Я вернул взгляд на ринг. Блондин не дал противнику времени. Рванул вперёд, пока тот готовил следующую атаку. Вытянул обе руки, ладони направлены на брюнета.
Воздух вокруг брюнета сгустился. Со всех сторон. Прозрачная клетка из спрессованного воздуха, она сжалась мгновенно. Брюнет попытался вырваться. Огонь вспыхнул ярче, попытался прожечь стены, но воздух сжимался быстрее. Давление росло.
Хруст.
Сначала рёбра. Они лопнули один за другим — громко, чётко, как ломающиеся ветки. Грудная клетка прогнулась внутрь. Брюнет закричал — пронзительно, надрывно.
Но звук оборвался. Воздух выдавило из лёгких, грудь сжалась полностью. Рёбра вонзились в органы. Кровь хлынула изо рта фонтаном. Брызнула на песок, залила его красным. Глаза вылезли из орбит, вены на шее вздулись, лопнули. Кожа треснула — на руках, на груди, на лице. Сквозь трещины полилась кровь.
Блондин сжал кулаки резко.
Клетка схлопнулась.
ХРУСТ.
Тело брюнета сложилось пополам. Верхняя часть корпуса согнулась к нижней, позвоночник переломился посередине. Ноги и голова почти соприкоснулись.
Везде кровь: на песке, на верёвках, на блондине, на зрителях в первом ряду. Куски плоти, осколки костей, внутренности.
Блондин разжал руки, клетка исчезла. То, что осталось от брюнета, рухнуло на ринг. Бесформенная куча мяса, костей и крови. Песок впитывал жидкость, темнел, превращался в грязь.
Толпа взорвалась. Люди прыгали, обнимались, целовались, кричали. Бутылки взлетали в воздух, шампанское пенилось, лилось на пол. Деньги переходили из рук в руки. Кто-то умер на их глазах: жестоко, мучительно, медленно и они были счастливы.
Людишки. Как же их забавляет смотреть, как их собственный вид убивает себе подобных. Смерть стала шоу, товаром, зрелищем для скучающих тварей.
На ринг выбежали люди, четверо в рабочей одежде, с лопатами и вёдрами. Они быстро, профессионально начали убирать останки. Лопатами сгребли куски мяса, кости, кровавую жижу. Ведро наполнилось доверху, его унесли, принесли новое. Песок убрали полностью. Сгребли в мешки вместе с кровью, кусками плоти. Вынесли за ринг. Принесли свежий песок. Высыпали, разровняли граблями. Через минуту ринг выглядел чистым. Жёлтый песок, ни пятнышка.
Я хмыкнул про себя — удобно, ничего мыть не надо. Ирина потянула меня за руку.
— Пойдём, — прошептала она в ухо. — Не будем стоять у входа.
Мы двинулись вдоль стены, толпа нас игнорировала. Все смотрели на ринг, видимо ждали следующего боя. Мы были никем, ещё двое зрителей среди сотни. Я бросил взгляд на вход, через который мы вошли.
Военные… Двое в форме, автоматы на плечах, стоят у двери. Смотрят в нашу сторону, не отрываясь, лица каменные, глаза холодные. Ядра активны — готовы действовать. Всё как я и думал, меня отпускать не собираются.
Мы прошли мимо толпы. Я изучал людей краем глаза. Маги из сотни присутствующих человек восемьдесят — маги. Второй, третий, четвёртый ранг. Несколько пятого. Энергия пульсировала, резонировала, давила на пространство.
Если начнётся драка… Я прикинул, Силы Титана хватит, чтобы пробиться. Покров выдержит первые удары. Магия земли даст преимущество, я буду знать, где каждый противник. Импульс из чистой силы убьёт троих-четверых сразу, но энергия кончится быстро. И тогда придётся драться голыми руками против восьмидесяти магов.
Мы дошли до противоположного конца ангара. Там возвышался постамент. Метра три в высоту, квадратный, метров пять на пять. Ступени вели наверх: широкие, мраморные, с золотой инкрустацией. Явно привезли сюда специально, установили для пафоса.
На постаменте стояло кресло, похожее на трон. Спинка высокая, с вензелями, подлокотники широкие, покрытые бархатом, ножки витые, с золотыми украшениями.
И в нём сидел мужчина, я остановился, изучил его. Возраст лет пятьдесят, может, чуть больше. Лицо худое, скулы острые, кожа бледная, натянутая на кости. Глаза серые, холодные, мёртвые. Никаких эмоций, смотрел на ринг, на толпу, на бой, но взгляд пустой. Словно всё это его не касалось.
Волосы длинные, до плеч, седые. Костюм на нём дорогой, кажется я уже научился разбираться в человеческих тряпках. Рядом с креслом стояли пятеро — охранники. Все одинаковые: высокие, метра под два, широкие в плечах, мускулистые. Лица жёсткие, шрамы, сломанные носы. Ядра у всех активны и пятый ранг.
Один на один — я выиграю. Но пятеро сразу… Сложно. С другой стороны трона сидели девушки. Молодые, лет двадцать, красивые. Длинные ноги, стройные фигуры, яркий макияж. Платья короткие, облегающие, с глубокими вырезами. Они сидели на подушках у ног мужчины. Прижимались к его ногам, гладили, улыбались. Он их игнорировал, даже не смотрел.
Ирина ускорила шаг, потащила меня вперёд.
— Это он, — прошептала она возбуждённо. — Элиас Дарков. Тот, кто нам нужен.
Мы начали приближаться. Охранники мгновенно отреагировали. Головы повернулись синхронно, взгляды зафиксировались на нас. Ирина остановилась резко, дёрнула мою руку. Наклонилась ко мне, прошептала на ухо:
— Веди себя осторожно. Воспитанно, он не любит невоспитанных людей. Получишь отказ и я ничем не смогу помочь.
Кивнул, надо играть роль. Мы подошли ближе. Охранники вышли вперёд, преградили путь. Покров я не снимал, Сила Титана активирована, готов к бою.
Мужчина на троне перевёл взгляд на Ирину. И на его лице возникла улыбка: тонкая, едва заметная. Губы изогнулись, уголки поднялись, но глаза остались холодными.
— Девочка моя, — произнёс он.
Голос низкий, хриплый, сухой.
— Ты ко мне пришла.
Ирина широко улыбнулась в ответ, сделала реверанс. Голова склонилась, волосы упали на лицо.
— Элиас, — произнесла она мягко. — Как я рада тебя видеть.
Он махнул рукой охранникам.
— Пропустите.
Стена распалась, охранники разошлись в стороны, открыли проход.
Ирина шагнула вперёд, потянула меня за собой. Мы поднялись по ступеням на постамент. Подошли на расстояние трёх метров от трона. Остановились.
Ирина начала говорить быстро, взволнованно:
— Это Владимир. Тот, о ком я тебе рассказывала. У него есть проблема, которую он не может решить сам. Надеется на твою уникальную помощь.
Дарков посмотрел на меня, короткий взгляд, секунда, может, две. Лицо не изменилось, на нём по-прежнему никаких эмоций: ни интереса, ни любопытства, ни презрения.
Он вернул взгляд на ринг. На арене начался новый бой. Двое дерутся: один с молниями, второй с водой. Толпа орёт, ставки растут.
Повисло молчание. Я стоял, ждал. Ирина рядом дышала учащённо, нервничала. Девушки у ног Даркова переглянулись, захихикали тихо.
Дарков смотрел на бой, он даже не моргал. Наконец он вернул взгляд на меня.
— Подойди, — произнёс он коротко.
Я шагнул вперёд, остановился в метре от трона. Его глаза вспыхнули зелёным. Яркий, изумрудный свет заполнил радужку полностью, зрачки исчезли. Он даже не прикоснулся ко мне, просто смотрел. Я чувствовал, как его магия сканирует меня. Проникает внутрь, изучает ядро, каналы, ткани.
Потом свет погас.
— Мальчик, мальчик, — произнёс он медленно, растягивая слова. — Зачем же ты балуешься с ядрами гигантов? Это опасно. Тебе не говорили?
Кивнул.
— Поглощать сырые ядра… — Он качнул головой, цокнул языком. — Весьма экзотический способ. Не скажу, что неправильный, но опасный. Очень опасный. Если, конечно, не хочешь стать тварью.
Пауза, он ждал реакции, я молчал.
— Но, — продолжил Дарков, — тебе, кажется, повезло. Досталось весьма уникальное ядро гиганта с магией земли. Весьма редкая стихия, мёртвая, как многие считают. — Он усмехнулся. — Только вот у тебя не было генетических предпосылок к данному виду магии. Поэтому сила нашла своё освобождение иначе, через окаменение.
Он наклонился вперёд, положил локти на колени, сцепил пальцы в замок.
— Весьма тяжёлый случай. Я бы сказал, запущенный. Вижу, что ты как-то сдержал процесс. — Взгляд скользнул к моему карману, где лежал артефакт. — Но это ненадолго. День, максимум два, потом превратишься в статую.
