А, может быть, посещение мира некромантов, взаимодействие с древними магическими символами клана Рихтер усилило моё магическое чутьё, и теперь я замечал больше чем раньше.
Как бы там ни было, но, похоже, что и дед почувствовал то же самое.
— Что-то не так с её духовной сущностью, — отметил он.
Я кивнул и добавил:
— Есть только один способ узнать правду.
Регина напряглась. Её пальцы сжали подлокотники кресла.
— Что? — выдохнула она.
— Один из самых сложных ритуалов некромантии, — пояснил лич, останавливаясь рядом. — Позволяет проникнуть в сознание и духовную сущность ревенанта. Проверить целостность, найти аномалии.
— Это опасно? — спросила Октавия, отложив перо.
— Может быть, — ответил дед. — Как ведьма Сципион ты лучше всех должна понимать, что вторжение в чужую личность — обоюдоострый нож. Всегда может что-то пойти не так.
Октавия напряжённо кивнула. Лич был прав. Лишь самые сильные обладатели дара Сципион позволяли себе напрямую вмешиваться в разум других магов. Иногда случалось так, что противник оказывался слишком силён и мог разрушить суть самой ведьмы.
В том числе поэтому, ведьмы предпочитали действовать через артефакты, а не прямой энергетический контроль. Из осторожности.
— Начнём ритуал прямо сейчас. — Объявил я. — Незачем тянуть. Дед будет страховать. Он разорвёт связь, если почувствует реальную угрозу.
Лич кивнул.
— Я буду поддерживать магическую связь. Если что-то пойдёт не так, вытащу тебя немедленно.
— И что же, не нужно никакой подготовки? Вот так сразу? — обеспокоено вмешалась Ольга.
В этот момент дверь тихо скрипнула, и в комнату вошёл Фред. Верный умертвие-слуга нёс поднос с ароматными оладьями. Запах свежей выпечки разлился по гостиной, резко контрастируя с напряжённой атмосферой.
Фред бесшумно обошёл присутствующих. Октавия взяла оладушек, благодарно кивнув. Ольга тоже, даже в такой момент она не могла отказаться от любимого угощения.
Я тоже взял один и откусил.
Как всегда великолепно. Нежные и насыщенные оладьи всегда были отличной закуской к кофе.
Затем, я ответил внучке:
— Подготовки не требуется. В этом ритуале важны исключительно сила и мастерство исполнителя. Но не волнуйся. Со страховкой дедули, мне ничего не грозит.
После моего ответа Ольга немного расслабилась и быстро умяла ещё два оладушка.
Вьюнка тем временем подливала нам напитки, а Фред так же бесшумно покинул комнату, как и зашёл. Я допил кофе и поставил чашку на столик.
— Готовься, — сказал я Регине. — Начинаем.
Лианы Вьюнки медленно отползли к стенам, словно растение чувствовало надвигающуюся опасность и инстинктивно отдалялось от центра комнаты.
Я подошёл ближе к Регине и жестом попросил остальных отступить.
Дед Карл остался рядом, начав объяснять для тех, кто не был знаком с тонкостями ритуала:
— Погружение работает в несколько этапов. Сначала Максимилиан войдёт в её разум, проверит память, логику, целостность личности. Это поверхностный уровень.
— А если там всё в порядке? — спросила Октавия.
— Тогда он спустится глубже. В духовную сущность. Это не разум и не память. Это… основа. То, что делает существо тем, кто оно есть.
Я сел прямо перед Региной. Наши колени почти соприкасались. Я смотрел ей в глаза, и она не могла отвести взгляд, принуждение ревенанта не позволяло.
— Не сопротивляйся, — сказал я спокойно. — Это только усложнит процесс и может повредить твой разум.
— Как будто у меня есть выбор, — ехидно ответила она, но в голосе слышался страх.
— Дай мне руки.
Регина подчинилась и протянула руки ладонями вверх.
Я обхватил её холодные руки своими.
Первый контакт был установлен.
Дед Карл встал за моей спиной и коснулся моих плеч. Начал подпитывать меня энергией, создавая страховочную связь. Если что-то пойдёт не так, он сможет разорвать ритуал и вытащить меня обратно.
Я закрыл глаза и сосредоточился.
Воздух вокруг нас начал вибрировать. Я чувствовал свою магию так ярко, словно она становится видимой. Тёмные нити тянулись от моих рук к Регине, оплетая её, проникая в её сущность.
А затем мы оба замерли.
Я знал, что со стороны мы сейчас выглядели как две неподвижные статуи.
А внутри я проваливался в бездну чужого сознания.
Это нельзя было назвать каким-то физическим местом. Не было стен, пола, потолка в привычном понимании.
Это было представление сознания Регины, структурированное ритуалом и моим собственным восприятием для того, чтобы я мог в нём ориентироваться. Лифэнь бы назвала это удобным пользовательским интерфейсом.
Вокруг меня простирались коридоры. Длинные, с высокими потолками, освещённые мягким серебристым светом неизвестного источника. Стены были гладкими, почти зеркальными, но отражений не давали.
Вдоль коридоров располагались двери. Сотни дверей. Каждая — вход в отдельное воспоминание.
Я медленно пошёл вперёд, изучая окружение.
Коридоры были упорядочены и структурированы. Каждая дверь имела собственный ментальный отпечаток. Мне не надо было входить в каждую, чтобы понимать, что я могу там найти.
Признак здорового, функционирующего разума.
Я прошёл мимо нескольких дверей, легко погружаясь в их содержимое:
Детство. Первые уроки магии.
Создание первого артефакта.
Захват власти в клане Сципион.
Вступление в совет Великих Князей.
Все воспоминания были чёткими, детальными, никаких повреждений или размытости.
Я углубился дальше, следуя хронологии. Прошёл мимо сотен дверей, каждая из которых вела в какую-то часть жизни Регины.
И затем увидел то, что искал.
Дверь, которая выглядела иначе.
Все остальные двери были светлыми, серебристыми, с чёткими энергетическими отпечатками.
Но эта была тёмной, почти чёрной, и я не мог прочитать, что находится за ней. Словно кто-то стёр с неё всю информацию.
Я подошёл ближе и протянул руку, чтобы открыть её.
Дверь не поддалась.
Я попробовал ещё раз, вкладывая больше силы. Ничего.
Она была заблокирована, запечатана магически чем-то, что не позволяло мне войти.
И похоже, что именно за этой дверью и хранились воспоминания о времени, проведённом у Теней, о её трансформации, о том, что с ней там делали.
Но я не мог получить к ним доступ.
Я отступил на шаг, обдумывая ситуацию. Блокировка была слишком мощной, чтобы я мог так просто пробиться. И грубая сила здесь могла только навредить.
Но и без этого, вывод был очевиден. Разум Регины цел, личность не повреждена. Все остальные воспоминания на месте, чёткие и доступные. Блокировка касалась только этого конкретного периода.
Значит, причина была не в самом разуме.
Она была глубже.
Мне нужно было спускаться дальше. В духовную сущность.
Я сосредоточился, изменяя фокус своего восприятия. Коридоры вокруг меня начали растворяться.
Коридоры исчезли полностью. Двери растворились. Вместо этого вокруг меня раскинулась бесконечное пространство, наполненном светом.
Мягким, серебристо-белым свечением, которое исходило отовсюду и ниоткуда одновременно.
Это была духовная сущность Регины. То, что делало её ею, независимо от тела, разума или памяти.
Свет был повсюду. Он пульсировал, дышал, двигался медленными волнами. Красивый, почти гипнотический.
Но не всё так просто.
Я присмотрелся и почти сразу заметил участки, где серебристо-белое свечение тускнело, становилось серым, словно кто-то размазал грязь по чистому холсту.
Я медленно двинулся к центру, туда, где свечение было ярче всего. Там должно было находиться ядро личности. Самая важная, самая защищённая часть духовной сущности.
И именно там, где свет должен был быть чистейшим, находилось тёмное пятно.
Как чернильная клякса, упавшая на белоснежную бумагу. Как дыра в ткани реальности.
