Пётр Дмитриевич хмыкнул, и после этого зазвонил его телефон. Но даже не глядя, вызов был сброшен. Охренеть, никогда бы не поверил, что в империи есть люди, которые вот так спокойно могут сбросить звонок императора.
Или, может, Пётр Дмитриевич просто взял меня на понт?
На самом деле никакому императору он не звонил.
Или у него в телефоне есть ещё один Борис Алексеевич, совсем не Годунов?
— Вы хоть для чего всё это устроили? Просто хотели посмотреть на полуголых одноклассниц? — решив не нагнетать, спросил Пётр Дмитриевич.
— Нет. Ради спортивного интереса. Поспорили мы, — сказал Гришка.
— Есть у нас в школе ряд девушек, которые выделяются формами, так вот мы и поспорили, у кого всё настоящее, кто магией балуется, а кто просто вату подкладывает или слишком большой пуш‑ап использует, — дополнил я ответ Гришки.
Романов крякнул и только сейчас перестал курсировать от одной стены к другой. Замер, явно что‑то прикидывая в голове, даже пальцы загибать начал.
— Получается, что из‑за того, чтобы проверить, настоящая грудь у девушек из старших классов, вы создали заклинание, способное улучшать зрение, буквально убирая верхнюю одежду…
— При необходимости так можно сделать не только с верхней одеждой. Мы оставили задел для улучшения, — сам не понимаю для чего сказал я.
— Создали заклинание, — продолжил Романов, решив пока оставить мои слова без внимания. — Активировали его, зацепив всех, кто находился на третьем этаже, и ещё подвергли их контакту с силой не самого стабильного порождения магии Новой Слободы?
Понятия не имею, почему глава тайной канцелярии так отзывается о Ларисе, но по большому счёту он прав.
— Так, — переглянувшись, сказали мы с Гришкой.
— И сделали вы всё это в тот момент, когда Елена и Мирослава находятся с официальным визитом в ЮАР. Я так понимаю, что это не совпадение?
— Не совпадение, — тяжело вздохнул Гришка, прекрасно осознающий, какие последствия его ожидают.
Рыжая сто процентов обо всём узнает, и тогда Гришке не жить.
Точнее, жить, но жить в страданиях, которые она ему гарантированно обеспечит. И здесь никто не сможет помочь бедолаге.
— Поэтому нам теперь придётся усиленно готовиться к возвращению девушек. Возможно, даже готовить эвакуацию Новой Слободы, — тяжело произнёс Романов.
— Думаете, что у Ленки крышу сорвёт?
— Не исключаем такую возможность. Поэтому сейчас усиленно работаем над тем, чтобы информация не просочилась в ЮАР. Но сами понимаете, оставить всё в тайне, когда девушки вернутся в Слободу, не получится.
— Та же Лариса им всё расскажет. И Гирос мне здесь не сможет помочь. Не ладят они с главной крысой города, — сказал Гришка.
И ведь Ленка не зря попросила Ларису следить за нами. Прекрасно знает, что порождение обязательно всё расскажет, и у нас не получится её никак отговорить от этого.
А помимо этого, Лариса своим появлением в школе воздействовала на неокрепшие магические силы учеников. Пусть и старшеклассников.
Это для нас знакомство и постоянные контакты с порождениями магии проходят без последствий. У нас потенциал такой, что ни одно порождение его не сможет повредить, а вот у тех, у кого он гораздо меньше, вполне могут возникнуть серьёзные проблемы. Вплоть до потери части магической энергии.
Это нам уже потом рассказали. Когда Лариса заявилась на танцы и под воздействием нашего заклинания все увидели её истинную форму. Ту, что она выбрала при своём появлении в этом мире.
Мастер Сплинтер в женском обличье.
И именно это заставило визжать женскую половину школы, а не то, что они обрели способность видеть сквозь одежду.
— В общем так, с родителями мы всё утрясём. Орлова поможет, и, если нужно, подключится император. Он уже сказал, что замолвит словечко, если понадобится. Но пока без него. Надеюсь, вы понимаете, что всю жизнь вас не будут прикрывать? Вам уже по четырнадцать лет, а по законам империи…
— Мы несём частичную уголовную ответственность за свои поступки, — закончил я за Романова.
Озадачились этой информацией ещё в начале года.
Просто хотел сравнить законы этого мира с законами миров из прошлых жизней. Вроде в одной я даже на юриста учился, вот и отложилось в памяти.
Так вот, этот мир к несовершеннолетним, особенно магам, относится гораздо жёстче. А если ты вдобавок ещё и аристократ, то там вообще можно подставить весь род. Да и вызов на дуэль получить от взрослого, опытного бойца. Таким образом оборвалась жизнь многих молодых выскочек.
Но, как заявил Каспер, туда им и дорога, раз были такими идиотами, что позволили себе попасться в ловушку. А вызов на дуэль вот таких малолеток — это как раз и есть ловушка от врагов рода.
В общем, там у аристократов ещё тот гадюшник, в который мне совершенно не хочется лезть. Благо, что могу смело этого не делать, если не хочу. Никто мне слова не скажет, а если и посмеет открыть рот, то его быстро закроют.
Если потребуется, то и я это сделаю.
За последние пять лет в моём арсенале появилось много весьма любопытных заклинаний, которые точно никому не понравятся.
И именно об этом сейчас говорил Пётр Дмитриевич. Всё, нам уже по четырнадцать, и теперь придётся нести частичную ответственность за свои поступки. Ремнём по заднице теперь точно не отделаться.
— За правонарушения, совершённые с применением магии, вам придётся нести полную ответственность.
— Неужели нам нельзя будет как‑нибудь утрясти подобные проблемы в случае их возникновения? — спросил Гришка. — Наверняка у тайной канцелярии предусмотрены варианты на такие случаи.
Судя по довольной улыбке Романова, мой тёмный друг оказался совершенно прав. Да и Пётр Дмитриевич, гад такой, затеял весь этот разговор только ради вот этого вопроса.
— Варианты всегда имеются, — произнёс он, наконец‑то усаживаясь за стол.
Если пытался надавить на нас психологически своим курсированием от стены к стене, то у него не получилось. Нас подобным не возьмёшь. Мы много фильмов смотрели про полицейских и их методы.
— Я так понимаю, что один из таких вариантов вы и хотите нам сейчас предложить?
— Всё верно, — не стал отнекиваться Романов. — Но сейчас с вашей стороны это будет плата за уже совершённую работу. Плата тайной канцелярии и империи. Ведь даже если…
— Пётр Дмитриевич, хватит уже тянуть кота за яйца, выкладывайте, что вы хотите от нас, и будем думать, сможем мы это сделать или нет, — перебил я Романова, а то его уже понесло в какие‑то пространные размышления.
— Нам нужно допросить одного человека.
Сразу после этих слов появилось очень неприятное чувство, но сделать здесь я ничего не мог.
Временное воскрешение Осипа, а затем и деда Пантелеймона практически поставило крест на моём самоотводе в таких делах.
А ведь все поднятые мной мертвецы получаются особенно гадостными и пакостными. Но в этом нет моей вины. Виноваты те, кто меня об этом постоянно просит.
* * *
— И насколько опасным при жизни был этот маг? — спросил я у Власова, после того как изучил предоставленные документы.
На этот раз работать без какой‑либо информации по объекту я отказался. Деда Пантелеймона хватило.
Знай мы тогда, что он был влякой, то пересмотрели бы меры безопасности. И не пришлось бы потом ученикам нашей школы шарахаться от бывшего трупа с потёкшей крышей и болтающимися гениталиями.
— На его ликвидацию отправили два отряда спецназа. Больше трети парней не вернулись с задания, а половина оставшихся получили серьёзные ранения, — ответил Аристарх Павлович.
При этом он скривился, и сразу стало понятно, что он так же участвовал в той операции. Наверняка винит себя из‑за потери бойцов.
— То есть вы хотите, чтобы я воскресил мага, который может устроить локальный Армагеддон? И ради чего?
— У него имеется информация о готовящихся на территории империи терактах. Очень серьёзных терактах. У нас достаточно доказательств, чтобы быть уверенными в этом. Извини, но больше ничего не могу сказать. Уровень допуска и всё такое.
