Возможно, глазами, которые постоянно меняли свой цвет, и была в них какая‑то неудержимая радость. Веселье, которое того и гляди вырвется на свободу и накроет собой всех окружающих.
С нами такое происходит постоянно. Вот и этот байкер‑самокатчик был именно таким — весёлым, бесшабашным и явно компанейским… гномом?
Просто это совершенно точно был не человек.
Не порождение магии.
Не оживший мертвец.
Да вообще не понятно кто.
Я с таким столкнулся впервые за все жизни.
— Ну вот, я же говорил, что не стоит вам сюда соваться. Нарисовался голубчик, теперь хрен сотрёшь, — всплеснул руками Каспер.
— Да, от него теперь так просто не отделаться, — поддержал Благославенного Вагнер. — Задолбает всех так, что потом ещё очень долго будет по ночам в холодном поту просыпаться.
— Чего вы там ребятам по ушам ездите? Старые развалюхи, которые уже давно испустили дух! — гаркнул гном и повернул рукоять своего транспортного средства, отчего существа, сидящие в банках, начали верещать.
Всё же это их гомон создаёт эффект движущегося поезда, а не стеклянные шарики.
— Это мы‑то по ушам ездим? Приструни свою самоходную тележку и иди сюда, а не прячься там. Всегда был трусом, им и остаёшься, — не остался в стороне Каспер.
От его слов борода гнома пошла волнами, а из глаз посыпались искры. Вот самые настоящие, разноцветные искры, словно зажгли бенгальскую свечу.
Сил моих не было смотреть на всё это спокойно. Не смог сдержаться и начал хохотать во всё горло. Вскоре ко мне присоединился и Гришка, что для него было огромной редкостью. Он улыбается‑то по великим праздникам, а тут прям смеяться начал.
Наше поведение явно обидело гнома. Искры перестали сыпаться, а сам он нахмурился, отчего лицо практически полностью исчезло за волосяным покровом. Даже нос каким‑то образом смог зарыться в бороду.
Нет, теперь это был не гном, а домовёнок. Вот самый настоящий. Бандана, борода, а между ними только глаза торчат. Но никакой обиды или злобы в них нет. Только всё та же радость и веселье.
И он определённо знает наших духов‑наставников. А что ещё удивительнее — он их видит и слышит.
— Ребята, вы бы лучше следили за своими ручными справочниками. Позволяет им слишком много разговаривать. Слово не воробей, вылетит — не воротишь. А они уже столько всего наговорили, что вас можно и здесь навсегда оставить.
— Здесь — это где? — первым спросил Гришка, пока Каспер и Вагнер думали, что ответить.
Они вообще были крайне возмущены словами гнома. Даже все покраснели. При том, что являются бестелесным духами‑наставниками, созданными при помощи силы наших предшественников.
— В Пустоте. В междумирье, — словно само собой разумеющееся, ответил гном. Мы с Гришкой переглянулись и пожали плечами. Что не ускользнуло от коротышки. — В месте, которое я и такие, как вы, должны защищать и не допускать сюда дрянь из других миров.
Вот это уже было более понятно и доходчиво. Только наставники и африканская четвёрка рассказывали нам немного другое. Да и никаких прослоек между мирами они не упоминали.
— А разве мы не должны это делать, находясь в своём мире? — спросил я.
— Вы — да, а я вот нет. Кто‑то же должен находиться на передовой и следить за барьерами? А если до вас дело дошло, значит, я и другие не справились. Значит, нет нас больше и…
Договаривать гном не стал, резко отпустил свой транспорт, каким‑то непостижимым образом закинул руки за спину и извлёк оттуда внушительного вида пушку. Прям самая настоящая пушка. Литой ствол, диаметром с мою голову и длиной больше метра.
А уж когда гном выстрелил, у меня уши заложило и едва не сбило воздушной волной от выпущенного снаряда.
Тот мертвец, которого мы с Гришкой увидели здесь первым, перестал существовать. Осталась только одна нога, которую он подволакивал.
— Бродяга откуда‑то вылез. По одиночке они совершенно безвредны, а вот как собираются толпой — глядеть нужно в оба, чтобы в какую лютую срань не перевоплотились, — заявил явно довольный собой гном. — Так, на чём я остановился?
— На том, что раньше времени начал рассказывать нашим наследникам об этом сраном месте, — буркнул Каспер.
— И вообще, какого демона ты им даже не представился? Один из старейших хранителей пустоты, а ведёшь себя, словно неотёсанный чурбан, — заявил Вагнер.
— В точку. Такой я и есть, — заявил довольный гном и растянулся в беззубой улыбке.
Просто усы и борода были слишком густыми, ни черта за ними не видно. Лишь тёмный провал на месте рта.
— Слезай со своей тарахтелки, раз припёрся, и представься нормально ребятам. Это наши наследники, и ты знаешь, что с тобой будет, если решишь вести себя с ними… — Каспер замялся, пытаясь подобрать подходящие слова, но так ничего и не смог придумать. — Как ведёшь себя всегда.
— Ага, знаю. Ни хрена со мной не будет. Вы же уже подохли давно, и максимум, что можете, — это сотрясать здесь воздух.
В следующее мгновение произошло сразу несколько интересных вещей, некоторые меня удивили, другие слегка напугали, а третьи заставили пересмотреть мои взгляды на них.
Начну с того, что слева раздался какой‑то отвратительный треск, словно ломали кости. Хотя так оно и было. Тот жмурик, которого разорвало ядром из пушки гнома, решил собраться.
Вернее, за него это решил Гришка.
Чёрные всполохи, что начали пересобирать ошмётки, я ни с чем не спутаю.
В это же время чёрная пелена вырвалась из‑под самоката и отрезала от бородача все банки с глазастыми жителями.
Но это было ещё не всё.
Прямо над головой гнома появилась уже знакомая мне чёрная дыра. Такую же использовал Гирос, когда пришёл на помощь своему наезднику на имперском стадионе четыре года назад.
Вот и сейчас из этой дыры вывалился некроморф, на ходу превратившись в летающего таракана и зависнув над волосатым байкером.
— Наши наставники действительно могут только воздух сотрясать. А вот нас не стоит списывать со счетов, — заявил Гришка, который сейчас выглядел как‑то особенно круто.
Прям настоящий тёмный маг, готовый пустить свою силу в дело. Совсем как Егор, когда пытался успокоить нас с Мирой.
Подумал о ней — и появилась какая‑то тревога, словно девчонки могут появиться здесь в любой момент. И от их появления никому не будет хорошо.
— Неплохо, — причмокнул гном. — Но слишком слабовато. Против меня такие фокусы не сработают. Да и скакун твой какой‑то хилый, ты его совсем не кормишь?
Услышав это, Гирос взревел и попытался напасть на бородача, но тому хватило всего лишь выставить вперёд руку, чтобы некроморф налетел на невидимую стену и упал, прокатившись кубарем по стеклянному песку.
Потом гном махнул рукой — и чёрная дымка исчезла, словно её сдуло сильнейшим ветром. Ну и напоследок бородач свистнул, после чего одна из банок поднялась над его головой и из неё выскочило крошечное существо.
Не больше обычного таракана.
Только эта мелочь развила огромную скорость и вновь разворотила мёртвого старика, который уже практически был готов. На этот раз даже ноги не осталось.
— Йориком меня зовут, — сказал довольный гном. — Стражем Пустоты работаю уже столько, что даже и не помню. Только не во внутренних мирах, как вы и вот эти пустобрёхи, а прям в самой Пустоте. Внутри у неё, значит. Слежу, чтобы здесь не находилось гадости какой, но и к вам стараюсь никого не пускать. Не всегда, правда, получается.
Говоря это, Йорик смотрел на продолжающего барахтаться Гироса. Отчего‑то порождение, вообще не получив никаких повреждений, выглядело так, словно его усердно били.
Гришка при этом стоял, закусив губу и сжав кулаки. Явно не собирается позволять гному вот так обращаться со своим домашним любимцем. Но пока ещё не придумал, что же такого предпринять, чтобы его достать.
— Йорик, у тебя шнурок развязался, — сказал я, создавая совсем простенькую иллюзию, которая почти не требовала сил.
Одно дело — защищаться от магии, которая тебе реально угрожает, и совсем другое — даже не понимать, что это магия. Вот и Йорик не понял, попытался нагнуться, чтобы завязать шнурок. Хотя я даже не представляю, как это вообще возможно с его комплекцией.
