
Он и не думал обижаться. Последнее время такие пикировки вошли у нас в привычку. Но он, в отличие от меня, с лёгкостью давал задний ход, когда ему это надоедало.
- Этих тостов на двоих не хватит, - сообщил он, снова совершая покушение на мой завтрак.
- Для призрака ты слишком много ешь, - я всё ещё пыталась оставить последнее слово за собой, но момент был упущен.
- Когда попадёшь на моё место, поймёшь, как важны эти маленькие житейские радости. Как насчёт яичницы с ветчиной?
- Всё необходимое ты найдёшь на кухне, - вздохнула я.
- О'кей, - и прихватив последний тост, он направился на кухню.
Спустя минуту я поплелась за ним. Он с видом заправского повара чародействовал у плиты, быстро нарезая тончайшими ломтиками ветчину, взбивая яйца и подхватывая сковороду с огня, чтоб не успела перегреться. Интересно, как это выглядит для тех, кому он невидим? Посуда сама по воздуху летает?
- Не задумывайся с утра над такими вещами, - посоветовал он, спихивая первый омлет на подогретую тарелку. – Голова заболит. Бон аппетит!
- Мерси, - кивнула я. От тарелки поднимался такой аромат, что и моё настроение, наконец-то, начало улучшаться.
Я вернулась в гостиную, а спустя минуту появился Фарги, неся в одной руке свою тарелку, а в другой – поднос с кофейником, от которого струились запахи кофе и кардамона, и маленькими фарфоровыми чашками.
- Беда с вами, героями и аскетами, - пожаловался он. – Предпочитаете страдать, вместо того, чтоб доставить себе маленькое удовольствие во имя душевного комфорта.
- Спасибо, - повторила я. – Мой комфорт на приемлемом уровне, за что я тебе крайне признательна. Что теперь?
Не отрываясь от еды, он взглянул на меня.
- Хочешь поговорить о деле? Изволь.
- Два демона за три дня. Это неплохо?
- Можно сказать, хорошо. Но конец твоей безнаказанности всё ближе.
- Ты опять о том же?
- Скажем так. Я решил занять в этом деле более активную позицию и не получил явного запрета. Поэтому ночью я побывал в Храме Тьмы. Меня заметили, и чтоб не засветиться, мне пришлось убраться. Но я успел понять из их разговоров, что они заметили потерю Бромана и Лутаны. Они озабочены этим и имеют подозрения, что здесь появился кто-то… Ты, например.
- Кто они?
- Жрецы или демоны… Я не смог подойти ближе. Чёрные мантии с капюшонами и глухие голоса. Я больше не пойду туда. Моя природа не терпит такой близости, кроме случаев, когда необходимо вести с ними бой.
- Они тебя заметили?
- Лора, я же полубог, - пожал плечами он. – Во мне нет ни мельчайшей частицы темноты. Вспомни, откуда я пришёл и где нахожусь. Я как факел в склепе. Естественно, они заметили меня. Конечно, они ничего не могут мне сделать, но…
Его прервал телефонный звонок. Обернувшись, он взял трубку и спросил:
- Алло?.. А кто вам нужен? Тебя!
Я поспешно отобрала у него трубку, с трудом удерживаясь от желания покрутить пальцем у виска. Поднеся трубку к уху, я услышала голос Альмера.
- Мисс Бентли? Доброе утро. Вы не одна? У вас кто-то есть?
- Мой внутренний голос, - ответила я. Фарги с усмешкой пожал плечами. Я догадалась, что он сделал это нарочно, захотелось пошалить. – Доброе утро. Что-то случилось?
