Маленькие руки — те самые, которые вчера рисовали карту на обёрточной бумаге, обхватили его горло сзади.
— Заколебал орать, — голос был не детский. Хриплый. Взрослый. — Нет давно никакой стражи. Старая плесень.
Пацан, который привёл нас сюда, менялся. Буквально на наших глазах.
Не мгновенно — постепенно. Словно проявлялась фотография. Веснушки на щеках бледнели и растворялись. Кожа из розоватой становилась белой, почти прозрачной. Русые волосы быстро белели.
А вот глаза напротив чернели. Белки, радужка, зрачок — всё заливало тьмой, как чернила в воде.
— Твою ж дивизию… — выдохнул я.
Владик — или кто он там был на самом деле — разжал одну руку. Согнул пальцы в странном жесте.
Старика скрутило.
Не физически — я видел, как его сжало изнутри. Астральное тело. Мальчик бил по нему. Как бы не фонило внутри этого зала, у меня всё равно вышло погрузиться в астрал. Совсем чуть, но этого было достаточно для визуального контакта.
Старик захрипел — его глаза закатились, пальцы на кинжале разжались. И тогда Выворотень вцепился ему в шею. Зубами.
Он не просто укусил. ЖРАЛ. Не только кровь — духовную ткань вампира.
Сорк судорожно вздохнул рядом.
— Это… это же… — ушастик запнулся, не в силах подобрать слова.
— Это дно в которое не постучат, — закончила за него Арина. — Кринж века.
Я стоял и смотрел, как десятилетний мальчик высасывает жизнь из древнего вампира. Точнее — существо в теле десятилетнего мальчика. Красная Шапочка наоборот. Бабушка оказалась настоящей, а вот под внучку замаскировался серый волк.
Пальцы сами сжались на рукояти метательного диска. Даргская ярость требовала немедленно броситься в бой. Приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы сдержаться. Атаковать сейчас казалось слишком опасным. Слишком уж легко он расправился со старым вампиром.
Выворотень разжал хватку. Тело его противника рухнуло с трона — мешок костей в истлевших тряпках. Кровь сочилась из разорванного горла, окропляя каменный пол.
— Ну наконец-то, — Выворотень вытер рот тыльной стороной ладони. Жест был абсолютно детский. Лицо — нет. — Знаете, сколько я этого ждал?
Он шагнул дальше. К постаменту, который был прямо за троном. С какой-то металлической коробкой по его центру.
— Стоять, — мой голос прозвучал ровнее, чем я ожидал. — Нахрена ты это сделал? Зачем было говорить, что тут люди?
Выворотень обернулся. Пару секунд помолчал. И рассмеялся.
Детский смех. Звонкий, весёлый. От которого хотелось выстрелить ему в голову.
— Люди? — он качнул головой, всё ещё хихикая. — Тони-Тони-Тони. Людей тут жрали лет двадцать назад. А если маман жива — я порву её собственными руками.
Одним движением оказался около той самой коробки. Распахнул её. Что-то достал.
На его пальце сверкнул перстень. Массивный, с чёрным, ритмично пульсирующим камнем.
— Спасибо за эскорт, — Выворотень поднял руку, разглядывая перстень. — Правда. Без вас я бы не прошёл. Столбы убили бы на подходе. Но вы справились. Настоящие герои.
Да он ещё и издевается. Пришлёпок мелкий. Хотя на ребёнка он сейчас совсем не похож. Скорее на тощего монстра-альбиноса с абсолютно чёрными глазами.
— Шеф, — Гоша рядом со мной подобрался. Кулаки сжались. — Можно я ему уши оторву? Я ему ваще-т галету свою отдал! Последнюю!
— Попробуй, — Выворотень улыбнулся. — Это будет весело.
— Что и требовалось доказать, — Арина. Голос ровный и спокойный — похоже она реально в ярости. — Никому нельзя верить. Особенно плачущим детям.
— Кто ж вам виноват, что вы такие тупенькие, — он перевёл взгляд на меня. — Культурный дарг. Который не бросает детей в беде. Добренький орк верхом на косуле.
За спиной что-то прошептал Сорк. Гоблин отодвинулся ближе к стене, держа наготове пистолет-пулемёт. Нервы успокаивал наверное. Если дело дойдёт до боя — огнестрел не поможет. Разве что случайно попасть. Да и то — потребуется крупный калибр, чтобы уделать такого вот уродца.
— Я не добренький, — сказал я.
— Разве? — он склонил голову. — А кто полез спасать незнакомого ребёнка через Мглу?
Крыть мне тут было нечем. Да и вообще — время разговоров, пожалуй вышло. Не знаю, за каким хреном ему понадобился этот артефакт и чего именно опасался старый вампир, что его сторожил, но что-то подсказывало, перстень не только для морального удовлетворения. Да и вообще — я дохрена фильмов смотрел, где всё так же и было. Ну, концептуально. Молодой и горячий рвал стариков. Потом лил реки крови и в конце подыхал.
Финал вроде и неплохой. Только вот я не хотел быть тем, кто ответственен за эти самые реки крови.
Поэтому я сжал пальцы на метательном диске. Собираясь запустить его, а следом отправить пару гранат. После чего достать меч.
Однако пацан успел первым. Ударил за миг до броска. Без предупреждения и каких-то признаков подготовки.
Вы когда-нибудь получали по своим внутренностям? Не по тем, что под рёбрами, а иным? Вот представьте себе гигантскую кувалду, обёрнутую в бархат. А потом — как она в вас впаивается. В разрезе астрального Плана.
Да меня нахрен вышибло из собственного тела на метр, а потом с чавканьем втянуло обратно.
Мир моргнул. Звук исчез. Картинка размазалась. Потом всё вокруг дичайше крутанулось и я на миг ощутил себя в полной невесомости.
А в следующую секунду понял, что лежу на полу.
Рядом — Гоша. Скрючился, держась за голову. Арина — без сознания, раскинулась как сломанная кукла. Сорк пытается подняться, но ноги не держат. Где-то наверху яростно свистят косули. И кажется ломают копытами кладку, пытаясь расширить проход.
Выворотень стоял посреди зала. Лыбу давил. Абсолютно спокойный.
— Я бы добил, — оглянулся он, шагая к выходу. — Но это слишком скучно. Пусть старичьё развлечётся.
Договорив, он щёлкнул пальцами. Не оборачиваясь. Эпично вышло — прям как у злодеев в блокбастерах.
Я наконец дотянулся до револьвера. Потянул его из кобуры. А на стенах что-то засветилось. Какие-то странного вида светильники, внутри которых похоже были артефакты.
И тени… Они начали отделяться.
От стен. От колонн. От потолка. Чёрные силуэты с размытыми контурами. Полупрозрачные фигуры, которые медленно поворачивались в нашу сторону.
— Духи Кровецких, — Выворотень уже стоял в противоположном конце зала, где только что скрипнули дверные петли. — Были связаны с хранителем. А я его только что скушал. Так что теперь они немножечко расстроены.
Он помахал рукой. Совершенно по-детски. Похоже всё никак не мог выйти из образа, который так долго держал.
— Пока-пока! — рассмеялся он. — Не помирайте сразу. Помучайтесь.
Через секунду он исчез. А вот тени двинулись к нам.
— Шеф… — Гоша с трудом приподнялся, усевшись на полу. — Чё думаешь? Как этих призрачных рихтовать?
Хороший вопрос. Ответа на который у меня не было. Да и вообще — сейчас даже двигаться было тяжело. Воздух как будто загустел.
Не знаю, как ещё это описать. Словно кто-то выкрутил плотность атмосферы на максимум. Дышать стало тяжело — каждый вдох давался с усилием. И жар. Почему-то стало охренеть, как жарко, хотя никакого огня не было.
Очертания зала поплыли. Колонны размывались, стены двоились. А вот силуэты теней — наоборот. Становились чётче. Резче. Обретали детали. Становились похожими на людей. Вернее, на вампиров.
Джентльмен в старинном камзоле. Бандит с перекошенной рожей. Кто-то в пиджаке — здоровенный и что забавно с орочьими чертами лица. Женщина в платье с корсетом и лицом искажённым яростью. Воин в каких-то совсем уж древних доспехах, с мечом наголо.
Все они были разными. И все смотрели на нас как на ужин.
Где-то наверху отчаянно свистели косули. Крошили камень. Но не успевали. Да и не помогут они тут — против этого дерьма нужны не копыта, а экзорцист. Или ядерная бомба.
— Шеф! — Гоша медленно поднялся на ноги с пистолет-пулемётом в руках. — Держись!
Очередь разорвала тишину. Пули прошили джентльмена насквозь — он даже не дрогнул. Только улыбнулся.
