Чиарра фыркнула.
— У вас все также наряженные отношения? — поинтересовалась Иви.
— Они просто никакие. Поехали лучше ко мне и поговорим на более интересные темы, чем… — она снова фыркнула, да так смешно, что Иви не удержалась от улыбки.
Девушки покинули склад и поехали в дом Чиарры, а там Иви под легкое вино и рассказала подруге о всех своих переживаниях, а также что призналась Рейзу в чувствах.
— И он обернулся в волка, разве это не признание? — вскричала Чиарра подливая Иви вино в бокал. — Мне, кажется, это и есть его признание, — улыбнулась девушка. — Его оборот, с которым он боролся говорит обо всем.
Первым инстинктом Иви было застрять в собственной драме, в беличьем колесе сожаления, злости и печали, притягательном и неумолимом точно черная дыра. Но затем она попыталась осознать все и посмотреть на все с другой стороны.
— Кажется, ты права, Чиарра, — улыбнулась она.
Больше подруги не хандрили, вернее, Чиарра не позволила, и ничего лучше не придумала, как споить Иви и уложить ее спать. Меньше дум и размышлений, а хороший и крепкий сон не помешает им.
Глава 22
На утро, к своему удивлению, после вчерашних посиделок, Иви встала рано и весьма бодрой. Позавтракав у Чиарры, она отправилась в свой дом, чтобы переодеться и после этого поехала к Шакалу.
Подъезжая, она уже издали заметила стражей. Вэн был чуть выше и стройнее Сэйла, с красивым лицом, обрамленным тяжелыми дредами. Своей походкой он напоминал большого камышового кота. Сэйл же был грубее, коренастее и с темной бородкой, не скрывавшей широкой улыбки. Не сводя глаз с Иви, они вышли ей навстречу.
Она им улыбнулась.
— Доброе утро!
Они поздоровались с ней в ответ, а затем Вэн огласил на всю округу: — Шакал, к тебе Иви приехала.
— Он за домом махает мечом. Любит он это дело, тренируется сам с собой, — усмехнулся Сэйл.
— Вы ему разрешили меч? — улыбалась Иви. Неужели парни ему настолько доверяли, что позволили тренироваться с настоящим оружием?
— Ашар разрешил, а наше дело выполнять приказы, — хмыкнул Сэйл.
Иви прошла по тропинке завернув за дом и остановилась, наблюдая, как Шакал тренировался. Он был босиком и в легких черных штанах. Его мускулы впечатляли на фоне его серой блестящей кожи, а с острым мечом он выглядел весьма внушительным даже опасным.
Иви поднырнула под ветви сосны и замерла.
Стальное лезвие описывало в воздухе дугу так быстро, что глаз не успевал его заметить. Казалось, только смертельный золотой след в свете солнца свидетельствовал — взмах меча был.
Бесшумно скользя и резко поворачиваясь, Шакал двигался с такой скоростью, что сам казался нечетким пятном в солнечном свете и бликами от воды. Закаленная сталь ярко вспыхивала, воображаемые тела воображаемых врагов летели под ударами безжалостного меча в вечность.
Вынырнув из-под низких веток сосны, Иви ждала, когда ее обнаружат. И удивлялась, что Шакал до сих пор не почувствовал присутствия постороннего.
Он расправился с последним из воображаемых врагов и остановился в центре поляны. Крепко, обеими руками, держал изогнутый меч прямо перед собой, готовый к защите.
Резко обернувшись, он увидел ее и опустил меч. Шакал вставил конец острого меча в щель ножен, привязанных к бедру, одним плавным движением вогнал его на место и направился к Иви.
Он двигался тихо. Легкой походкой и бесшумно.
— Привет, — улыбнулась она, встретившись с проницательным алым взглядом. Все же его глаза удивительно красивые. — Прости за опоздание.
— Не беспокойся. Главное — ты здесь, — он пристально рассматривал каждую черточку ее лица, на секунду задержавшись на губах и затем вернулся к ее глазам. — Как Рейз?
— Ты слышал, что он обернулся в волка?
Шакал кивнул.
— Его обучает волчьей жизни главный целитель. Надеюсь, Рейз быстро всему научится, окрепнет и вернется к нам.
— Тебе нелегко пришлось, — тихо сказал он.
— Не мне, а Рейзу.
— Мне очень жаль, — проговорил Шакал.
И это так и было. Она видела искреннюю печаль в его глазах. Иви посмотрела на него и удивилась. Суровое лицо Шакала смягчилось, его выражение было почти нежным, когда он глядел на нее. Она судорожно глотнула, надо было срочно заполнить чем-то возникшую между ними тишину.
— Скажи, ты экспериментировал с кубом?
Шакал повел ее по узкой проторенной тропе к домику, открыл дверь и пригласил Иви войти, протянул ей несколько исписанных листов, затем скрылся в душевой.
И пока Шакал принимал душ, Иви присела на стул и внимательно изучала записи.
Шакал провел такой же эксперимент что и она, получив тот же результат. Затем он добавил не только воду и землю, но и зажженную веточку. Это тоже не принесло никаких результатов даже взрыва не последовало.
— Все тоже самое и ноль результатов, — вздохнула Иви, отложив листы и взглянула на вошедшего Шакала. Он надел штаны и рубаху, но оставался босиком. — Что же это за куб такой проклятый?!
— У меня есть одна мысль, — задумчиво произнес он.
— А может он неработающий и мы зря ломаем голову? — сказала Иви в отчаянии. — Все никак не могу понять, почему он реагирует на воду и землю, но взрывается. И как соединить пластины, если ты говоришь, что они тоже куб! И что у тебя за мысль? — она вопросительно уставилась на него.
— Нам нужен конкретный жак'асс, а его панцирь раскрошить, стереть в порошок и посыпать на куб.
— А вот эта твоя мысль мне нравится! — воодушевленно воскликнула Иви. — Но какой именно жак'асс?
— Вот над этим я и размышляю, — Шакал взглянул в ее глаза. — Нужен тот, из которого сделан куб.
Иви открыла от изумления рот.
— Так куб сделан из…
— Из панциря черного болотного жак'асса, обитающего не в земле, а на поверхности, но в болотистых местах.
Иви передернуло от слова «болото», она до сих пор прекрасно помнила, как бродила в Вепсском лесу и дрожала от страха, что ее засосет болотная жижа.
— И как найти эти болотистые места?
Шакал отвел глаза, — Перед нами стоит трудная задача, но одно место я знаю.
— Далеко оно?
— Дальше, чем мое логово, но можно срезать путь.
— Я переговорю с Ашаром, необходимо поймать такого, и ты этим займешься со стражами, а раз по пути твое логово, то и туда стоит завернуть и поискать тайник твоего наставника. Но погоди, если куб из панциря жак'асса, то ведь можно чиркнуть по нему!
— Пробовал, — Шакал покачал головой. — Не получилось.
— Но неужели гидрам, чтобы открыть куб, необходимо такой жак'асс?
— Думаю, у них изготовлено нечто, что позволяет взаимодействовать с кубом. Но этот ключ или пластинка сделан из панциря жак'асса.
— Надеюсь ты не ошибаешься, — вздохнула Иви, почувствовав огромное облегчение о того, что они сдвинулись с мертвой точки.
— Ты хочешь что-нибудь выпить? Я могу заварить чай, — предложил Шакал.
— Спасибо, но нет, — и Иви заметила на столе пухлую папку. — А это что?
— Рисунки.
— Можно посмотреть?
Он неуверенно кивнул, а Иви раскрыла папку.
— Чудесные рисунки, — сказала она, рассматривая изображение деревьев и кружевных папоротников. Сквозь воздушные формы проглядывали прозрачные крылышки и смеющиеся глаза. — Это феи? — с улыбкой спросила она.
— Это летающие бабочки, мне захотелось нарисовать их маленькими человечками с крылышками. Это просто зарисовки. Просто хобби.
Когда Иви стрельнула на него взглядом, он дрогнул.
— Почему ты так говоришь, да еще и стараешься сам в это поверить, когда у тебя есть талант?
— Я просто рисую иногда в свободное время, — его взгляд стал мягче.
Она перевернула следующую страницу. Он нарисовал домик так, будто он был из какой-нибудь старой милой легенды, с кольцом высоких деревьев вокруг и гостеприимной верандой.
Мечтательный Шакал никак не воспринимался Иви всерьез. Она просматривала следующие и один рисунок ей очень понравился. На листе был запечатлен штормовой день с молнией, рассекавшей грозовые тучи. На краю утеса по центру стояла девушка, глядевшая во все глаза на пропасть у ее ног. На ней было красивое красное платье с подолом, развевавшимся на ветру. Но самым красивым было ее лицо. На нем буквально читались чувства — страдание, агония, тоска. Рисунок был исполнен черным грифелем, но платье было нарисовано красной краской. Кого изобразил Шакал, Иви было невдомек, а спросить не решилась. И хоть она и не была художницей, но даже она могла с точностью сказать, что этот рисунок бы написан очень талантливо.
