Броневые пластины обвивали его тело, подгоняясь под размер. Из обломков гидравлических систем собирались усилители для конечностей. Провода сплетались в энергетические цепи, питая всю конструкцию. Болты и заклёпки вкручивались сами собой, фиксируя элементы.
За какие-то пять секунд Штайгер из обычного человека превратился в бронированного воина. Его руки заканчивались массивными манипуляторами. На спине торчали какие-то острые шипы, вероятно, для защиты от атак сзади. Грудь покрывала толстая броня с светящимися рунами.
И он ещё не закончил.
Оставшиеся детали сформировали в его правой руке нечто похожее на меч, длинный, зазубренный клинок из обломков броневых пластин. В левой руке — щит, круглый и массивный, собранный из наслоенных друг на друга металлических листов.
Гюнтер занял боевую стойку, и его голос, усиленный внутренними динамиками брони, прогремел над полем:
— Ну давай, Рихтер! Покажи, на что способен великий некромант без своей нежити!
Я покачал головой, спрыгнул с Агни и приземлился метрах в двадцати от него.
— Агни, отойди, — сказал я дракону. — Не хочу, чтобы он пострадал.
Агни недовольно фыркнул, но послушался, отлетев на безопасное расстояние.
Гюнтер наблюдал за этим с видимым удивлением:
— Что, неужели и правда решил сражаться сам? Без своих монстров?
— Именно, — кивнул я, активируя теневой клинок. — Сам понимаешь, сжечь тебя при помощи дракона было бы проще простого. Но мне нужно твоё тело относительно целым. Ревенант из тебя получится отличный. Так что придётся повозиться лично.
Гюнтер коротко и зло рассмеялся.
— Ты так уверен в победе?
— Да, — ответил я просто и двинулся вперёд.
Штайгер не стал ждать. Он рванул навстречу, преодолевая расстояние огромными прыжками. Усилители на ногах придавали ему нечеловеческую скорость. Меч взметнулся вверх, нацеливаясь мне в грудь.
Я отступил в сторону, уклоняясь. Клинок просвистел мимо, рассекая воздух с характерным свистом. Гюнтер не остановился, развернулся, нанёс горизонтальный удар. Я пригнулся. Меч прошёл над головой.
— Быстрый, — признал я. — Впечатляет.
— Заткнись! — рявкнул Гюнтер и ударил щитом.
Я поднял клинок, блокируя удар.
Металл встретился с магией. Раздался звон, но какой-то неправильный, диссонирующий. Удар был чудовищной силы, гидравлические усилители в руках Штайгера придавали ему мощь, превосходящую человеческую в разы. Меня отбросило назад, ноги прочертили борозды в земле.
Но я устоял.
Энергия пульсировала в моих мышцах, усиливая их, делая крепче стали. Руки не онемели. Клинок не дрогнул.
— Неплохо, — признал Гюнтер, вращая мечом. — Но недостаточно.
Он атаковал снова. Горизонтальный удар, целящий прямо в шею.
Я отклонился, пропустив клинок мимо себя, и контратаковал быстрым уколом в незащищённый сустав на локте.
Теневой клинок скользнул по металлу, но не пробив энергощит. Гюнтер отскочил назад, выставив оружие.
— Слабовато, — ухмыльнулся он.
— Разведка, — парировал я.
Штайгер ринулся вперёд, нанося серию быстрых ударов. Меч со свистом рассекал воздух. Сверху, сбоку, по диагонали. Каждый удар мог разрубить человека пополам. Но я не был обычным человеком.
Я парировал. Снова и снова. Теневой клинок встречал его меч, отклоняя удары. Мы двигались в смертельном танце, наши клинки сплетались и расходились с невероятной скоростью.
Мы довольно быстро попрощались с энергетическими щитами. Те лопнули, не выдержав напора. И теперь битва велась без права на ошибку. И, разумеется, стала чуть более аккуратной.
Гюнтер был быстр. Усилители давали ему преимущество в силе и скорости. Но я всегда был значительно техничнее. Да и в силе не уступал.
Всё, что мне сейчас было нужно, это вскрыть его броню, как консервную банку.
Штайгер замахнулся сверху, вкладывая в удар всю мощь. Я не стал блокировать. Вместо этого шагнул в сторону и растворился в тени.
Телепортация. Короткая, всего метров на пять, но достаточная.
Я материализовался за спиной Гюнтера и ударил. Теневой клинок, трансформировался в длинную, тонкую рапиру и нацелился в стык брони между лопаток.
Но Штайгер среагировал быстро. Он развернулся, подняв щит, и моя рапира ударила в металл, пробив его, но застряв.
— Думаешь, ты самый хитрый? — процедил Гюнтер и рванул щит на себя, пытаясь вырвать оружие из моих рук.
Я отпустил клинок. Он просто рассеялся в воздухе, превратившись в дым. И тут же материализовался снова, на этот раз в форме двух коротких кинжалов.
Я шагнул вперёд, нырнув под следующий удар меча, и полоснул кинжалами по ногам Гюнтера. Целился в суставы, где броня была тоньше. Один кинжал оставил глубокую царапину, второй пробил металл и впился в гидравлический шланг.
Из шланга брызнула тёмная жидкость. Левая нога Штайгера дёрнулась, теряя часть подвижности.
— Ублюдок! — рявкнул он.
Он ударил щитом вниз, целясь мне в голову. Я перекатился в сторону, уклоняясь. Щит вонзился в землю, подняв фонтан пыли и камней.
Гюнтер жестом вызвал к себе ещё детали. Из обломков колосса, всё ещё разбросанных по полю, прилетали новые куски металла.
Они облепили его ногу, латая повреждённый шланг, формируя дополнительный слой защиты вокруг суставов.
— Видишь? — насмешливо бросил он. — Пока есть металл вокруг, ты не сможешь меня победить. Я буду просто восстанавливать броню. А рано или поздно мои големы доберутся сюда. И тогда…
— Тогда ничего, — перебил я, поднимаясь на ноги. — Потому что ты упускаешь одну деталь.
— Какую?
Я улыбнулся, и кинжалы в моих руках слились в один длинный меч, на этот раз двуручный, массивный:
— Я всегда был и буду значительно сильнее тебя.
Гюнтер рявкнул что-то нечленораздельное и атаковал.
Его самодельный меч обрушился сверху с убийственной силой. Но я встретил удар своим клинком.
Раздался звон, от которого заложило уши.
И меч Гюнтера треснул.
Просто треснул посередине, не выдержав столкновения. Штайгер собирал его на скорую руку из обломков, не заботясь о прочности соединений. А мой теневой клинок был абсолютен, он не мог сломаться, потому что был частью моей силы, частью меня.
Гюнтер отшатнулся, глядя на свой надломленный меч с недоверием.
Я не дал ему опомниться. Рванул вперёд, вкладывая в удар всю мощь усиленного магией тела. Двуручный меч описал широкую дугу и с чудовищным уроном обрушился на щит Штайгера.
Металл взвыл. Защитные руны на щите вспыхнули, пытаясь поглотить удар, но я бил снова. И снова. И снова.
Каждый удар был как удар кузнечного молота. Металл гнулся, трескался. Руны гасли одна за другой, не выдерживая перегрузки.
— Прекрати! — заорал Гюнтер, пытаясь отступить.
Но я не прекращал. Следующий удар пришёлся по центру щита и пробил его насквозь. Теневой клинок прошёл сквозь металл, словно сквозь бумагу, и застрял.
Я дёрнул меч на себя, вырывая щит из рук Штайгера. Тот полетел в сторону, описав дугу, и с грохотом упал на землю метрах в десяти.
Теперь Гюнтер остался только со сломанным мечом.
Он замахнулся, пытаясь ударить мне в бок, но его движения были медленными, отчаянными. Я уклонился, пропустив удар мимо себя, и ударил рукоятью своего меча ему в грудь.
Удар получился настолько мощным, что Гюнтера отбросило назад. Он пролетел метра три и рухнул на спину, подняв облако пыли. Из его брони посыпались искры, что-то внутри сломалось от удара.
Я медленно подошёл к нему. Теневой двуручник трансформировался обратно в одноручный клинок, изящный и смертоносный.
Гюнтер попытался подняться, но его броня больше не слушалась. Усилители были повреждены ударами, а он сам — измотан.
Он лежал на спине, тяжело дыша, и смотрел на меня снизу вверх.
Я растворился в тени, а затем появился прямо над ним и занёс клинок.
Сквозь прорези шлема я видел его глаза, налитые кровью, полные ненависти.
— Никогда, — прохрипел он.
