Я сделал паузу, давая ему возможность переварить мои слова, а затем добавил:
— И тогда я перестану разбираться, кто там у вас наследник, кто имеет полномочия, а кто нет. Я просто приду и возьму своё. И уже не будет иметь значения, объявится ваш Фридрих или нет, потому что у него всё равно больше не будет возможности высказать своё мнение.
Тишина на другом конце связи стала напряжённой.
— Вы… вы угрожаете? — голос Клауса дрогнул, теряя напускное спокойствие.
— Я предупреждаю, — поправил я. — Разница существенная. Угроза — это когда я собираюсь сделать что-то плохое просто потому, что могу. Предупреждение — это когда я даю вам шанс избежать неприятностей, если вы поступите разумно.
Я подождал, но ответа не последовало.
— Часы пошли, Клаус Вернер Штайгер, — сказал я напоследок. — Советую не тратить время впустую.
И разорвал связь.
Лифэнь тут же откликнулась:
— Достаточно жёстко. Думаешь, они успеют за сутки?
— Неважно, успеют или нет, — ответил я. — Важно, что теперь у них есть чёткий срок. Посмотрим, как они им распорядятся.
— А почему ты вообще решил вступить с ними в переговоры? — спросила хакерша, — наша армия возле Кайзерштадта, а Гюнтер мёртв. Разве не проще просто войти в город победителем?
— Вот именно, — отозвался я, — мы и так уже победители. Но дальнейшие военные действия не имеют смысла, если Штайгеры готовы капитулировать. Если среди них и остались виновные в произошедшем тысячу лет назад, то я разберусь с этим лично и другим способом. Незачем тратить время и ресурсы впустую, в то время, как мои настоящие враги, Десмонд и Канвар, всё ещё живы.
— Поняла, — после секунды размышлений согласилась со мной Лифэнь.
— Однако, — я продолжил, — я отнюдь не уверен в искренности моего недавнего собеседника. И, напротив, почти уверен, что они просто тянут время. И я собираюсь выяснить ради чего именно. Сейчас, пока они надеются, что оно у них есть, то будут не столь осторожны.
Лифэнь засмеялась.
— Так значит, это своеобразная ловушка? Хитро. Тогда, если они действительно хотят скрыть или спрятать что-то важное, то мы обязательно это узнаем.
* * *
Некоторое время назад:
— Великий Князь Десмонд, мне необходимо поговорить с вами. Срочно.
Фридрих Штайгер смотрел на экран коммуникатора с выражением плохо скрываемого отчаяния. Его рыжеватые волосы, точная копия причёски погибшего Гюнтера, были взъерошены. И даже одежда на нём была в духе той, что предпочитал покойный Гюнтер.
Всё в нём кричало о желании быть похожим на Великого Князя, но любому кто знал обоих, было ясно, что разница между ними слишком велика была, есть и будет.
Роланд Десмонд откинулся на спинку кресла в своём кабинете, окинув просителя холодным, оценивающим взглядом. Перед ним на столе лежали бумаги, торговые отчёты, контракты, финансовые сводки.
Даже сейчас, когда мир трещал по швам, Роланд предпочитал работать с документами по старинке, используя перо и чернила.
— Фридрих, — протянул он с едва заметной усмешкой. — Какая неожиданность. Я думал, после смерти Гюнтера вы все там окончательно потеряли способность связной речи.
Фридрих сглотнул, его лицо покрылось нездоровым румянцем. Унижение жгло, но выбора не было.
Скрыть смерть своего князя они никак не могли. Это стало очевидно всем, сразу после того, как сгорели все договоры.
— Великий Князь Десмонд, нам нужна ваша помощь. Рихтер… он уничтожил три укрепления на подступах к Кайзерштадту. Он уничтожил… нашего Князя. Мы теряем позиции одну за другой. Его армия движется к столице, и если мы не получим поддержку…
— Поддержку? — Роланд поднял бровь, его тон стал ещё более презрительным. — Ты, мальчик, хочешь, чтобы я вступил в войну на стороне Штайгеров? Сейчас? После того, как ваш покойный князь её окончательно проиграл?
— Но…
— Но что? — перебил его Десмонд, склонившись к экрану. В его глазах не было ни капли сочувствия, только холодный расчёт. — Скажи мне, Фридрих, почему я должен рисковать своим кланом ради того, чтобы спасать ваши задницы? Когда Гюнтер был жив, я хотя бы мог питать иллюзии, что Штайгеры ещё представляют какую-то ценность. Но теперь? — он презрительно фыркнул. — Клан Штайгер больше никто не назовёт Великим. Вы — никто.
Слова ударили больнее пощёчины. Фридрих побледнел, его руки задрожали.
— Господин Десмонд, прошу вас…
— Прошу, прошу, — передразнил его Роланд, откидываясь назад и небрежно постукивая пальцами по подлокотнику кресла. — Ты реально рассчитываешь, что я вступлю в битву по твоей просьбе, Фридрих? Да кто ты вообще такой, чтобы этого просить?
— Мы готовы на любые условия! — выпалил Фридрих, и в его голосе прорвалась паника. — Всё, что у нас осталось ценного! Технологии, наработки, чертежи големов! Мы отдадим вам всё! Просто… просто помогите нам!
Роланд замер, его взгляд стал более внимательным. Технологии Штайгеров действительно стоили многого. Но…
— Нет, — коротко ответил он. — Ввязываться в уже проигранную войну? Да ещё и на чужой территории? Что за наивные бредни.
— Тогда… — голос Фридриха задрожал, он едва сдерживал слёзы отчаяния. — Тогда хотя бы спасите нас! Предоставьте убежище! Мы можем работать на вас, служить вам! У нас есть опытные инженеры, боевые маги, техномаги высшего класса!
— Служить мне? — Роланд усмехнулся. — Зачем мне нужны неудачники, проигравшие войну?
— Вы же помогли некоторым Салазарам! — отчаянно выпалил Фридрих, цепляясь за последнюю соломинку. — Когда их глава Арман и наследник Бастиан погибли, вы предоставили убежище тем, кто успел бежать! Я знаю об этом! Почему бы не сделать то же самое для нас?
Воцарилась мёртвая тишина.
Лицо Роланда окаменело. Его пальцы перестали постукивать по подлокотнику, и в кабинете стало так тихо, что Фридрих услышал собственное тяжёлое дыхание.
— Закрой рот, — произнёс Десмонд тихо, но с такой ледяной угрозой, что Фридрих невольно отшатнулся от экрана. — Даже если ты о чём-то знаешь, не всегда стоит произносить это вслух. Особенно когда ты находишься в положении просителя, чья жизнь висит на волоске.
— Я… я прошу прощения, господин Десмонд, — пролепетал Фридрих, его голос стал жалким. — Я не хотел… я просто…
— Просто что? — холодно спросил Роланд. — Думал, что можешь на меня надавить таким жалким способом?
— Нет! Я просто… — Фридрих сглотнул, его лоб покрылся испариной. — Я просто умоляю вас. Помогите нам. Пожалуйста. Мы отдадим всё. Абсолютно всё, что у нас есть.
Роланд некоторое время молчал, разглядывая ничтожную фигуру Фридриха на экране. Штайгер-младший действительно был похож на Гюнтера внешне, те же рыжеватые волосы, похожие черты лица. Но там, где Гюнтер излучал силу и власть, Фридрих был лишь бледной тенью, копией без души.
— Слушай внимательно, — наконец произнёс Десмонд, и в его голосе появились деловые нотки. — Я действительно могу предоставить вам убежище. Но не из милосердия, а потому что ваши технологии и специалисты представляют некоторую ценность. Однако цена будет соответствующей.
— Мы согласны на любую цену! — торопливо кивнул Фридрих.
— Любую? — усмехнулся Роланд. — Хорошо. Тогда вот мои условия. Все ваши чертежи, все технологии производства големов, все наработки — переходят в собственность клана Десмонд. Полностью и безвозвратно.
— Да, конечно…
— Я ещё не закончил, — оборвал его Роланд. — Все ваши специалисты будут работать на меня. На правах наёмников, не членов клана. Зарплата минимальная, условия жёсткие. Никаких привилегий, никаких особых прав. Вы будете выполнять мои приказы беспрекословно.
Фридрих медленно кивнул, его лицо осунулось. Он понимал, что это фактически означало конец клана Штайгер как независимой силы. Они станут вассалами Десмонда, причём на самых унизительных условиях.
— И ещё, — добавил Роланд, склонив голову. — Все ваши земли, все владения Штайгеров, которые ещё остались под вашим контролем — вы официально передаёте мне. Задним числом, конечно. Скажем, за неделю до смерти Гюнтера. Чтобы всё выглядело… законно.
