Ингрид жадно разглядывала его татуировки, притрагивалась к столбику символов на ребрах. Гнев, тишина, принятие, сожаление.
— Тату обычно набивают со смыслом, да? Что они означают? — спросила хриплым шепотом, приложившись губами к его рельефному прессу.
— Ничего. Просто хорошо смотрятся.
Когда она задремала, Ноэль гибко выскользнул из кровати и начал одеваться.
— Не останешься на ночь? — мгновенно проснулась девушка.
— Не могу с кем-то спать, — соврал он, понимая, что ведет себя как полный кретин, но оставаться до утра действительно было выше сил. Его даже не привлекала возможность пойти на второй заход.
Ингрид поднялась на локте и, не зажигая потушенной настольной лампы, доверчиво посмотрела на него сквозь темноту. Длинные темные волосы скрыли обнаженную молочную грудь с аккуратной ареолой.
— Может… завтра заглянешь? — в ее голосе прозвучало кокетство.
— Зачем?
Он никогда не страдал неловкостью, уходя от случайных любовниц. Все заранее знали правила этой игры.
— Поздравлю тебя после турнира.
— А если я проиграю? — с иронией спросил Ноэль, зашнуровывая на ногах высокие тяжелые ботинки.
— Тогда утешу.
Он поднялся со стула, склонился над девушкой и поцеловал ее в приоткрытые губы. Кратко, без языка и ласк.
— Не надо.
Она позволила ему уйти, не задавая неуместных вопросов. Наверное, утром за завтраком расскажет подругам, какие северяне отвратительные сволочи, и попросит парня своей соседки Елены надрать Ноэлю задницу во время поединка.
Выходя из комнатушки, он едва не налетел на них обоих: эту самую Елену и Александра, тискающихся под дверью. Видимо, с совместной ночевкой у них не срослось, или же девушка продолжала строить недотрогу. Но они так энергично целовались, что поднажми Алекс, она точно отдалась бы без боя.
Пауза оказалась потрясающе неловкой.
— Ой! — проговорила быстро Елена, пряча глаза. — Вы приходили в гости к Ингрид?
А что, были какие-то еще варианты, к кому в этой комнате он мог прийти… в гости?
— Доброй ночи, — невпопад ответил Ноэль.
— Встретимся завтра на арене, Коэн, — ухмыльнулся его будущий противник.
Проигнорировав протянутый кулак, северянин прошел мимо. Внутри клокотал гнев. Именно Чейс изображал любовь до гроба с невзрачной умницей-стипендиаткой, но почему-то Ноэль чувствовал себя так, словно, переспав с симпатичной девушкой, изменил Чарли Тэйр.
Глава 6
К финальному поединку противники готовились в гробовом молчании, нарочито игнорируя друг друга. В раздевалке их никто не тревожил. В турнирной магии считалось хорошим тоном позволить магу сосредоточиться, выкинуть лишние мысли и убрать ненужные эмоции. О том, что открылась дверь и кто-то позволил себе войти, северянин понял по коридорному шуму, на короткое время проникшему в помещение.
— Эй, привет! — с теплыми интонациями проговорил Чейс.
— Мы не помешаем? — Голос Елены разрезал тишину, как острый нож — масло.
Мы?
За спиной прошелестели шаги.
— Здравствуй, Ноэль, — прошелестело неуверенное приветствие.
Он обернулся через плечо. В проходе, прижимая к животу какие-то учебники, стояла Ингрид с вульгарной алой помадой на губах, одетая в мешковатую академическую форму. Зрачки от ядовитых окрашивающих капель снова казались огромными. Не глаза, а переспелые вишни.
— Хотела пожелать тебе удачи перед поединком. Можно?
— Уже желаешь.
Повисла неловкая пауза. Ноэль отвернулся и, чувствуя лопатками растерянный взгляд девушки, начал складывать на полку вещи. За шкафами происходила возня, что-то упало на пол, раздался сдавленный смешок.
— Не здесь, — сдавленно прошептала Елена. — Вдруг она придет?
— Почему ты о ней вспомнила? — проворчал Чейс. — Она ненавидит турнирную магию. Никогда и ничем, кроме своих капризов, не озаботится.
Перед мысленным взором Ноэля невольно появилась Чарли, растерянно рассматривающая никому не нужную коробку с шариками галькоу… И обжигающая, неразбавленная ярость хлестнула волной, даже кости заломило. Он пытался глубоко дышать, стараясь вернуть хотя бы крупицы хладнокровия, но механизм разрушения уже был запущен.
— Все равно давай выйдем, — попросила Елена.
Она, безусловно, считала свой роман не позорной интрижкой, а восстановлением равновесия во Вселенной, но свидетели все же нервировали. Дверь закрылась, выпустив любовников наружу. Молчание, вернувшееся в раздевалку, отдавало мертвенным холодом.
— Слава божественному слепцу, что они ушли, — со смущенной улыбкой проговорила Ингрид, следя, как Ноэль зашнуровывает высокие тренировочные ботинки. — Алекс хорош, но ведь ты лучше, правда?
— Как знать, — отозвался он.
— Так забавно. — Незваная гостья прислонилась спиной к чьему-то шкафчику. — Мы с Еленой лучшие подруги, а встречаемся с противниками.
Коэн поднял голову и посмотрел на нее с искренним любопытством. Обычно девушки прекрасно понимали, что случайный секс оставался не более чем приятным развлечением на одну ночь. Но не Ингрид. Она, похоже, уже присмотрела платье для брачного обряда.
— Успела выбрать имя для нашего первенца? — с безжалостным сарказмом уточнил Ноэль, поднимаясь со скамьи.
— А? — Ингрид густо покраснела.
Эта абсурдная ситуация была выше его сил, понимания и чувства юмора.
— Напомни мне, Ингрид, в какой момент вчерашнего вечера я предложил тебе встречаться?
— Но я думала… разве…
До раздевалки донесся удар гонга, призывающий противников на ринг.
— Поговорим после боя, — бросил Ноэль и вышел в коридор.
Финал поединка собрал половину Ос-Арэта. В зале были студенты, магистры и даже декан факультета высшей магии.
Когда появился северянин, пространство буквально взорвалось воплями. Народ расступился, образуя живой коридор. Невольно Ноэль обвел людей цепким взглядом. Отыскал Елену, жавшуюся в уголке, но не нашел Чарли. Верная своему слову, она больше никогда не появлялась в спортивном крыле.
— Коэн! — резко схватил его за локоть Эйнар, заставляя притормозить. — Не знаю, что у вас случилось в раздевалке, но отложи поединок, иначе ты его прикончишь.
— Очень на это надеюсь, — едва слышно отозвался Ноэль и, с рывком выдрав свою руку из хватки лучшего друга, ступил на арену.
Он на ходу вытащил из стойки тяжелый турнирный меч с длинным грациозным лезвием и оплетенной кожаными полосками рукоятью. Зал мгновенно накрыло защитным пологом. Звуки извне практически стихли. Толпа захлебывалась неистовыми воплями, но людские голоса просачивались под купол лишь неясным гудением.
— Поприветствуйте друг друга, — предложил магистр Чи.
Северянин ударил костяшками о протянутый кулак Чейса, как и положено, отошел на десять шагов, чтобы позволить ему поднять клинок, а дальше сознание погасло.
Он плохо помнил этот бой, четко не осознавал, какие заклятия использовал. Клокотавший внутри гнев не иссякал.
— Коэн, легче! — надрываясь, выкрикнул Чи.
Удар, разворот, наскок, заклятие. Чейс опалил ему волосы. Ноэль практически ударил его кулаком в горло, но в последнее мгновение осознал, что сломает кадык, и отбросил тычком в грудь. От мощного удара противник согнулся с хриплым стоном, надрывно закашлялся. Меч со звоном отлетел под ноги.
Бою пришел конец, однако Алекс в ярости швырнул запрещенное в поединках смертоносное заклятие, вызывающее паралич дыхания. Только чудом северянину удалось заблокировать удар. Отброшенная магия вспорола пол, выбив в плитах каменную крошку и оставив глубокую борозду.
— Ты рехнулся, Чейс?! — рыкнул Коэн, отшвыривая клинок и ринувшись на Алекса с кулаками. — Ты бросил «мертвую петлю»!
— Когда? — выкрикнул тот с перекошенной от ярости рожей. — Из нас двоих здесь один псих — ты!
Разнимали их трое магистров. Наверняка они недоумевали, отчего парни, демонстрировавшие высший класс турнирной магии, вдруг сцепились, как два взбесившихся дворовых пса.
