Вот и Йорик, похоже, сам не понимал, поэтому первая и единственная попытка закончилась тем, что он полетел со своего транспортного средства следом за Гиросом.
Каспер, Вагнер и даже некроморф начали ржать. Смех последнего был очень жутким, но дико заразительным. Гришку смог зацепить, а вот я остался непоколебим. Хотя внутри смеялся вместе с остальными.
Друг был отомщён и теперь не наделает глупостей, а это главное. Да и Йорик не сможет мне ничего предъявить: пока кувыркался, он реально развязал себе шнурок. Правда, на другом сапоге, но это не важно.
— Твою же кочерыжку? Каждый раз одно и то же! И почему долбанная магия не способна завязывать шнурки? Я тут почти каждый день сражаюсь со смертоносными тварями, и они на мне даже царапины не оставляют, а вот шнурки могут меня реально убить. Чуть шею не свернул!
— Макс, сам не зная, ты попал в слабое место этого крепыша. Практически Ахиллесова пята. Только в виде шнурков, — продолжая смеяться, заявил Каспер.
Я же не стал ничего отвечать, а поспешил к гному, чтобы помочь ему подняться. Правда, с моей комплекцией поставить на ноги этот квадрат вряд ли получится, но главное — совсем другое. Мне обязательно нужно это сделать.
Резко запахло выпечкой.
Практически как в тот день, перед нашей инициацией. Запах один в один, а значит, встреча с Йориком сулит нечто столь же запоминающееся. И, судя по всему, уже сказанному и услышанному сегодня, это может быть только одно.
В этом месте я найду своего скакуна.
Даже на год раньше Благословенного.
Ухватился за руку продолжавшего сетовать на свою тяжёлую судьбу и роковые шнурки Йорика — и, к моему удивлению, смог его оторвать от стеклянного песка.
Словно весь его вес был лишь ширмой, обманкой, чтобы казаться более величественным. А на самом деле за бородой и кожаной одеждой ничего и нет. Такой своеобразный воздушный шарик.
Вот где точно было полно ваты или поролона, и нам сейчас бы очень пригодилось то заклинание, но увы и ах.
Посмотрели на всех присутствующих на танцах в нижнем белье — и хватит.
— Ты бы так опрометчиво не подходил к незнакомцам, — сказал гном, когда я помог ему подняться. — Запомни, парень, что в этом месте нельзя никому верить, помогать и всё в этом роде.
— Максим.
— Чего Максим?
— Зовут меня Максим, а его — Гришка. Ну а с нашими наставниками вы вроде уже знакомы. Да и вы нам точно не опасны. Я это чувствую. Наоборот, можете оказаться очень полезным и рассказать об этом месте.
— Это да, — растянулся в улыбке гном.
Вот вблизи я увидел его зубы. Острые, словно у пираньи, и сделанные из какого‑то странного металла, отливающего кровью.
— Рассказать об этой помойке я могу. И реально не опасен для вас. Собственно говоря, это именно я создал ту самую трещину, через которую вы сюда попали. Поэтому и нашёл вас первым.
— А что, есть и другие такие же, как вы?
— Так, для начала прекращай выкать, терпеть этого не могу. Мы уже знакомы, значит, только на «ты». Понял? — Я кивнул. — А ты понял? — Гришка тоже кивнул. — С этим разобрались. Теперь нужно для начала свалить отсюда. Одного бродячего мы уже завалили, но скоро сюда подтянутся и другие. Ну их в задницу. Не сегодня. Пускай собираются побольше — и тогда я развлекусь. Двигайте за мной, есть здесь совсем рядом подходящее место, где можно переговорить, отдохнуть и кинуть что‑нибудь в брюхо.
Услышав это, Гришка сразу же оживился. Ведь его главной задачей сейчас было именно найти что‑нибудь съестное.
— Вы что скажете? — обратился я к Касперу и Вагнеру, которые всё ещё не могли отойти от веселья и периодически подхихикивали.
Со стороны выглядели полными имбецилами.
— Йорик не самый приятный собеседник, но могу заверить, что слово своё всегда держит и рядом с ним вам действительно будет безопасно, — сказал Каспер.
— Пусть с боевой магией у него всегда были проблемы, но защитная — на высоте, — добавил Вагнер.
Я посмотрел на Гришку — его слово будет решающим.
Гирос уже пришёл в норму и сейчас сидел возле ног своего всадника, злобно косясь на бородатого обидчика. Впрочем, одного раза вполне хватило, чтобы некроморф всё понял и больше не пытался напасть на гнома.
— Пойдём, посмотрим, чем нас будет угощать Йорик, — сказал Гришка.
— Ты точно наследник Виктора, этот так же всегда в первую очередь думал только о еде, а уже потом обо всём остальном, — пропыхтел гном, после чего невероятно быстро и проворно добрался до своего самоката.
Я и не заметил, как к этому времени кракозябра, вылетевшая из банки, уже вернулась в неё и смотрела на нас, продолжая висеть в воздухе. Только с возвращением Йорика она заняла строй среди сотен других таких же банок.
— Отличный у тебя транспорт, Йорик.
— Ага, всем скакунам скакун. Такого вообще больше ни у кого нет. Но я знаю, где можно раздобыть ещё один. Не такой же, но похожий. Конечно, похуже моего будет, но явно лучше этих беженцев из пустоты, — гном ткнул пальцем‑сарделькой в Гироса. — Тебе же нужен скакун?
— Нужен, — с сомнением в голове произнёс я, как‑то совершенно не представляя себя на самокате.
Глава 7
— Это называется пустота? — с сомнением в голосе спросила Шуйская, глядя на табун каких‑то крайне странных лошадей.
Просто от лошадей у них было разве что четыре ноги. А в остальном это больше всего было похоже на смесь паука, динозавра и птицы. От последне перья по всей тушке, разделённой на две части, как у пауков, а от крокодила голова и зубастая пасть. Даже хвоста не было, вместо него из задницы этих лошадок тянулась паутина, затянув собой весь луг, где они паслись.
— Всё верно, Пустота, — подтвердила Сабина, которая была самой разговорчивой из африканской четвёрки.
Просто она единственная в совершенстве знала русский, остальные — лишь отдельные фразы.
Но не в этом странном месте. Здесь стирались все различия между языками.
— Буферная зона между мирами, где зарождаются угрозы и появляются порождения магии. Созданная из осколков миров, которые разделяет, — немного разъяснил Баарт, первый всадник африканской четвёрки.
Он же был их негласным лидером и обладал силой, весьма схожей с силой Максима. Умел работать с иллюзиями, силой солнца и давать своим союзникам различные усиления. Что‑то вроде благословения Медведева.
— Это крайне нестабильный мир, и он способен изменяться на ходу. Так что нужно быть здесь предельно осторожным. Даже мировые Хранители, — так африканская четвёрка называла всех всадников Земли, — в этом месте не могут чувствовать себя в безопасности.
— А ещё тут живут шизо‑хранители, — растянувшись в довольной улыбке, сказал Раиси, четвёртый всадник Африки, своим темпераментом и поведением весьма схожий с рыжей.
Такой же отбитый, беспардонный и любящий жизнь. Неважно, в каком из её многочисленных проявлений.
Друидом он не был, но умел общаться с любыми живыми существами. Даже со скакунами ребят смог легко найти общий язык. Чего не смогла сделать Шуйская, и поэтому у неё имелась небольшая неприязнь к Раиси.
Совсем крохотная, из‑за которой у темнокожего весельчака постоянно возникали мелкие проблемы, если рядом находилась Лена. То колючка в ногу вопьётся, то комар жужжит под ухом не переставая и не обращая внимания на слова Раиси, а то и вовсе пролетающая мимо птица что‑нибудь скинет на лысую голову.
— Что значит «шизо‑хранители»? — спросила Мирослава, так же наблюдая за табуном удивительных созданий.
— Бывшие мировые хранители, добровольно решившие переселиться в Пустоту и отсюда защищать мироздание. На такой шаг способны пойти только самые сильные и отважные герои, которыми нам никогда не стать, — едва слышно произнёс Нуарим.
Третий всадник Африки. Самый незаметный и надёжный среди них. По крайней мере Ленке казалось именно так. Просто он был очень похож на Гришку. Силой Нуарима была тёмная магия. В основном всё, связанное с тенями, но и в других областях тёмного искусства он разбирался не хуже.
