Подожди…Город?
Где же, чёрт возьми, я оказалась?
Я сделала несколько шагов назад и оказалась в тени навеса из ткани. Натянутый на двух деревянных столбах, кусок малиновой материи укрывал меня от ослепительных лучей солнца. Свет заставлял меня щуриться, и мне всё ещё было трудно как следует разглядеть всё окружающее. Глаза слезились.
Дома были простыми, они тесно стояли друг к другу, а их стены были сделаны из глины. Окна представляли собой просто дыры в стенах, прикрытые свёрнутыми и связанными палками. Все эти заслонки были опущены, скрывая то, что — или кто — мог находиться внутри. Никто не выглядывал наружу.
В городе царила тишина. Мёртвая тишина. Кругом было пусто. Лишь ветер да шелест песка, который он гнал по земле. В тесных уголках взвивались маленькие песчаные вихри, поднимая вновь улёгшийся песок в миниатюрные и недолговечные торнадо. Прикрыв глаза рукой, я осмелилась взглянуть на небо. На нём висели две луны, бледные на фоне яркой синевы. И одно ослепительно пылающее солнце.
Ни птиц. Ни насекомых. Никого. Ни звука.
Всё это напоминало картинки из моих старых учебников по истории Древнего Египта. И, взглянув на линию горизонта… я убедилась в этом окончательно.
Над городом нависал огромный храм. Это была не пирамида, а ярусное, ступенчатое строение. На каждом его уровне взмывали вверх чёрные колонны. Он возносился на сотни метров над остальным городом и был столь же зловещим, сколь и впечатляющим. Величественным и пугающим одновременно.
Я знала, кто там обитает.
Я знала, что там обитает.
Не только «Самир», но и Вечные, что восстали и вернули себе мир. Это делало его местом номер один, куда мне не хотелось попадать ни при каких обстоятельствах. Хотя у меня было тёмное предчувствие, что любые попытки бегства окажутся в конечном счёте до смешного бессмысленными, но я должна была попытаться. Я не знала, чего ожидать от Самира и Вечных… но не хотела узнавать этого как можно дольше. Мне было страшно.
Сдаваться было не в моём стиле. Никогда не было. Да и сейчас я не собиралась начинать. И всё же от этого здания у меня перехватило дыхание. Я никогда не видела ничего подобного. Я никогда не выезжала за пределы страны — Санкт-Петербург не в счёт, и уж точно никогда не видела ничего столь величественного. Он внушал благоговейный трепет. Он был демонстрацией силы, призванной устрашать… и это работало. Ещё как работало.
Часть меня жаждала пойти туда. Просто позволить неизбежному случиться. Узнать наконец, кем же он стал теперь, и осталась ли в нём хоть крупица того мужчины, которого я любила. Хоть что-то. Но если её не было, если Вечные готовили для меня нечто худшее, я не хотела иметь с этим ничего общего. Лучше не знать.
Мне нужно было уходить. Выбраться из этого города. Направиться к горизонту и найти какое-нибудь тёмное местечко, где можно было бы затеряться. Может, найти остальных, если они ещё живы. Если вообще кто-то выжил. Я призвала лёгкую хлопковую накидку. Такую, с капюшоном, что укрыла бы мои руки от солнца, а лицо скрыла от потусторонних глаз.
Носить тупую маску я всё равно не собиралась. Ни за что.
Натянув ткань на голову, я заправила под неё волосы. Я могла попытаться улететь. Призвать существо, которое унесло бы меня отсюда. Или даже, чего уж там, попробовать самой изменить форму. Чувство, будто я могу это сделать, не отпускало. Воспоминание о том, как превращалась в крылатого змея, свербило в глубине памяти, умоляя попробовать снова. Тянуло как магнитом. Но что-то подсказывало, что покидать ряды глиняных домов в виде огромного чудовища — не лучший способ остаться незамеченной.
У Самира наверняка водились твари, способные поймать меня, даже если он сам не мог этого сделать. Придётся ждать до темноты. Если только её здесь больше не будет, вдруг поняла я. Солнце, возможно, никогда не зайдёт. Ведь оно не всходило пять тысяч лет. С вздохом я осознала, что придётся делать. Мне предстояло пробраться пешком к окраине этого бескрайнего лабиринта древних глиняных строений. Я надеялась, что окажусь достаточно далеко, чтобы никто не смог меня настигнуть. Чтобы хоть ненадолго получить передышку.
И вот, я выбрала направление. Повернув прочь от того возвышающегося, ужасающего храма… я пошла вперёд.
Глава 7
Каел
Я вспомнил этот мир.
Почти физически ощутил на руках тяжёлые оковы, которые впивались в плоть. Каждое движение вытягивало из ран свежую кровь. Эти металлические путы держали меня в цепях так долго, что теперь стояли перед глазами невероятно ярко. Мне пришлось провести рукой по шее, чтобы убедиться — их больше нет.
Я стоял в темноте узкого переулка, зажатого между высохшими глиняными стенами. И вспомнил, как солнце нещадно жгло мою кожу. Как песок впивался в открытые раны, которые были дарованы мне Королём Всего. Раны, что не заживали неделями.
Я был его любимой игрушкой. Игрушкой для бичевания и пыток. Он бросал меня против своих ручных чудовищ. Надеялся, что одно из этих созданий колдуна наконец-то меня сожрёт. Я помнил арены и бои насмерть, куда меня швыряли, словно гладиатора. Всё это — лишь для забавы Короля Всего. Для его развлечения.
Теперь я понял. Понял, почему ненавидел этого человека до самого нутра, до глубин души. Я откинулся спиной на шершавую глиняную стену. Почувствовал страшную, костную усталость. Ощутил всю тяжесть прожитых лет. Особенно теперь, когда снова увидел мир, из которого когда-то пришёл. Тот самый мир, что я и другие так отчаянно пытались забыть. Стереть из памяти навсегда.
И вот это проклятое место снова ожило. Вечные были освобождены из своей тюрьмы. Хаос и ужас снова правили всем. Они были зажаты в ладонях того, кто назвал себя Самиром.
Ложь. Наглая, вопиющая ложь.
Этот человек не более Владыка Нижнемирья, чем я. Солнце не может погаснуть и назвать себя луной. Он — бич, порождённый самими демонами, что построили наш мир. Чудовище среди чудовищ.
Что же нам теперь делать?
Передо мной лежал лишь один путь. Я убью Короля Всего. Раз и навсегда покончу с этим жалким чудовищем. Либо сам наконец-то войду в пустоту. Вынести любые пытки этого зверя было бы проще. Уж точно лучше умереть, чем влачить такую жалкую пародию на жизнь, находясь у тирана под каблуком.
Мои мысли прервало прикосновение. Две тонкие руки вцепились в мой бицепс. Я повернул голову и посмотрел на огненно-рыжую головку рядом с собой. Меня остро пронзило осознание — моё место в этом мире не так уж и просто. Рядом были те, кого я должен был защитить. Те, о ком заботился. Те, кого хотел укрыть от всего, что этот мир мог им предложить.
Я улыбнулся из-под своей маски. Поднял тяжёлую ладонь и положил её ей на голову. Потрепал, как любил. Она сияюще улыбнулась мне в ответ. И лишь в её глазах я увидел отражение того страха, что она, должно быть, чувствовала. Ведь её мир перевернулся и был разрушен до основания. А мой — просто вернулся к чему-то мёртвому и давно ушедшему. К кошмару из прошлого.
Что было хуже? Не понимать, какие пытки сулит этот мир с каждой песчинкой? Или ясно видеть, что ждёт впереди? Я не знал. Может, и не узнаю никогда.
Буря пришла и уничтожила весь мир Нижнемирья, который знала маленькая Агна. Стёрла его в песок. Из глубин кружащейся песчаной мглы возникло это место. Древнее и страшное. Сколько бы ни пытались держать дистанцию между собой, я, Малахар, Келдрик и все остальные оказались здесь. В этом городе с массивным Святилищем Вечных в самом центре.
В том мире был только один город. Больше ему и не требовалось. У него даже названия не было, именно по этой причине.
Но не только он был безымянным. У Короля Всего тоже не было имени. Лишь титул. Он не был человеком, заслуживающим имени. Он был силой чумы. Проклятием, ходящим на двух ногах.
В разразившемся хаосе многие пропали. Балтор исчезла. Так же, как и Илена. Моё сердце сжалось от боли из-за отсутствия моей эмпатки. Я ужасно волновался за её безопасность. Расстояние между нами было так велико, что я даже не чувствовал, всё ли с ней в порядке. Страдает ли она. Если этот ублюдок, именующий себя Королём Всего, посмеет тронуть Илену хоть пальцем — я вырву ему глаза из орбит. Или умру, пытаясь это сделать.
