— Я тоже долго думала почему эта информация затерялась. Но факт оставался фактом. Про это место просто забыли. Может, посчитали информацию неважной. Может, записи потерялись. Может, намеренно скрыли.
Она сделала паузу.
— Или, — добавила она тише, — это было построено так давно, что даже сам клан об этом не знал. Теми, кто пришёл ДО современных Рихтеров.
Дед медленно кивнул:
— Патриархи.
— Именно, — Регина улыбнулась. — Самые первые. Они пришли в этот мир, построили эту башню, оставили свои секреты… А потом что? Информация не передалась. Забылась. Теперь я тоже думаю, что скорее всего дело в этом.
Я хмыкнул.
— И ты конечно же решила оставить эту информацию при себе, — сказал я. — Ждала подходящего момента.
— Конечно, — Регина кивнула. — Пока ты был жив я не могла туда попасть, не рискуя попасться. В какой-то момент я немного расшифровала заклинание и поняла, что здесь нужна кровь Рихтера, но не любого, а мага вне категорий. Только сильная кровь открывала дорогу. Но после резни…
— После ты нашла подходящую жертву, — закончил я за неё.
Регина кивнула.
— К счастью, ты, Макс, был не единственным Рихтером вне категорий. И после победы в войне, я заполучила себе другую подходящую куколку и использовала его кровь.
Я чувствовал, как внутри поднимается холодная ярость. Но не показал этого. Вместо этого спокойно спросил:
— Как его звали?
Регина удивлённо посмотрела на меня:
— Что?
— Его имя. Тот человек, которого ты использовала.
Она молчала несколько секунд невинно хлопая ресницами. Потом пожала плечами:
— Я у него не спрашивала. Какая разница?
Типичная Регина. Я даже не стал пытаться что-то уточнить. Очевидно, она и впрямь не удосужилась поинтересоваться.
В любом случае, пора было снять иллюзию.
Я направился к воде. Активировал теневой кинжал и порезал ладонь.
Дед и Октавия встали позади меня. Регина осталась чуть поодаль.
Я протянул окровавленную ладонь к острову. Вода, в которую капнула кровь словно вспыхнула.
Тысячи рун загорелись по всей поверхности скалы. Они растекались, пульсировали, светились.
Октавия ахнула. Дед замер.
А Регина довольно оскалилась.
Воздух задрожал, и иллюзия начала рассеиваться.
Скала менялась на наших глазах.
Грубый камень превращался в обработанную поверхность. Чёрный камень с серебряными прожилками. Выступы складывались в колонны, арки, окна.
Перед нами была башня, да не просто башня, а скорее древняя обсерватория.
Высокая, стройная, устремлённая в небо. Стены покрыты рунами. На вершине купол из полупрозрачного материала.
— Вот это да, — прошептала Октавия.
Дед молча рассматривал башню. Даже лич был впечатлён.
— Красиво, правда? — Регина прошлась вдоль берега. — Когда я впервые увидела это, то хотела здесь поселиться. Но потратила десятилетия на поиски способа войти.
Она обернулась:
— Но не смогла. Даже с кровью марионетки.
— Но что-то ты всё-таки нашла, — предположил я.
Регина кивнула и повела нас вдоль берега. Мы обогнули часть озера, и она остановилась у одного места.
— Здесь. Видите трещину?
Я присмотрелся. Действительно, в основании башни был небольшой разлом.
— Землетрясение, — пояснила Регина. — Примерно через пять лет после того, как ты уснул здесь появилась трещина. Я её… расширила. Очень осторожно, у меня на это ушли годы.
Она провела рукой по разлому:
— Через него я попала внутрь. И то, что я там нашла… — в её глазах мелькнула алчность, — стоило каждой потраченной минуты.
— Что именно? — спросила Октавия.
— Сокровищницу, артефакты, книги, записи, знания.
Регина посмотрела на меня:
— Я унесла каждую вещь, которую смогла найти.
— Но не всё, — заметил я.
— Нет, — согласилась она. — Самое ценное было недоступно даже мне.
Мы обогнули башню с другой стороны. И я увидел главные двери.
Массивные, покрытые рунами. И перед ними…
Обугленные кости. Человеческие. Раскиданные, словно тело разорвало изнутри.
— Он пытался войти? — спросил я тихо.
Регина кивнула:
— Да. Защита распознала подмену и уничтожила его. Мгновенно.
Я подошёл ближе, опустился на колени рядом с костями.
Это был Рихтер. Кто-то из моих старых соратников
И он погиб здесь
— Дед, — позвал я.
Карл подошёл. Понял без слов.
Вместе мы собрали кости магией. Я создал небольшую теневую урну и аккуратно поместил их туда.
— Он был Рихтером, — сказал я, глядя на урну. — И заслуживает похорон. Настоящих.
Регина молча наблюдала.
Я встал, держа урну, и повернулся к дверям.
— Ну что ж, — сказал я. — Посмотрим, что охраняли мои предки.
Положил свободную руку на холодный металл дверей.
Произнёс заклинание, те самые символы, которые видел неподалёку
Руны вспыхнули ярче, чем раньше, а затем будто бы побежали по дверям, сплетаясь в узоры.
Я чувствовал, как магия считывает меня. Кровь, волю, сущность.
Проверяет, решает достоин ли я войти. Но я не чувствовал опасности. Было что-то в этой магии, что я сразу понял, что меня она пустит.
Может быть, потому что я был лидером Рихтеров, прямым наследником Патриарха по крови.
И его магия узнавала меня и даже словно звала меня к себе.
Но несколько секунд ничего особенного не происходило.
А затем двери дрогнули.
И медленно, с тихим скрежетом, начали открываться.
За ними была тьма. И лестница, ведущая вверх.
Глава 2
Лестница вела вверх, виток за витком, и с каждым шагом я чувствовал, как древняя магия становится плотнее.
Словно воздух здесь был пропитан силой настолько старинной, что она успела стать частью самого камня.
— Как высоко мы поднялись? — спросила Октавия, держась за мою руку.
Её дыхание участилось от волнения. Не удивительно, ведь мою ведьмочку всегда привлекали тайны прошлого. И сейчас мы должны были раскрыть ещё одну.
— Почти пришли, — ответил я, поглядывая на стены.
Руны, покрывавшие их, постепенно менялись. Внизу они казались совсем простыми, по сравнению с тем, что мы видели здесь. Нам встречались целые предложения на сложном и запутанном языке, который я едва узнавал.
— Это некромантия, — приговаривал дед Карл, замедляя шаг возле большинства из надписей. — Но такая древняя, что я не могу прочитать и половины символов.
— Мне тоже не всё понятно, — признал я.
Регина, шедшая последней, хихикнула:
— Как трогательно. Рихтеры не могут прочитать собственное наследие.
— Ты можешь? — спросил я, не оборачиваясь.
— Нет, — сразу призналась она. — Но это и не МОЁ наследие..
Мы продолжили подъём.
Наконец лестница закончилась. Перед нами была последняя дверь. Я толкнул её.
И мы вошли в башню обсерватории.
Помещение было круглым, с высоким куполом. Стены из того же чёрного камень с серебряными прожилками, что и снаружи. Но здесь он был отполирован до зеркального блеска.
— Ого, — выдохнула Октавия, подняв голову вверх.
И было чему удивиться. Купол выглядел прозрачным, но даже не стеклянным, а таким словно он вообще отсутствовал. Казалось, что мы стоим под открытым, усыпанным звёздами, небом.
Хотя снаружи стоял день.
— Иллюзия? — спросил дед, прищурившись.
— Нет, — Регина подошла ближе, задрав голову. — Не иллюзия. Это… окно. В другое пространство.
Я присмотрелся. Она была права. Звёзды не мерцали случайно, в их расположении был свой порядок. Они словно складывались в некий узор.
В центре помещения стоял постамент. На нём находилась странная конструкция, похожая одновременно на телескоп и на астролябию. Металл, кристаллы, руны.
— Портал, — догадался я. — Это, должно быть, портал.
— В мир патриархов, — тихо согласился дед.
Я подошёл ближе. Устройство было холодным на ощупь, но когда я коснулся его рукой, руны вспыхнули.
