Кровь Архов. Трилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

– У него аура другой стала.

Тот стоял в трёх метрах, в принципе в дальности работы магического зрения. Например, у меня не более трёх с половиной метров, средний результат, видимо у того также. А вот по словам я понял, что вокруг ученики‑одарённые, сам пока не имею доступа к Дару, инициацию нужно провести, и что я понимаю говорившего. Для начала этого языка у меня в памяти нет. Он на ауре сохранён. А раз я понимаю, да и сам могу говорить, значит доступ к знаниям на ауре имею, сохранились после перерождения. Отлично. Ну а язык мне знаком, поэтому осматриваясь, кивнул сам себе:

– Хлоя.

– Убийца!!! – раздался чей‑то визг и я понял, что у меня проблемы. Вырубило быстро, я же не инициирован, защиты не имею, магией ударили. И ещё, в этом мире священники Единого магов в рабах, на Острове Магов, не держат. Тут по‑другому история идёт, и маги влились в социум.

Глава 19

В камере я сидел уже двое суток, пока ожидая что там решат по мне. Где я, и что происходит, без понятия. Ну насчёт что происходит, некоторая информация есть. Я прибил сына какой‑то шишки, советник короля, а эта шишка требовала моей крови. И да, происшествие происходило на территории Магической Академии. Впрочем, я всё равно уверен, что сделал правильно, пока сижу в камере, кстати, не одноместный люкс, тут сорок живчиков, и один из них с территории Академии. Правда это писарь оказался. На взятке поймали, пока следствие идёт, но многое описал. Барон этот, коему я шейку‑то свернул, ещё та личность, успел убить во время дуэлей, как они обычный мордобой называли, двух учеников Академии. С учётом, что тот аристократ, а те ученики были простолюдинами, учились за государственный кошт, то все дела замяли. И да, я попал в тело простолюдина, также учился за государственный счёт, причём на бытовика. Точнее не я, бывший хозяин тела, что имел Дар в шестом ранге. А барон чистый боевик, Дар аж третьего ранге. Силач. Да и любил погнобить простолюдинов, ходили слухи что и изнасилование учениц было. А тут докопался ещё до одного, Эрика Гросса, просто подстерегли на аллее в парке с дружками и научили толкать друг на друг, а тот ученик первого курса, общеобразовательный, что он знал? Ну и вмазал Эрик по роже барону. Уже толпа собралась, подсуживали, ну а дальше вшестером отработали, барон честно, один на один драться не пожелал. В общем, забили парня. Как увидели, что аура начала гаснуть, один из зрителей мощным целительским амулетом, личным, и убрал всё, хорошо заживил тело, но аура уже улетела. А там и я тело занял, а аура‑то другая, что ученики сразу обнаружили. Конечно они бы не помнили, как она выглядит, если бы до этого не наблюдала как та тело покидает. Вот такие дела.

Пока мне предъявлено обвинение в убийстве аристократа. То, что в теле чужак, тоже догадывались, но вопросы не задавали. Чёрт, да как меня в камеру закинули, так два дня уже тут, никто особо и не интересовался. И по обвинению узнал из слухов от новичков. Очнулся тут в камере, и со мной следователи не общались. Всё решалось там, снаружи. Я так понял, допросов и не будет. Писарь, узнав суть дела, про перерождение я понятно не говорил, амнезия строил, сочувственно покивал. Могут и казнить. Да что могут, точно казнят, ещё и публично. Я также вопросы задавал. Нет, это не тот самый мир что я ранее освобождал, дав магам свободу. Да и маги там с Хлои на другую планету перебрались. Это совсем другой мир. Тут тоже война с Единым была, последователей бога загнали в подполье, так что те терактами живут, и бога своего славят, а маги их ищут и давят. В общем, идёт тихая война, но именно маги на коне, а не священники. И религия Единого на планете запрещена, причём по всей планете. Вот как‑то так. Я мог бы провести придельную инициацию. Но пыхнет так, что в камере только пепел останется. Оно мне надо так поступать? Мне вода нужна, для инициации. Пока ждём. Также вспоминал последние годы жизни в прошлом теле. Жил как хотел, то в одном государстве, то в другом. Часто менял внешность, ДНК, документы, мне лично такая жизнь нравилась. Да уж, сам Париж сожгли, как же я достал правителей разных государств что целый город не пожалели, чтобы меня достать. Ну да, когда на территории бывших САШ дрался, я там миллионную армию истребил, в других случаях целые армии уничтожал, но в КАШ была самой крупной. После мне миллионные не попадались. Да и я затих, но искали, мага искали, и серьёзно так.

Вот так и ожидал что дальше будет, интересно же. Я не переживал, если что не так, на следующее перерождение уйду. Жаль хранилище вне доступа до пробуждения Дара, есть такая особенность, нужно добраться до Дара, аура заполнится маной и я получу доступ к хранилищу. Сейчас пока это невозможно. Главное у меня есть собеседник, я так в форме студента Магической Академии, уже пованивающей, пока сижу в камере, и общался с писарем. Находимся мы в королевстве Толония, находится оно в горах. Вообще да, я когда очнулся и встал на ноги в новом теле, в основном вокруг были ухоженные деревья и парковая дорожка, фонари по краям, но две белые от снега верхушки гор, рассмотрел. И кажется в стороне за деревьями корпус здания, скорее всего учебный, или общежитие. Не знаю как там жили. Вот так и узнавал новости. Находимся мы в столице королевства. Территории Академии ранее занимали окарину, но город за двести лет разросся и по сути уже теперь тут центр был. Находимся мы в камерах при следственном изоляторе Тайной Канцелярии. Убийство аристократа, зачинщик тот или нет, всегда они расследуют. Тот же писарь сюда попал тоже по заявлению от аристократа, поэтому тут и находится, а не в камерах у Главного управления стражи. Вот так выяснял многое, пока общался с этим типом. За два дня очень немало даже узнал. Потом третий день наступил, четвёртый. Неделя прошла. Хочу заметить, что тут нет бесплатной кормёжки. Хочешь есть, добывай. Например, многих узников кормили родные. Приносили, и охрана передавал в камеру, по номеру заключённого, и тот получал харчи. А так как кормить меня некому, я даже не в курсе есть ли у Эрика семья, то пришлось побираться, так что добрые люди, не все такие, понемногу давали, вот так неделю и протянул. На шестой день писаря забрали, похоже с ним всё, на суд. Тот каторги боялся, не хотел на каменоломни, но наделся приговор будет мягче. Про себя тот явно врал, не во взятке дело было, что‑то другое.

Именно на седьмой день за мной пришли. Два стражника, вызвали с вещами, на шею ошейник блокирующий магию, я же числюсь одарённым, руки связали сзади, как всё знакомо, и повели на выход. Там в карету с решётками на окнах, ну и в суд. Упс. Ошибся, на площадь с виселицей.

– Эй, а где суд?! – возмутился я, когда меня повели к виселице.

– А суд уже был, – засмеялся один из конвоиров. – На что ты наделся, убивая аристо?

– Кровь у всех красная. Разный не увидел. И вообще, Единого на вас нет.

Последнее сказал от души. Попаду ещё раз на Хлою, но где снова священники давят магов, фиг я им помогать буду. Сами, всё сами. Я и пальцем не пошевелю. Вот и дал себе такой зарок. Вообще охамели. На рывок я не собирался пока идти, слишком плотно тут охраны, да зеваки в толпе, кольцом вокруг виселицы собрались. На балконах домов вокруг, жилых и служебных зданий, тоже полно разного люда, но уже не простого, дворяне и знать. Хлеба и зрелищ, да? Ну‑ну. Я не собирался становиться этим самым зрелищем. Если ранее я ещё сомневался, какие‑то лоскуты человеколюбия остались, но они испарились. Все жадно на меня глазели, на того, кто убил аристо. Ждут зрелища, как вздёргивать будут. А вот фигу им. Впрочем, я поднялся на помост, и там палач подвёл к виселице. И… сняли ошейник, что блокирует Дар. А он мешал накинуть петлю. Хотя тут те правы. Ошейник опустошает источник и по их мнению я пуст, значит, не опасен пока. Дальше зачитали мои прегрешения, накинув петлю. Я сделал шаг в сторону, тут мощный брус, что поднимался вверх, а к нему крепилась перекладина, на которой уже верёвка висела. Удар щиколоткой, нижней частью малой берцовой, у голени. Вступающая часть кости. По ней удар и пришёлся. Да болезненный такой. Аж слёзы брызнули, ещё удар, но пыха пока нет, и третий, со всей силы, аж звёздочки в глазах забегали, я чуть не взвыл, только крепче челюсти сжал. Однако пых превзошёл, подо мной растворился помост, верёвка в пепел, я упал на землю, да ещё обнажённый, одежда сползала клочьями. Верёвка, коей руки связаны тоже, а я немедля рванул прочь. Дело в том, что пых вышел небольшой, не все пострадали, хотя так‑то их хватало, стаяли крики и вой, просто тут дело не только во мне, у многих была личная защита, а она легко такой пых гасит, она и погасила. Так что особо никто не пострадал, кроме вещей и несколько десятков тех, что ходили без защиты. У некоторых кожа сползала.