Маг замахнулся снова. Воздух сжался в плотный шар размером с голову, полетел прямо в грудь. Ударился о Покров, взорвался. Ударная волна разнеслась по холлу, окна задребезжали, одно треснуло.
Покров лопнул, защита рассыпалась, энергия рассеялась.
Я почувствовал боль в груди — тупую, глухую, растекающуюся. Времени нет на новый Покров. Нужно заканчивать сейчас.
Я рванул вперёд, преодолел расстояние до коренастого за два шага. Он попытался отступить, взмахнул рукой для новой атаки.
Схватил его за руку, дёрнул на себя, развернул спиной к себе. Обхватил голову левой рукой, сжал. Правую положил на затылок.
Он дёргался, пытался вырваться. Активировал магию в последней попытке — воздушное лезвие полоснуло по моему предплечью. Без Покрова прорезало кожу, мышцы, задело кость.
Я сжал сильнее и дёрнул. Хруст. Шея сломалась, позвонки разошлись. Маг обмяк.
Бросил труп, обернулся, последний остался. Шагнул к главарю, он попытался поднять пистолет, выстрелить. Я ударил раньше и сдержал все свои силы. Он полетел в дверь. Ударился, тут же вскочил и побежал
Я не стал догонять. Именно для этого он и нужен. Он расскажет Вороновым, а те Медведевым. О военном сержанте Кзоте, который убил пятерых магов голыми руками. Просто идеальная возможность стравить Медведевых и военных, которые с ними работают. Но чтобы план сработал неплохо бы заглянуть к Ирине и намекнуть на Вику, что мол особенная девочка, чтобы её работодатели заинтересовались… Тогда план сработает. Нужно начать сеять хаос в столице.
Развернулся к семье Кольцовых. Они смотрели на меня молча. Ольга уже стояла, руки опущены вдоль тела. Магия целительства погасла. Лицо бледное как мел, глаза широко раскрыты, губы дрожат. Елизавета прижалась к мужу, закрыла лицо ладонями, плечи тряслись.
Вячеслав сидел на полу, держался за плечо. Рана почти затянулась, Ольга успела вылечить большую часть. Пуля лежала рядом на паркете, в луже крови.
Он смотрел на меня, на мои руки в крови, на трупы вокруг. На дыру в стене, куда я швырнул мага. На треснувший паркет под моими ногами.
Тишина. Только тиканье часов на стене, капанье крови, треск штукатурки, что сыпалась из трещины.
— Володя… — начал Вячеслав хрипло. — Ты…
— Спас нас, — закончила Елизавета тихо, не открывая лица.
Я вытер кровь с руки о штаны. Вячеслав поднялся медленно, с помощью жены. Встал на ноги, пошатнулся, выпрямился. Посмотрел на трупы ещё раз, потом на меня.
— Они придут снова, — сказал он твёрдо. — Вороновы не оставят это так. Они узнают, что их люди мертвы. Придут с большими силами.
— Не скоро, — перебил я. — Одного я отпустил не просто так. Пусть расскажет, что их убил военный. Пусть ломают голову, кто это заинтересовался вашей дочкой и пока не рискнуть действовать в лоб. Да и будут искать некого сержанта Кзота.
Вячеслав моргнул несколько раз, осмысливая.
— Ты… — начал он. — Ты военный? По-настоящему?
Я промолчал. Не подтвердил и не опроверг, так будет лучше.
Елизавета наконец-то посмотрела на меня.
— Ты можешь спрятать Вику? — спросила она тихо. — Пожалуйста! Прошу… Я понимаю что требую слишком многого. После всего что ты уже сделал для нас. Но… Они хотят узнать, как она выздоровела. Если она останется здесь… — голос сорвался. — Заберут. Мы её потеряем.
Ольга шагнула вперёд.
— А вы? — спросила она, глядя на родителей. — Мама, папа, они попытаются через вас нас найти. Будут угрожать, пытать, убивать.
Вячеслав положил руку на плечо дочери.
— Мы уедем, — сказал он твёрдо. — К родственникам. Это на краю Империи, за тысячу километров отсюда, там нас никто не найдёт. Переждём, пока всё уляжется.
Елизавета кивнула.
— У меня там двоюродная сестра, — добавила она. — Она примет нас, поможет обосноваться.
— Я поеду с вами! — заявила Ольга.
— Нет, — как-то странно посмотрела на меня Елизавета. — Тебе лучше остаться с сестрой, чтобы она ничего не сделала. Пойдёт ещё сама и сдаться, чтобы спасти нас.
— Тогда мы все поедем! — продолжила Ольга. — К тетке, она нас приютит.
— Нет, — покачал головой Вячеслав, перебивая её. — Ты не понимаешь. Сейчас режим ЧП из-за сближения с Землёй. На границе сканируют каждого. Вика… Посмотри на неё. Её ядро сияет, оно чистое, мощное. Любой патрульный увидит, что она не инвалид. Нас задержат на первом же блокпосту, пробьют по базам и сдадут Вороновым. Мы не доедем даже до вокзала.
— Мама! — Ольгу трясло. — Но… Но… Вы хотите, чтобы мы остались тут? В самом центре опасности?
Елизавета снова посмотрела на меня. Таким взглядом, что перекладывает ответственность за своих детей на меня.
— Здесь безопаснее, пока никто не знает, где вы, — вмешался Вячеслав жестко. — Мы с матерью станем приманкой. Мы купим четыре билета, сядем в такси, чтобы все видели. Мы уведём погоню за собой, на границу. Пусть Вороновы думают, что мы спрятали вас в глуши, и ищут там. А вы исчезнете здесь. Растворитесь.
— Ты хочешь нас оставить с?.. — Ольга кивнула в мою сторону, её голос дрожал.
Вячеслав поднял глаза на меня.
— Я видел, как он убивал, Оля, — сказал он тихо, но так, чтобы я слышал. — Он делал это без гнева, без страха, как работу. Я видел таких в армии. Нам сейчас не нужен добрый защитник. Вам нужен тот, кто сможет перегрызть глотки Вороновым, не задумываясь.
Я смотрел на них, думал. Мне это нужно? Зачем спасать двух людей? Какая выгода?
Ольга — лекарь, может быть полезна. Вика… — ничем не полезна. Обычная девушка-маг, но внутри что-то шевельнулось. Человеческая часть, всплыл: вчерашний ужин, тепло семейного стола, благодарность в их глазах. Вика, которая легла рядом ночью, шептала «спасибо, мой спаситель».
Тепло: странное, непривычное.
Я кивнул.
— Заберу их обеих, — сказал коротко. — В одно место, там безопаснее, чем здесь.
Есть несколько идей как потом использовать Вику для моего плана с Медведевыми. Только на таких условиях я согласен, мне не нужен бесполезный балласт. Они вернули свой долг артефактом, а нянчиться, я не собираюсь.
Вячеслав посмотрел на меня долго, изучал лицо, глаза, выражение.
— Ты обещаешь? — спросил он хрипло. — Обещаешь, что спасёшь моих девочек? Защитишь их?
— Да, — вылетело само, раньше мысли.
Они мне обязаны и будут полезны — успокоил себя. Василиса и Борис, с ними моя задумка быстрее осуществится. Осталось подготовить девочек к гигантам.
* * *
Через полтора часа трупы исчезли.
Вячеслав позвонил кому-то. Через двадцать минут приехал фургон без опознавательных знаков. Трое мужчин в масках и перчатках молча загрузили тела, вынесли через чёрный ход. Деньги не взяли, видимо, были должны Вячеславу.
Кровь с пола оттёрли специальным составом. Запах пороха выветрили, открыв окна. Мебель расставили обратно, картины повесили. Дыру в стене прикрыли большим гобеленом.
Дом выглядел почти нормально, если не знать, что здесь было, не заметишь. Ольга и Вика собирались в комнате. Я стоял в коридоре, ждал. Крутил в пальцах теперь уже мой артефакт.
Слышал, как Вика плачет за дверью. Ольга утешала её, говорила что-то успокаивающее, но голос тоже дрожал. Они боялись. Через двадцать минут они вышли.
У каждой по два небольших чемодана. Лица бледные, глаза красные от слёз. Ольга держалась чуть лучше, Вика едва, губы дрожали, руки тряслись.
Мы спустились вниз. Родители ждали у двери. Елизавета в дорожном платье, волосы убраны под платок. Вячеслав в пальто, рука перевязана под одеждой. Их вещи уже стояли у выхода — два больших сундука.
Елизавета бросилась к дочерям, обняла обеих разом. Прижала к себе, зарыдала. Плакала навзрыд, не сдерживаясь. Плечи тряслись, слёзы текли по щекам ручьями.
— Мои девочки, — шептала она сквозь слёзы. — Мои маленькие девочки.
Ольга и Вика обнимали её, тоже плакали. Все трое стояли, сжавшись в комок, и рыдали. Вячеслав подошёл, обнял всех троих. Стоял молча, гладил дочерей по головам. Лицо каменное, но глаза влажные.
