Но чувство никуда не исчезало. Наоборот, становилось ярче. Ей было досадно, что Виктор так легко и непринуждённо флиртует с другими женщинами, а с ней ведёт себя как строгий наставник. Будто она не женщина вовсе, а просто рабочий инструмент.
*Господи, что со мной творится?* — в панике думала Ольфария. *Этот человек рассказывает мне об убийствах и политических манипуляциях, а я ревную его к медсёстрам?*
Она попыталась быстро прогнать это дурацкое чувство. Крид был её работодателем, наставником, человеком, заключившим с ней деловой контракт. Никаких романтических отношений и быть не могло. Да и не должно было — он же монстр!
Но вопреки логике, сердце билось чаще, а в груди поднималось что-то тёплое и одновременно болезненное.
*Это просто… адаптация к новому миру*, — попыталась она объяснить себе. *Синдром заложника или что-то в этом роде. Крид единственный знакомый мужчина здесь, вот подсознание и…*
Лицо пылало от смущения. Ольфария понимала, что краснеет, и злилась на себя ещё больше. Взрослая женщина, врач с многолетним стажем, а ведёт себя как школьница!
— Ольфария? — голос Крида прервал её внутренние метания. — Всё в порядке?
Он остановился и обернулся, с лёгким недоумением глядя на её покрасневшее лицо.
— Да, всё… всё отлично, — поспешно ответила она, пытаясь взять себя в руки. — Просто задумалась о… о сегодняшних занятиях.
Виктор внимательно посмотрел на неё, но, казалось, не заметил ничего подозрительного. Или просто не придал значения.
— Понятно, — кивнул он. — Тогда проходите в операционную. Сегодня у нас интересный случай — пациент с редким магическим заболеванием.
Он повернулся и пошёл дальше, а Ольфария глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
*Соберись*, — строго сказала она себе. *Ты здесь учиться, а не влюбляться в бессмертных магов-психопатов.*
Но предательский голосок в глубине души шептал, что Крид не только монстр. Он ещё и невероятно обаятельный мужчина, когда хочет. И то, как он галантно обращался с медсёстрами, только подчёркивало его привлекательность.
*Прекрати*, — одёрнула себя Ольфария и решительно направилась в операционную.
Работа — вот что поможет забыть эти глупые мысли.
В операционной их ждал необычный пациент — молодой мужчина лет двадцати пяти, который выглядел… странно. Его кожа местами была покрыта чешуёй, левая рука заканчивалась когтями вместо ногтей, а из спины торчали небольшие костяные наросты.
— Проклятие судьбы, — сразу диагностировал Крид, осматривая больного. — Редкий и крайне неприятный случай. Ольфария, что вы знаете о магических проклятиях?
— Практически ничего, — честно призналась она, с интересом изучая пациента. — В моём мире их не существовало.
— Проклятия бывают разные, — начал объяснять Виктор, надевая специальные перчатки с рунами. — Бытовые — от ревнивых жён или обиженных торговцев. Боевые — военная магия. И проклятия судьбы — самые опасные.
Он активировал магические сканеры, и на экране появилось изображение энергетических потоков пациента. Вместо обычных золотистых линий тело пронизывали тёмно-фиолетовые нити.
— Видите эти тёмные потоки? — Крид указал на экран. — Проклятие судьбы медленно трансформирует человека в чудовище. Необратимо и смертельно.
— Как это произошло? — спросила Ольфария, делая записи.
— Расскажите сами, — обратился Виктор к пациенту.
— Я… я работал археологом, — хрипло произнёс молодой человек. — Исследовал древние руины на севере. Нашёл артефакт — золотую статуэтку. Подумал, что это просто ценность, взял себе…
— Классическая ошибка, — вздохнул Крид. — Никогда не берите артефакты из древних храмов без магической экспертизы. Продолжайте.
— Через неделю начались изменения, — пациент показал на чешуйчатые пятна. — Сначала думал, что кожная болезнь. Но потом появились когти, наросты… Обычные целители сказали, что ничем помочь не могут.
Крид кивнул и повернулся к Ольфарии.
— Проклятие судьбы нельзя снять обычной магией исцеления. Оно встроено в саму сущность человека на метафизическом уровне. Требуется специальная техника.
Он подошёл к шкафу с редкими реагентами и начал доставать различные компоненты — кристаллы странной формы, флаконы с переливающимися жидкостями, высушенные травы.
— Первый этап — ослабление связи проклятия с жертвой, — пояснил он, смешивая компоненты в специальной чаше. — Используем противоположную по природе магию.
Смесь засветилась ярко-белым светом. Крид нанёс её на лоб, грудь и руки пациента. Тёмные линии на экране стали чуть бледнее.
— Второй этап — разрушение магической матрицы проклятия, — Виктор поднял руки над пациентом, и они засветились сложным узором из золотистых и серебристых нитей. — Это самая опасная часть. Если ошибиться, человек может превратиться в монстра окончательно.
Ольфария наблюдала, как магия Крида буквально сражается с тёмными потоками проклятия. На экране разворачивалась настоящая битва света и тьмы.
— Концентрируйтесь на дыхании, — сказал Крид пациенту. — Представляйте себя здоровым человеком. Ваша воля поможет изгнать проклятие.
Процесс занял почти час. Виктор работал с поразительной точностью, направляя энергию в конкретные точки, разрушая магическую структуру проклятия по частям.
— Третий этап — восстановление, — наконец объявил он, когда тёмные линии полностью исчезли с экрана. — Возвращаем пациенту человеческий облик.
Золотистое свечение окутало молодого человека. Чешуя исчезала, когти превращались в обычные ногти, костяные наросты растворялись.
Через полчаса на столе лежал совершенно нормальный человек.
— Невероятно, — выдохнула Ольфария. — Вы буквально переписали его судьбу.
— Не переписал, а исправил, — поправил Крид, снимая перчатки. — Проклятие исказило его истинную природу. Я просто вернул её к первоначальному состоянию.
Пациент сел на столе, с изумлением разглядывая свои руки.
— Спасибо, мастер… я даже не знаю, как отблагодарить…
— Отблагодарите тем, что больше не будете тащить из руин всё подряд, — сухо ответил Виктор. — И предупредите коллег-археологов о том, что случилось.
Когда пациент ушёл, Ольфария задумчиво смотрела на экраны, где всё ещё отображались записи процедуры.
— Это было… — начала она.
— Рутинная работа, — прервал Крид. — Хотя и требующая определённых навыков. Через несколько лет обучения вы тоже сможете снимать подобные проклятия.
— А если бы вы не смогли его спасти?
Виктор пожал плечами.
— Тогда через месяц он окончательно превратился бы в чудовище и угрожал бы окружающим. Пришлось бы его уничтожить ради общественной безопасности.
*Снова эта холодная логика*, — подумала Ольфария. Но на этот раз она показалась ей не такой пугающей. Крид действительно спас человека от страшной участи.
*Может быть, в этом и есть его истинная природа?* — размышляла она. *Спасать тех, кого можно спасти, и избавляться от тех, кто угрожает другим.*
Жестоко, но… рационально.
— А теперь пора познакомить вас с основами алхимии, — сказал Крид, когда операция завершилась. — Магическое исцеление — это хорошо, но иногда требуются более тонкие инструменты.
Он провёл её к знакомой двери в дальнем углу клиники и приложил ладонь к магической пластине. Лестница, ведущая в подземную лабораторию, была освещена мягким голубоватым светом кристаллов.
— Сегодня изучим самые необходимые зелья, — объяснил Виктор, пока они спускались. — Те, без которых не обходится ни один уважающий себя целитель.
В лаборатории царила привычная атмосфера сосредоточенной работы. Крид провёл Ольфарию к одному из рабочих столов, где были аккуратно разложены реагенты, колбы и алхимические приборы.
— Алхимия — это магия, овеществлённая в материи, — начал он, доставая несколько небольших флаконов. — Мы берём магические свойства различных компонентов и объединяем их в стабильную форму.
Первый флакон содержал серебристый порошок, который слабо светился.
