Победа. Полная и безоговорочная.
Не удивительно, что оставшись без князя, Штайгеры хотят переговоров.
— Скажи им, — медленно произнёс я, — что я готов выслушать их предложения.
— Принято, — отозвалась Лифэнь.
Штайгеры хотят переговоров.
Что ж, посмотрим, что они могут предложить. И что готовы отдать, чтобы спасти свои жалкие шкуры.
Это будет интересно.
Глава 17
— Соединяю, — коротко сказала Лифэнь, и через секунду в моём сознании возник новый голос.
Мужской, немолодой. В характерной манере Штайгеров он чеканил слова и выговаривал каждое с такой тщательностью, словно от этого зависела его жизнь. Голос звучал напряжённо, но он старательно пытался этого не показывать.
— Великий Князь Максимилиан Рихтер, — начал собеседник, — я обращаюсь к вам с предложением о мирных переговорах между нашими кланами. События последних дней показали, что продолжение конфликта приведёт лишь к дальнейшим жертвам с обеих сторон. Полагаю, мы можем найти взаимовыгодное решение, которое устроит всех и позволит избежать ненужного кровопролития.
Я молчал, давая ему продолжить. Всегда полезно послушать, что именно противник хочет сказать, прежде чем начинать задавать неудобные вопросы.
— Клан Штайгер готов обсудить компенсации за прошлые… разногласия, — продолжал говоривший, тщательно подбирая слова. — Мы понимаем, что между нашими кланами накопилось немало спорных моментов, и готовы найти справедливое решение. Возможно, территориальные уступки, возмещение ущерба, установление торговых соглашений…
Он говорил уверенно, словно зачитывал заранее подготовленную речь. Что, впрочем, скорее всего так и было.
— Мы также готовы предоставить вам доступ к некоторым нашим технологическим разработкам в знак доброй воли, — голос становился всё более воодушевлённым. — Клан Штайгер всегда славился своими инженерными достижениями, и мы могли бы поделиться…
— Стоп, — спокойно прервал я его монолог. — Прежде чем мы продолжим обсуждать эти заманчивые предложения, давайте уточним один простой вопрос. Кто вы вообще?
Короткая пауза. Мой вопрос явно сбил говорившего с заготовленного сценария.
— Я… представитель клана Штайгер, уполномоченный вести переговоры…
— Имя, — уточнил я. — Должность. И, что важнее всего, полномочия на ведение переговоров от лица клана.
Пауза стала чуть длиннее. Я почти физически чувствовал, как собеседник лихорадочно соображает, что именно говорить.
— Клаус Вернер Штайгер, — наконец выдал он. — Генерал-майор вооружённых сил клана. В данный момент координирую действия военных подразделений и… уполномочен вести предварительные переговоры.
— Предварительные переговоры, — повторил я, отмечая это слово. — Интересная формулировка. То есть окончательные решения вы принимать не можете?
— Я действую в интересах клана, — ответ прозвучал осторожно. — И имею достаточные полномочия для обсуждения основных условий.
— Достаточные полномочия, — протянул я. — Клаус, давайте будем откровенны. Я могу провести несколько часов, обсуждая условия с вами, а потом выяснится, что окончательное решение всё равно принимает кто-то другой. И нам придётся начинать всё заново. Согласитесь, это не самая эффективная трата времени.
— Я понимаю ваше беспокойство, Князь Рихтер, — Клаус явно пытался вернуть разговор в нужное русло. — Но уверяю вас, моих полномочий достаточно для…
— Где наследник главы клана? — спросил я прямо.
— К сожалению, связь с ним временно затруднена…
— Временно затруднена, — повторил я спокойно. — И что именно её затрудняет?
— Технические сложности, — быстро ответил Клаус. — Магические помехи в районе, где он сейчас находится. Мы работаем над восстановлением связи.
Я промолчал несколько секунд, давая повисеть тишине. Клаус явно нервничал, но держался.
А я уже начал понимать, что мне пытаются втюхать какую-то ерунду. Наследник клана в такой момент где-то пропадает? Магические помехи? Ну-ну.
Разве что он сидит внутри голема, которых Гюнтер снова отправил через очаги на штурм Рихтерберга.
И то, всё это крайне нелепо звучит и плохо пахнет.
— Хорошо, — сказал я наконец. — Тогда другой вопрос. Кто сейчас официально возглавляет клан Штайгер после смерти Гюнтера?
— Наследник клана…
— Имя, — потребовал я. — И только не говорите, что вы его не знаете.
Небольшая пауза. Клаус, похоже, взвешивал, насколько откровенным стоит быть.
— Фридрих Штайгер, — произнёс он наконец. — Племянник покойного князя Гюнтера. Сын его старшего брата. Он является законным наследником по всем правилам престолонаследия клана.
Фридрих Штайгер.
Я попытался вспомнить это имя. Где-то на задворках памяти мелькнуло что-то смутное. Штайгеры тысячу лет назад… у Гюнтера действительно был старший брат. Как его звали? Вольфганг? Или Генрих? Не помню точно. Но был.
И, кажется, у него был сын. Молодой тогда, совсем зелёный. Я мог видеть его один-два раза на каких-то официальных встречах, не больше. Лицо не помню. Характер не помню. Вообще ничего конкретного не помню.
Он был слишком мелкой фигурой на тот момент, чтобы специально им интересоваться. А сам по себе он тогда совсем не выделялся.
— Фридрих Штайгер, — повторил я вслух, прокручивая имя в голове. — Припоминаю это имя. И где сейчас находится господин Фридрих?
— К сожалению, в данный момент я не могу назвать его точное местоположение, — ответил Клаус осторожно. — Вероятно это знал Гюнтер, но теперь мы не можем его спросить.
Тон переговорщика стал оправдывающимся, мол мы бы рады, да вы сами прикончили нашего князя, чем поставили нас в это затруднительное положение. Именно это читалось в его последней фразе. Надо сказать, юлить и скидывать с себя всякую ответственность он умел мастерски.
— Допустим, — кивнул я. — И когда вы планируете восстановить с ним связь?
— Великий Князь Рихтер, — голос Клауса оставался почтительным, — я понимаю ваше желание говорить непосредственно с главой клана. И уверяю вас, как только мы установим стабильную связь с господином Фридрихом, он немедленно свяжется с вами лично для продолжения переговоров. Это вопрос самого ближайшего времени.
— Клаус, — нарочито мягко, почти дружески, обратился к нему я. — Если верить вашим словам, то вы сильно рискуете, разбрасываясь такими обещаниями. Ведь если вы не знаете, где конкретно находится прямой наследник клана и что он делает, то как вы можете обещать, что он вскоре выйдет на связь?
Мой собеседник замолчал. Видно, лихорадочно пытался придумать ответ, и, в конце концов, он выдавил из себя:
— Действительно, прямо сейчас мы не знаем где он, но прилагаем все усилия для того, чтобы его отыскать. Возможно, уже в течение нескольких часов…
— Клаус, — спокойно прервал я его. — Давайте я буду откровенен. Мне не нужны обещания о том, что произойдёт через несколько часов. Мне нужен человек, который может принимать решения от лица клана Штайгер прямо сейчас. И если вы таким человеком не являетесь, то наш разговор не имеет никакого смысла.
— Я действую в интересах клана и…
— И тратите моё время, — перебил я. — Знаете что? Я упрощу всем нам задачу.
Я помолчал секунду и продолжил:
— У вас есть двадцать четыре часа, — сказал я ровным, спокойным тоном. — Ровно сутки с этого момента. За это время вы находите своего Фридриха, вытаскиваете его из какой бы дыры он ни прятался, и организуете мне разговор с ним. Нормальный, полноценный разговор с человеком, который имеет право говорить от имени клана.
— Двадцать четыре часа — это очень небольшой срок, — начал было Клаус. — Учитывая текущую ситуацию и сложности со связью…
— Это ровно столько, сколько я готов дать, — ровно ответил я. — И, честно говоря, это довольно великодушно с моей стороны.
— Великий Князь, я прошу вас войти в положение…
— Ваше положение меня не особенно интересует, — сказал я без злости, просто констатируя факт. — Меня интересует результат. Двадцать четыре часа, Клаус. Если через сутки я не получу возможности поговорить с вашим новым князем, переговоры закончатся.
