На крыльце стоял гоблин.
Знаете это чувство, когда видишь знакомого после долгих лет и мозг отказывается совместить картинки? Фоти-тапу было двадцать с небольшим, когда я его видел. Пусть он и оказался в итоге мудаком, но был полон энергии и сил.
Сейчас же, передо мной стоял старик. Лет семидесяти, не меньше. Зелёная кожа пошла пятнами. Уши чуть обвисли. Спина оставалась прямая, но суставы на пальцах — раздутые, узловатые. В правой руке — тяжёлый револьвер. Длинноствольный, со следами ржавчины, но вроде всё ещё рабочий.
За его спиной жалась молодая девушка. Человеческая. Прижимала к груди кусок ткани, пытаясь прикрыться. Вот честно — лучше бы она его ниже опустила, чтобы пах прикрыть.
Фоти-тап пялился на нас с выражением полного изумления на морде лица. Рот вон даже приоткрыл.
— Ты! — Гоша выступил вперёд. Фуражка ярко сверкала, ствол пистолет-пулемёта смотрел гоблину в грудь. — Гнида! Плесень ушастая! Кинул нас, паскуда! Я тебе позвоночник через уши достану!
— Чё вы ждёте? — вклинился Грызлов сбоку. — Убейте уже его!
Фоти-тап перевёл взгляд на призрака. Прищурился. Потом посмотрел на Гошу. На меня. На Арину. Снова на меня.
— Вы, — голос хриплый, надтреснутый. — Вы что, суки, столько лет меня искали? И наконец нашли.
Гоша набрал воздуха для ответа, но запнулся после сразу, как распахнул рот. Внимательно присмотрелся к гоблину. Как будто только сейчас заметив все его морщины и внешний вид.
— Тебе ваще сколько? — не удержалась Арина. — Скуфнулся в ноль прям. Пенсию уже лет двадцать как выплачивать должны.
Метательный диск я сжимал в руках уже давно. Но желания немедленно пустить его в ход, сейчас не было. Вернее оно стало заметно меньше.
— Фоти, — сказал я. — Предлагаю поговорить. Обсудим всё?
Хотел ли я его убить? Безусловно. Заслужил — хоть пять раз подряд. Кинул, предал и чуть не угробил всех. Вот только передо мной стоял семидесятилетний гоблин, а не тот суетливый крысёныш из моей памяти. Полвека. Для него прошло полсотни лет в этой дыре.
Кроме того — он знал, куда делся второй свенг. Информация, которая точно стоила нескольких минут разговора. Не говоря уже о том, что он мог изложить, с чего тут всё началось.
Фоти-тап покачал головой. Посмотрел мне в глаза.
— Вы не заберёте, — прохрипел он. — Это моё. Я здесь главный. Я! Слышала, сука⁈
Рука с револьвером пошла вверх. Большой палец взвёл курок. А ствол сместился в сторону Арины.
Я метнул диск раньше, чем разум окончательно осознал происходящее. Гоша выпустил очередь. Длинную — на добрую треть магазина.
Диск вошёл гоблину в корпус около нижних рёбер, рассекая на две почти равные половины. А свинец расплескал череп кровавыми брызгами.
Две половинки тушки упали с мокрым стуком. Девушка за его спиной закричала. Отпрянула назад, уронив маленький кусок ткани.
Револьвер грохнулся о доски. Откатился к ступенькам.
В следующую секунду мир вокруг замерцал. Как будто рядом появилось множество слепящих искр. Грызлов, который сейчас чуть продвинулся вперёд, распахнул рот в беззвучном крике. И исчез.
Глава XII
Знаете, что интересно? Все жители этой «деревушки» остались на своих местах. Полностью и абсолютно охреневшие от внезапного поворота событий, но как быстро выяснилось — готовые к беседе.
Кем они были? О, вы не поверите. Офисными служащими. Ехали на тимбилдинг, влетели в облако тумана, а потом вдруг оказались на лугу. Растерявшийся водитель не смог вырулить и техника впаялась прямо в дерево. Где и осталась — они мне даже ржавый остов показали. Мол, посмотрите на чём наши предки сюда добрались.
Да, вы не ослышались — предки. Из первого состава в живых осталась только одна бабуля, которая почти не могла ходить. Всё же условия для жизни у них были далеки от великолепных. Так что сейчас я говорил со вторым и третьем поколением. А по лагерю весело бегало четвёртое. Крича что-то там о смерти гоблина.
Почему племя оказалось под властью Фоти? Он вышел к ним на второй или третий день после аварии. Вооружённый, залитый кровью и готовый убивать. К тому моменту у них сложились две группы, которые конкурировали за власть. Ушастый хладнокровно застрелил лидеров каждой из них. И «принял командование на себя».
В мире этих людей, никаких гоблинов и орков не было. Из-за чего власть ушастого изначально восприняли в штыки. Не раз и не два попытавшись его убить. Но каждый раз тот расправлялся с противниками и оставался в живых. В конце концов полностью утвердив свою власть.
О потенциальном выходе они знали. Дважды им пользовались те, кто хотел сбежать. Рассчитывая найти выход из ловушки в которой они оказались и веря, что где-то там он есть. Правда больше о них никто не слышал.
Печально, на самом деле. Зато немного прояснилась ситуация с ролью Фота во всей этой истории. В первые дни он был весьма словоохотлив и рассказывал о своих злоключениях всем, кто интересовался. Некоторые эти данные благополучно сохранили. Передав из уст в уста.
Свенги убедили гоблина самостоятельно нанести на себя метки. Мол, якобы это поможет защититься от моего воздействия через астрал. Не самая умная теория. Однако и Фот был лишь напуганным коротышкой, который пытался сбежать. Находясь в максимально стрессовой ситуации.
В общем, он полностью добровольно и веря в успех, вырезал на себе какие-то символы. Потом к процессу подключились шаранцы. Вот тут версий было много и разных, но судя по всему, они провернули что-то дополнительно. В итоге создав комбинацию, которая лишила академию защиты.
Не знаю, как именно они это сделали, но что-то подсказывало — подтянули какую-то нестандартную энергию. Которая вступила в реакцию с моим букварём. Из-за чего получилось именно то, что мы все сейчас наблюдаем.
Ещё один момент, который удалось выяснить — сюда Фот попал сразу после того, как расстался со вторым свенгом. Сбежал от него, выйдя из под контроля после гибели первого шаранца.
Поэтому, прямо сейчас мы снова шли по следу гоблина. Только теперь — в обратном направлении.
В бизнесе это называется «обратный инжиниринг». Берёшь готовый продукт — в данном случае живого гоблина, который как-то сюда добрался — и восстанавливаешь технологическую цепочку. Идти по входящему следу безопаснее, чем прокладывать новый. Как гарантия от производителя — если мелкий ушастый засранец здесь пролез и не сдох, значит маршрут проходим.
Забавно, к слову, если уж на то пошло. Здесь его следам всего несколько часов. А внутри того закутка прошло больше пятидесяти лет. Этак, пока мы выйдем из здания академии, внутри уже сменится ещё одно поколение. А то и сразу два. Знаете — очень странно осознавать, что можешь вернуться через несколько часов и застать недавних собеседников глубокими стариками.
Астрал в коридорах стал более вязким. Стоило выбраться из лесного «кармана» — и вот тебе привычные помехи. Однако держать погружение я всё равно мог намного дольше, чем раньше.
Место, где Фоти оторвался от свенга, мы нашли минут через сорок.
Два следа. Один — гоблинский и более тонкий, по которому мы пришли. И второй куда крупнее. Идущий совсем в другом направлении.
Что здесь произошло — непонятно.
Стена справа оплавилась. Представьте, что взяли кусок ледяного сливочного масла и прижали раскалённую монету. Гранит потёк жирными, стекловидными наплывами. Температура, при которой плавится камень, начинается где-то за тысячу градусов вроде бы. В любом случае — должно быть дохрена. Что здесь произошло? Обычный огонь такого не сделает.
— Тут кого-то капитально рихтанули, — Гоша подошёл ближе, поводя носом. Потрогал потёк на стене, отдёрнул палец. — Пахнет химикатами какими-то. Как будто аккумулятор в кислоту уронили.
След орка уходил в боковой коридор. В отличие от этого помещения, полностью целый.
Один ярус. Второй. Третий. Архитектура менялась с каждым уровнем. Штукатурка и смешения с советским центром исчезли, обнажив кирпич. Потом пропал и кирпич. Стены стали монолитными — серый камень, плавно переходящий в породу. Сколько же здесь уровней? Где мы вообще сейчас?
