Топливо-скверна заканчивалась.
Бомбы-липучки выкачивали энергию из кристаллов, питающих колосса. И чем больше они выкачивали, тем слабее становился титан.
— Он пытается отступить! — предупредила Лифэнь по связи.
Действительно. Колосс развернулся и начал двигаться обратно к Кайзерштадту. Его шаги стали заметно короче, медленнее. Если раньше он преодолевал расстояние огромными прыжками, то теперь почти плёлся.
— Ну уж нет, — усмехнулся я. — Все отряды, преследуем! Продолжаем сброс!
Мы понеслись за ним. Виверны, птеродактили, драконы, вся летающая армия окружила отступающего титана плотным кольцом. Бомбы продолжали сыпаться на него, липли к броне, начинали свою разрушительную работу.
Колосс шёл всё медленнее. Его движения становились всё более скованными, неуверенными. Руны на броне уже почти полностью погасли. Кислота прожгла несколько суставов, из которых теперь капала какая-то тёмная жидкость, гидравлическая, судя по запаху.
А до Кайзерштадта было ещё далеко. Слишком далеко.
— Конец близок, — пробормотал я, наблюдая, как титан замедляет шаг.
И вот, посреди чистого поля, окружённый летающими химерами, усыпанный гремлинскими бомбами и изъеденный кислотой, колосс остановился.
Просто остановился.
Его руки бессильно повисли вдоль тела. Ноги застыли в полушаге. Из нескольких сочленений валил дым, то ли что-то там перегрелось, то ли начали взрываться первые бомбы.
Абсолютная неподвижность.
Я подождал ещё несколько секунд, проверяя, не ловушка ли это. Но колосс даже не дрогнул. Он стоял, как гигантская статуя посреди поля, и в нём не осталось ни одного признака жизни.
— Всем отрядам, — скомандовал я, — отойти на безопасное расстояние. Сейчас начнут массово детонировать бомбы.
Мы отлетели метров на сто. И вовремя.
Взрывы пошли по цепной реакции. Сотни устройств детонировали почти одновременно. По отдельности это были довольно слабые взрывы, особенно для такого мощного и бронированнгого голема. Но вместе…
Весь колосс задрожал. Из стыков брони вырвались языки пламени. Руны на поверхности вспыхнули в последний раз и погасли окончательно. Где-то внутри что-то громко треснуло, затем раздалась серия более мощных взрывов.
Титан качнулся. Его правое колено подогнулось. Левая рука оторвалась от корпуса и с грохотом рухнула на землю, подняв облако пыли.
А затем настала тишина.
Колосс стоял, покорёженный, дымящийся, почти полностью обесточенный, но всё ещё на ногах. Его корпус был покрыт оплавленными кратерами от взрывов и дырами от кислоты.
Я направил Агни к капсуле управления, расположенной в центре грудной клетки титана. Подлетел вплотную, так что мог бы дотронуться до металла рукой.
Внутри, за толстым бронестеклом, я разглядел фигуру. Гюнтер Штайгер. Он сидел в кресле пилота, его руки всё ещё лежали на рычагах управления. Даже с этого расстояния я видел ярость и бессилие на его лице.
Я постучал костяшками пальцев по бронестеклу. Один раз, второй. Тишина. Затем — глухой звук изнутри, словно Гюнтер ударил кулаком по панели.
Я усмехнулся и произнёс, зная, что он слышит меня через системы связи колосса:
— Привет, Гюнтер.
Тишина. Затем — потрескивание помех в динамиках.
— Прекрасная машина, — продолжил я, оглядывая покорёженный корпус титана. — Жаль, что твои инженеры не учли один нюанс. Топливо на скверне не самоё надёжное. Помнится, я вас раньше об этом предупреждал.
Ещё один глухой удар изнутри капсулы.
— Ну же, — я прислонился ближе к бронестеклу, глядя Гюнтеру прямо в глаза. — Всё кончено. Давай вылезай. Поговорим. По душам. Некромант с техномагом. Будет интересно, обещаю.
Глава 14
Я постучал по бронестеклу ещё раз, наслаждаясь моментом.
— Ну же, Гюнтер, — повторил я. — Не тяни. Давай выходи, поговорим по-человечески.
Динамики капсулы наконец ожили. Голос Штайгера звучал искажённо, с помехами, но злость в нём прорывалась отчётливо:
— Отстань, Рихтер. Я никуда не выйду.
Я рассмеялся. Не смог сдержаться. Это было так типично для него.
— Конечно не выйдешь, — я покачал головой. — Ты как всегда не хочешь брать на себя ответственность за неверный выбор. Проще спрятаться в своей железной коробочке и делать вид, что проблемы не существует.
— У тебя всегда только два мнения, Рихтер, — огрызнулся Гюнтер. — Твоё и неправильное. С тобой вообще нет смысла разговаривать. Договариваться с тобой — всё равно что биться головой об стену.
— Забавно это слышать от человека, который предал своего союзника, пока тот восстанавливал силы после битвы, — парировал я. — Напомнить, кто вырезал весь мой клан? Кто заключил сделку с потусторонними силами ради дешёвой энергии?
— Мы сделали то, что было необходимо для процветания мира! — в голосе Гюнтера появились истеричные нотки. — Скверна дала нам технологический прорыв! Ты бы обрек нас на застой! Мы взяли под контроль…
— Ничего вы не взяли под контроль, — резко перебил я. — Скверна пожирает ваших же людей. Вы впустили заразу в этот мир. И я единственный, кто теперь может её вычистить.
Тишина. Только треск помех.
Я вздохнул.
— Ладно, хватит бесполезных пикировок. Последний раз спрашиваю: выйдешь сам или мне выковыривать тебя силой?
Гюнтер коротко и отрывисто рассмеялся:
— Попробуй, Рихтер. Это не просто капсула. Тут совершенно особый сплав металлов и усиленное магией и множеством артефактов алмазное стекло. Всё это невозможно разрушить. Во всяком случае, быстро и просто. А за то время, что ты будешь с этим возиться, сюда доберётся подкрепление. Мои големы уже в пути. Да и не только они. Ты дурак, если думаешь, что мешаешь только мне. Так что мы ещё посмотрим, кому из нас придётся прятаться в железной коробочке.
Я задумчиво почесал подбородок. Угрозы Гюнтера меня не волновали. Доступные ему силы мне уже вполне понятны, а заручиться поддержкой других Великих Кланов он так и не сумел.
Но, разглядывая капсулу, я не мог не признать, что кое в чём он прав. Та действительно выглядела основательно и, очевидно, что он максимально защитил место, которое готовил под свою сиятельную задницу.
Толстое бронестекло, массивные замки, герметичные швы. Даже Агни вряд ли сможет прожечь это быстро.
— Хорошо, — сказал я и развернул Агни. — Как скажешь, Гюнтер.
Я отлетел на несколько метров, давая Штайгеру возможность почувствовать первые ростки надежды. А затем активировал ментальную связь.
— Лифэнь, нужна небольшая помощь.
— Слушаю, — её голос был спокойным, деловым.
— Пришли сюда гремлинов. Всю десятку. Пусть прихватят инструменты.
Пауза.
— Инструменты? — в её голосе прозвучало любопытство. — Зачем?
— Увидишь, — усмехнулся я. — Просто пусть двигаются сюда. И побыстрее.
Связь оборвалась, и я вернулся к капсуле. Гюнтер молчал, но я чувствовал, как он напряжённо следит за мной изнутри. Наверняка пытался понять, что я задумал.
Пришлось подождать какое-то время, пока их доставили сюда аж из Рихтерберга.
За это время я успел не раз облететь вокруг колосса, оценивая повреждения. Мои учёные поработали на славу, бомбы за короткий срок выжгли практически всю энергию голема, оставив разве что крохи, которых было недостаточно даже для того, чтобы пошевелить пальцем.
Ну а наша кислота успела прогрызть многие суставы насквозь. Одна рука валялась отдельно, вторая держалась на паре креплений.
Красота.
Наконец, с юга показалась группа летающих фигур. Птеродактили, а на них все десять гремлинов со своими сумками.
Они приземлились рядом с колоссом, спрыгнули с седёл и окружили меня, глядя снизу вверх своими большими любопытными глазами.
— Босс-командир звал-вызывал? — пискнула Шпиль-Ка.
Я широко улыбнулся и указал на покорёженного титана:
— Вот. Перед вами целая гора ресурсов и деталей для ваших дальнейших изобретений. Можете разбирать. Только аккуратно, чтобы всё можно было потом использовать.
