Погодите-ка, а почему они вдруг отступают?
Каждый из них, включая даже того жирного монстра, начал поспешно отступать. На их звериных и человеческих лицах явственно читались нервозность и откровенный страх.
И причина была совсем не во мне.
Внезапно я остро ощутила, что упускаю нечто очень важное. Нечто действительно значительное, находящееся у меня прямо за спиной. Лишь когда солдаты, маги и чудовища начали в настоящей панике отступать и быстро растворяться в узких переулках, я наконец набралась смелости обернуться. Мне нужно было увидеть, кто же их так сильно спугнул. Медленно повернувшись, я от чистого изумления разинула рот.
Меня встретила лёгкая, невероятно добрая улыбка. Я мгновенно узнала это родное лицо, даже если белые узоры на его гладкой алебастровой коже стали заметно гуще и ещё причудливее. Человек, одетый во всё безупречно белое, высокий и худощавый, с вечной печалью в самой глубине мудрого взгляда. Моё измученное сердце радостно воспрянуло от нахлынувшей надежды.
Я выпустила копьё из ослабевших рук, и оно с глухим стуком упало на твёрдую землю. В следующее мгновение я уже бросилась к нему со всех ног. Он широко раскрыл объятия и уверенно поймал меня, крепко прижав к своей груди. Я обвила его шею руками, боясь отпустить. Он легко приподнял меня с земли, плавно провернул в воздухе и аккуратно поставил обратно на ноги, но так и не отпустил из своих тёплых объятий. Я и сама не была готова его отпускать.
Я плакала и смеялась одновременно, не в силах совладать с эмоциями. Я была так безмерно счастлива его видеть живым, что не могла вымолвить ни единого связного слова. Всё, что мне удалось с трудом выдавить из себя, было сорвавшимся, задыхающимся шёпотом:
— Сайлас!
— Здравствуй, Нина. Я невероятно рад тебя видеть снова.
Глава 11
Нина
Я не могла даже описать словами, какое невероятное облегчение испытала, обняв Сайласа, увидев своего друга живым и невредимым после всего того кошмара, что с ним случился. Я была уверена — просто знала всем сердцем — что Сайлас знает, что делать или что сказать. Так было всегда, с самого начала. Он бы точно знал, куда нам идти и как справляться с этим новым, странным миром. Как справляться с «Самиром» или кем бы там ни стал тот мужчина, которого я когда-то любила.
— Мне так жаль, Сайлас, — наконец выпалила я, запинаясь на каждом слове.
Он ослабил объятия ровно настолько, чтобы я могла поднять на него взгляд. Сайлас смотрел на меня сверху вниз, растерянный и явно недоумевающий.
— Мне так жаль из-за того, что с тобой произошло. Из-за Золтана… из-за того, что он сделал, и… — Мне будут сниться кошмары об этом проклятом озере крови до самого конца моих дней, я это точно знала. Знала до мозга костей.
Он осторожно протянул руку и нежно погладил мои волосы, успокаивая.
— Ты спасла меня от небытия, — тихо произнёс он, и в голосе его звучала искренняя благодарность. — Ты пощадила мою жизнь, когда могла освободить лишь себя одну. Признаю честно, возможно, это было безрассудно с твоей стороны, учитывая всё то, что произошло вслед за твоим решением. Но я не могу не благодарить тебя от самой глубины души.
Я тихо рассмеялась над его словами, чувствуя, как напряжение понемногу спадает, а потом взглянула на него, когда мне в голову вдруг пришла одна мысль.
— Откуда ты вообще узнал, что мне предоставили выбор? — спросила я с любопытством. — Больше никто не знал об этом, кроме меня, Самира и Вечных.
— Я услышал их голоса в своём разуме в самый момент пробуждения, — объяснил Сайлас. — Наши создатели рассказали мне о даре, который они предложили тебе, о том, что они согласны пощадить лишь одного из нас двоих. — Сайлас покачал головой, словно слегка разочарованный, но понимающий родитель. — Что же на самом деле заставило тебя принять такое решение? Неужели я и впрямь столько для тебя значу?
— Ты мой друг, Сайлас, — начала я, чувствуя комок в горле. — Ты единственный человек в этом богом забытом мире, который был… просто добр ко мне. Искренне добр без всякой причины, не ожидая совершенно ничего взамен. Я не могла позволить тебе умереть вместо меня. Я просто не могла позволить ещё одному дорогому мне человеку умереть прямо у меня на глазах. Ты ведь пришёл спасти меня тогда, ты предал своего короля ради меня одной. Я не могла тебя отпустить. Просто физически не могла.
Он наклонился и бережно поцеловал меня в макушку. Потом снова заключил меня в свои крепкие объятия и держал, не отпуская.
— Спасибо тебе, моя дорогая, верная Нина.
— Кроме того, — я усмехнулась, чувствуя облегчение, — Элисара бы никогда в жизни не дала мне забыть, если бы я поступила иначе.
Сайлас тихо засмеялся, и я почувствовала, как он прижался щекой к моей голове, делясь теплом. Раньше я не знала его таким открыто ласковым, но, видимо, теперь между нами возникла какая-то особая, невидимая связь.
— Однако я сильно скорблю о том, сколько ещё невинных жизней может быть отдано вместо моей, — произнёс он после паузы.
Я мягко отстранилась и подняла глаза, чтобы встретиться с его пронзительным ледяным голубым взором. На его красивом лице вновь застыло то самое выражение скорбящего ангела с древнего надгробия. Эта тревожная мысль уже приходила мне в голову не раз. Сколько людей уже погибло из-за всего этого, не говоря уже о тех, кто ещё может к ним присоединиться в будущем? И всё это из-за того, что Самир сделал, чтобы спасти меня от вечности на самом дне того проклятого озера.
— Я никогда не говорила, что умна, — призналась я. Я отвела взгляд в сторону, чувствуя, что подвела его.
— Ты вовсе не глупая, мой друг, — возразил он мягко. Сайлас поднёс палец к моему подбородку и приподнял его, заставляя снова смотреть прямо на него. Он снова улыбался, хоть и совсем слабо. — Я ни капли не осуждаю тебя, ибо на твоём месте поступил бы совершенно точно так же. В тебе живёт настоящее сострадание, и именно твоё сердце определяет, кто ты есть на самом деле. Никогда не позволяй этому жестокому месту или безжалостному течению времени отнять это у тебя. И уж точно тебе не следует испытывать за это хоть какую-то вину.
— Спасибо тебе, — сказала я искренне и улыбнулась ему в ответ.
Он всегда оставался верен своему высокому титулу Жреца и, казалось, точно знал, что нужно сказать в любой момент.
— Я просто так безумно рада, что с тобой всё в порядке. — Я вдруг моргнула, осознав наконец, на что именно смотрю все это время. Я заметила новые отметины на нём ещё раньше, но до сих пор до конца не осмыслила их значение. — Что это вообще всё такое? — Я протянула руку, указывая на дополнительные белые линии, чётко проступившие на его бледной коже.
— Теперь я глава Дома Крови, — спокойно объяснил он. — С внезапной гибелью Золтана возникла острая потребность заполнить освободившуюся вакансию. Требовался новый король, и, похоже, Вечные решили воспользоваться своим шансом именно сейчас. Чтобы даровать другому силу правителя, тело должно быть полностью безжизненным. Как это было когда-то с тобой, а теперь точно так же и со мной.
— Вот как, — пробормотала я, переваривая информацию.
Сайлас равнодушно пожал плечами.
— Не то чтобы это теперь хоть что-то значило или имело значение. Дома — совсем не те, что были раньше. Мы сохраняем их лишь для забавы и прихоти Вечных, не более того.
Я понимающе кивнула. Дома были фактически распущены, по сути своей. Раз уж Самир теперь стал Королём Всего Сущего, кто вообще знал, кем мы теперь были и какие роли играли в этом изменившемся мире? Неожиданное появление Вечных эффективно разбросало всё игровое поле по комнате, и теперь мы все начинали практически с чистого листа.
Я изо всех сил отгоняла подступающий леденящий ужас, напоминая себе снова и снова, что Сайлас здесь — он жив и невредим. И благодаря этому чуду я больше не была совершенно одна в этом кошмаре. Теперь в этом полном безумии со мной был кто-то ещё, кто-то близкий. Жрец и его неизменный голос разума были более чем желанны и нужны сейчас.
