Мастер архивов. Том 1 (СИ) - Волков Тим

Костя сделал многозначительную паузу, давая этой мысли просочиться в сознание слушателей, окруживших его у кофемашины.

— Исследования чего? — ахнула молоденькая практикантка из соседнего отдела.

— А вот этого я точно сказать не могу, — Костя таинственно покачал головой. — Но ходят слухи… что он искал дверь. Не простую. Дверь в… другое измерение! Или в прошлое! Он же со старыми свитками работал, там такие штуки бывают описаны. И вот, представляете, он её нашёл!

— Нашёл дверь? — кто-то недоверчиво фыркнул.

— Ну да! — Костя оживился, его глаза загорелись. — И шагнул в неё! А дверь-то была с подвохом. Она его… поглотила. Не полностью. Часть его осталась тут, а часть — там. Вот голова туда и ушла. И там видимо что-то случилось с ней. Вот он и ходит, как полусонный, потому что сознание его в двух мирах сразу! Он и здесь, и не здесь! Папки перекладывает — это он на том свете, понимаете, какие-то тамошние свитки систематизирует, а отражение действий у нас проявляется!

Слушатели замерли, впечатлены размахом теории. Костя, окрыленный успехом, продолжил:

— А почему его нашли у Лыткина? А потому что Аркадий Фомич, между прочим, был его учеником! Да-да. Лет десять-пятнадцать назад. И старик, даже будучи… э-э… раздвоенным, подсознательно потянулся к своему преемнику. Хотел передать ему тайное знание. Или предупредить. Может, он там, за той дверью, увидел что-то ужасное, что грозит всему архиву! И пытался донести это через хаос в документах! Это был крик о помощи, зашифрованный в беспорядке!

Тут кто-то из слушателей робко заметил:

— Костя, но врачи сказали, что у него распад личности… магическое воздействие…

— Ну конечно распад! — не спасовал Костя. — Когда тебя на две части рвёт между мирами, какая уж там личность! А магическое воздействие — это сама дверь! Она же магическая! В общем, — он подвёл итог, разводя руками, — история тёмная. И мы все, — он обвел взглядом окруживших его коллег, — мы все теперь, можно сказать, на краю этой тайны стоим. Будьте осторожны.

На этой зловещей ноте он закончил, и группа начала расходиться, перешептываясь, обогащенная новой, совершенно бредовой, но оттого не менее жуткой версией событий.

Я слушал этот поток сознания, стоя у своего стола, и не мог не отметить про себя: в каждой бредовой сплетне есть крупица правды, вывернутая наизнанку.

«Дверь в другое измерение»… Он даже не представляет насколько близко придвинулся в своих выдумках. Именно через такую дверь я и попал сюда.

— Коллеги! — в дверях отдела офиса появился Лыткин. — Я все прекрасно понимаю и вижу. Но я прошу — прекратите сплетничать и заниматься непрофессиональными обсуждениями! Семён Семёныч Непомнящий — наш уважаемый коллега — попал в тяжёлую жизненную ситуацию. Ему оказывается вся необходимая помощь. Ваша задача — сосредоточиться на работе. Любые дальнейшие разговоры на эту тему будут расценены как нарушение субординации и корпоративной этики. Понятно?

Оглядев всех строгим взглядом, он направился в свой кабинет.

После его ухода тишина продержалась минуты две, а потом шепот возобновился с новой силой, но уже по-вороватому, украдкой.

Народ с трудом дожил до обеденного перерыва, где уже смог во всех деталях, домыслах и откровенных выдумках обсосать тему внезапного появления архивариуса. Я перекусил бутербродами (не забыв прихватить еще парочку для Арчи), направился к кофемашине, думая взбодриться.

Она уже была там. Катя. Стояла, прислонившись к стене, и смотрела в окно.

— Не помешаю? — спросил я, останавливаясь рядом.

Она вздрогнула, обернулась. Увидев меня, её лицо озарила улыбка.

— Алексей! Да, конечно не помешаешь.

Я налил себе кофе, прислонился к стене рядом. Пахло её духами — лёгкими, цветочными — и кофе.

— Ну что, легенда ожила, — сказал я, делая глоток.

Катя вздохнула.

— Да уж… Отец будет в шоке. Он всегда говорил, что Семён Семёныч не мог просто так уйти. Что он что-то нашёл. Что-то важное. И… исчез.

Она посмотрела на меня.

— Странно всё это, — добавила она тише. — И страшно как-то.

— В этом архиве много странного, — ответил я, глядя в свою чашку. — И, кажется, не все странности безобидны.

— Это верно, — кивнула Катя, отпивая кофе. И тут же сморщилась. — Фу, какой мерзкий! Словно Лыткин его лично заваривал. Ладно, хоть согревает.

— Все в порядке? — спросил я, приглядываясь к девушке — она была грустной.

— Да так… — неопределенно ответила та, опустив взгляд. — Лыткин просто… задание дал. После обеда мне светит прогулка в западное крыло — Лыткин вывалил папку с документами по каталогизации образцов гербовых печатей XVIII века. Нужно часть из них отсканировать для внешнего запроса. — Она тяжело вздохнула. — Эх, полдня там пробуду, не меньше.

— Западное крыло⁈ — внутри у меня всё встрепенулось. — Это же там, где…

— Монстры, — закончила за меня Катя. — Все верно, именно туда.

— Но ведь была устная договоренность девушек туда не отправлять!

— Вот именно — устная. Это значит нигде это не написано. А если не запрещено, то можно. Поэтому надо идти. Вот, даже обсидиан взяла — мало ли…

Она показала мне магический камень.

Лыткин… Это в его стиле.

Мысль пронеслась быстрее молнии.

— Слушай, — сказал я. — Основную работу я до обеда уже успел сделать, осталось по мелочи. Лыткин меня пока не трогает, видимо, сам не знает, куда пристроить. Давай я тебе помогу. Папку отнесу, документы найду, отсканирую что нужно.

Катя посмотрела на меня с лёгким удивлением, затем её лицо озарила теплая, благодарная улыбка.

— Правда? Алексей, ты спасение! — её голос звучал искренне. — Я правда не хочу туда сегодня. После всей этой истории с Непомнящим как-то… жутковато. Да и повстречать какую-нибудь чуду-юду нет особого желания. Если ты не против… Спасибо огромное!

— Не за что, — пожал я плечами, изображая легкую небрежность. — Мне всё равно деваться некуда. Да и разомнусь. Давай папку, я после перерыва сразу схожу.

— Идеально! — Катя выглядела по-настоящему радостной. — Она у меня на столе, жёлтая, с пометкой «Гербовая экспертиза». Там список нужных шифров внутри. Спасибо тебе большое!

Она вдруг наклонилась ко мне и поцеловала в щеку. И сразу же смутилась своего чистого порыва души.

— Но при одном условии, — ответил я, стараясь замять неловкость.

— Каком?

— Мы сходим вместе в нормальное заведение, где подают хороший кофе. Не этот… — я кивнул на офисную кофемашину.

Катя вновь улыбнулась. Потом оглядела меня с ног до головы, будто впервые видела.

— А ты знаешь… ты в последнее время какой-то другой стал.

— Другой? — я приподнял бровь.

— Да. Не знаю… Раньше ты был таким… серым. Как все. Приходил, делал свою работу, уходил. Без обид. А теперь… — она сделала паузу, подбирая слова. — В глазах появилась какая-то… сталь. Решимость. Вот и меня на кофе пригласил. Стоишь как-то увереннее, что ли.

— Надеюсь эти изменения тебя не пугают?

— Напротив… только радуют, — она игриво подмигнула мне. — Саш, я пойду, мне пора уже, докончу отчёт до обеда. И ещё раз — огромное спасибо! Ты меня очень выручаешь.

Она кивнула и ушла в сторону своего отдела.

Обеденный перерыв подходил к концу. Я направился к столу Кати. Жёлтая папка лежала на самом виду. Я взял её, поймал её взгляд через зал и показательным жестом помахал папкой. Она в ответ улыбнулась и сделала «спасибо» губами. А потом отправила воздушный поцелуй. Я кивнул в ответ.

Мимо меня прошли двое человек. Не из моего отдела. Кажется, служба безопасности. В руках — магические камни. Прошли в сторону кабинета Босха. Ага, значит приготовления к ритуалу поиска уже начались.

Я крепче сжал папку и двинулся к лифту.

Тяжёлая дверь с глухим стуком закрылась за спиной, отрезая последние звуки офиса. Западное крыло. Или, по официальным документам: Хранилище-3 (депозитарий стабильный). Правда из стабильного тут был только разлом миров, из которого лезла всякая нечисть и монстры…