Тем не менее, прямо сейчас я поступил нетипично для любого дарга — отступил. Поступил настолько рационально, насколько это возможно.
Общину полностью накрыла северная ночь. Сырая, плотная. Ветер с побережья тащил тяжёлую влагу, которая пробиралась сквозь любую одежду. Кто вообще решил, что Мурманск — хорошее место для жизни? Или всё дело в Обсерватуме? Варнес как-то намекал, что их можно строить далеко не в каждом месте.
На отдых мы устроились прямо в Салре. Тогра с Айшей вовсю взялись за местную густую похлёбку из оленины, которую приготовила одна из женщин
— Шеф, тут налоги выбивать не из кого, — пожаловался гоблин, отодвигая тарелку. — Одни бородатые с топорами. С них разве что клыки стрясёшь, и то с боем! Сардельки все сожрали. Эт ваще беспредел. Мне надо было тролля брать и в Ереван мчать. Пожертвования выбивать.
— Ты же сам командировке радовался, — напомнил я ему.
— Какая ж эт командировка⁈ — взвыл ушастик. — Вот чё они все сардельки сожрали⁈ Сами бы эту похлёбку хомячили, а сардели нам оставили. У меня от неё изжога и эксигенционная… экзинстенгенальная… Тоска, шеф! Лютая тоска!
Я отложил в сторону планшет, на котором переписывался с Гамлетом. Спустя пятнадцать минут Игнат и оба брата-цверга должны были выдвинуться к Еревану. После чего вылететь сюда.
— А чё мы тут реально делаем, шеф? — Гоша так и не успокаивался. — Вон вниз сходили и то назад вернулись. Нахрена было лететь?
— Слышь, — глянула на него Тогра. — Нытик зелёный. Ты Гоблин Апокалипсиса или кто? Чё причитаешь, как старая бабка?
Гоша посмотрел на неё с выражением искреннего возмущения и тут же погрузился в воспоминания о своей бабке. Невольно напомнив и про его двоюродную сестру, которая пока обреталась в ереванском штабе, где почти не контактировала ни с кем из окружающих.
Я же смотрел на горящее пламя. Вспоминал террасы Цитадели. Тёплый камень, барельефы, Арину. Предложение, которое вылетело раньше, чем мозг успел просчитать риски. Её тихое «да», от которого у меня на секунду отказал мозг. Вообще, у меня медовый месяц должен быть. Вернее его репетиция. А вместо этого торчу тут, жую оленину и пялюсь на пламя. И Варнес упорно отмалчивается, чтоб его. Значит новых идей так и не появилось. После всех моих фокусов с астралом, он научился выходить на связь и мысленно общаться в режиме реального времени. Будь что-то на уме — давно бы вышел на связь.
Ладно. Пожалуй, пора бы немного поспать. Предрассветные сумерки — время суток, которое не слишком подходит для размышления.
Только я поднялся на ноги, как воздух заполнил дикий звук. Да что там. Целая симфония звуков. Каждый из которых был ужаснее другого.
Я выскочил наружу первым. С мечом в правой руке и метательным диском в левой. Следом — орчанки с автоматами в руках. И Гоша сжимающий пистолет-пулемёт.
Честно — сначала было подумал, что причина в Обсерватуме. Но нет. Вы не поверите, что именно было источником звука. Я бы вот не поверил.
Сигнальная ракета. Жуткий хор из десятков переплетающихся орущих голосов — плач, крики, какой-то металлический скрежет. Артефактная хреновина, которая выворачивала нервы и поднимала на ноги всё живое в радиусе километра. На улицу уже десятками выскакивали дарги, на ходу доставая топоры с мечами. Появился Хорг с молотом, который прищурясь уставился в небо.
Кто-то запустил это прямо над общиной. Находясь при это совсем рядом. Судя по всему намереваясь поднять нас на ноги. Почему я так решил? Ну так сами посудите — жуткая воющая штука, которая поднимет на ноги даже мертвецки пьяного дарга. И не наносит никакого вреда. Это может быть только классической сигналкой. Никак иначе.
А раз так, значит… Твою же мать, а! Я сорвал с пояса планшет. Экран светился. Только вот связи — ноль. Ни доступа в сеть, ни возможности для звонков.
Вот тут меня малость проняло. Одно дело — фонящий обсерватум и головные боли у даргов. Совсем другое — армейская глушилка и такая вот сигнальная ракета поутру.
Секунды три я стоял, тупо пялясь на экран. Мозг прокручивал варианты, пытаясь сложить их в единое целое.
Те сообщения в «Сове». От кого они были? Зачем? И глушилка эта. Неужто кто-то будет штурмовать общину даргов? Для этого ведь нужны… Так, погодите-ка. А если добавить в уравнение все слова Румянцева. И сделать пару предположений?
— К бою! — рявкнул я во всю мощь лёгких. — Хорг, нас атакуют! Готовь общину к обороне!
Кузнец повернул ко мне голову. Принялись пялиться дарги из тех, что были рядом. Ракета выла и плакала в предрассветном небе. А периметр взорвался. Весь и разом.
Мощные фигуры в бронекостюмах буквально проломили ворота. Разнесли створки реактивными снарядами, а потом врезались в них, окончательно превращая в щепки. Участок частокола испарился под ударом заклинания и туда хлынула волна вражеских пехотинцев. В небе загудели десятки дронов. В другой стороне снова полыхнула магия. Они атаковали со всех сторон.
— Шеф! — Гоша поправил пальцами левой руки козырёк фуражки. — Кажется они хотят, чтобы мы их прокрематорили. Без всякого уважения.
Глава XX
Первые секунды атаки — россыпь фрагментов. Как битое стекло, между осколками которого — адреналиновая чернота.
Взрыв выбил ворота, разметав многотонные стволы частокола, как сухие спички. На территорию общины хлынула смерть. Не мглистые твари. Не бандиты с обрезами. Профессиональные солдаты. Наёмники. Кто-то нанял людей, которые зарабатывают убийством на жизнь.
Первая линия — бойцы в тяжёлой броне. Магические импланты, вживлённые в плоть. За их спинами — маги, методично накрывающие пространство дистанционными ударами, квадрат за квадратом. И лёгкая пехота. Никаких знаков, флагов или гербов. Безликая машина убийства. Которая ворвалась в общину разом со всех сторон.
Но дарги не собирались умирать молча. Равно как и сдаваться.
— К бою! — рёв Хорга перекрыл грохот. — Все, кто с оружием — убивать! Детей — в штольни! Остальные — несите смерть!
Дарги — не люди. Им не нужно пять минут на то, чтобы прийти в себя. Когда тебя с рождения учат спать с топором под кроватью, реакция на звуки боя — рефлекс. Через десять секунд они уже ринулись в атаку. Кто в доспехах, кто в одних штанах. С мечами, топорами, палицами и копьями. Одна бабка, и я честное слово, не вру, выскочила с разделочным топором в правой руке и чугунной сковородой в левой.
Хорг сам кинулся вперёд. На ходу метнул топор, который к моему удивлению, спокойно вскрыл металлическую броню тяжёлого доспеха, заставив бойца внутри притормозить. В следующий миг боевой молот раздавил его череп вместе с металлом.
Я метнул диск, срезав ещё одного. Потянулся к астралу. Выругался, когда рядом прошлась очередь автоматической пушки — на заднем фоне появились монструозные фигуры, которые долбили по нам из совсем уж тяжелого вооружения.
Осколки посекли левый бок и печать регенерации немедленно принялась за дело. А передо мной появилась куда более суровая проблема — невозможность нырнуть в астрал. Первые его уровни давались без проблем, но дальше меня не пускало. Вибрации Обсерватума блокировали мои возможности наглухо.
Вот же сукины дети! Это не просто стечение обстоятельств. Перебросить такое количество солдат, провернув это относительно скрытно для всех остальных — вопрос не одного часа. Они подвели сюда войска. Организовали ловушку. А когда всё было готово — активировали приманку. Грёбаные ублюдки.
— Дохните, консервные банки! — заорал рядом Гоша, разряжая подствольный гранатомёт. — Вас ваще жизнь не учит, шмаглины! Мы щас тут всех отпафосим!
Новый бросок метательного диска. Очереди штурмовых комплексов орчанок. Прошедшие над головой пули.
Справа полыхнуло пламя — занялся сразу десяток построек. Один из молодых даргов с бритой головой выкатил из-под навеса багги, вдавил педаль в пол и помчал вперёд. Его тут же накрыли огнём. Но орк умудрился довести машину до цели. Обогнул космодесант, на полном ходу снёс десяток лёгких пехотинцев и врезался в одного из магов. Выскочив, топором раскроил голову ещё одному. А потом его спалили заживо. За считанные доли секунды.
