Кровь Архов. Трилогия (СИ) - Поселягин Владимир Геннадьевич

Да, меня перевели в Севастополь, тендер принял другой офицер. Хорошо с вещами был, возвращаться не надо. И вот наконец вывел корабль, в одиночное плаванье. Я сообщил адмиралу что вижу хорошо, а расстреливать издали вражеские суда, не подходя близко, прячась в темноте, мне не сложно, серьёзно сокращу так его тоннаж. В общем, оба рисковали. Ну а дальше мы работали. Да так, что это уже по сути бойня была. Мощные ядра проламывали толстые борта линейных кораблей. Пыхали стопушечные корабли, фрегаты, даже пароходофрегаты. Только за первый рейд, мы отправили на дно тридцать семь боевых кораблей, где всего один был османским, и двадцать два транспортных, расстреляли крепость в проливах, мощные снаряды разносили стены, там часть стен рухнули, пожары были, потери несли серьёзные. Однако закончились ядра, и порох, потому и вернулись, приведя пять призов, два английских пароходофрегата и три транспортных судна с важными грузами. Отсутствовали шесть дней.

А встречали нас серьёзно. Мы ведь не столько били, но и доказательства собирали, двадцать пленных. Все офицеры, поднятые с воды, среди них один французский адмирал. Они и описывали что было. И я получил, не лейтенанта, а чин капитан‑лейтенанта, на ступень перескочили, орден «Святого Георгия» третьей степени, с мечами. Правда, если звание вскоре получил, там быстро решили, то орден через два месяца. Когда я ещё два рейда совершил, ночами уничтожая противника. Расстреливая даже тех, что прятались в порту. Пожары такие, светло как днём было. Расстрелял крепости у проливов, причём делал это не раз. Усиленные магией снаряды, ну или ядра, наносили просто сокрушающее повреждения. На тот момент я уже командовал отрядом из трёх пароходофрегатов. В одну из ничей мы даже тихо прошли проливами и начали топить османские суда и их союзников в Мраморном море. Расстреливая порты. Пожаров было множество. А потом уже в Средиземное и опустошили побережье Французской республики и Сардинского королевства. Пожары в Марселе и Ницце не стихали несколько дней. Нам везло брать караваны, пополняли запасы угля, пороха и ядер, да продовольствия с водой. Потом прорвались обратно, но состав кораблей у меня увечился на два пароходофрегата. Пришлось тасовать команды трёх, но зато группировка мощной вышла. У французов добыли эти оба корабля, довольно мощные. Неплохие. Я быстро рос в званиях, хотя шучу, войну закончил капитаном второго ранга, командиром дивизиона пароходофрегатов из шести вымпелов. Сам уже кораблём не командовал, но флагман у меня «Счастливый».

Да противник даже высадку в Крыму не предпринял, они такие потери понесли в кораблях, что обеспечить это в безопасно, стало невозможно. А я ещё пустил два транспортных каравана на дно, три французских и одна английская пехотные дивизии рыб кормят. Не зря Нахимов ставку на меня сделал. Черноморский флот уверено действовал по всему морю, зачастую просто блокируя многие порты, доставляя припасы и поддержку на кавказский театр военных действий. Вот честно, я бы ещё повоевал, но осенью пятьдесят четвёртого, было подписано перемирие, англы и французы выходили из войны. Потери те серьёзные понесли, что есть, то есть. Самое главное, я получил такое удовольствие воюя против них, что просто не передать. Не зря готовился всё это время. И никакого привкуса досады не имел, что разницы велика. У меня усиленный магией корабль, снаряды доработаны, ночью использую. По сути я устраивал бойню противнику. По мне так полностью заслужили. Меня вывели в запас по ранению, локоть перестал гнуться, случайная пуля, война уже закончилась. Я сам это всё обеспечил. После лечения, и выхода в отставку как герой Крымской войны, вернулся в столицу где и проживал. Графиня со мной вела себя уже по‑другому, привечала с теплотой, часто на её балах бывал. Там та меня и познакомила с девушкой из хорошей семьи дворян, и она мне действительно понравилась. Через год сыграли свадьбу. К тому моменту я приобрёл два хороших поместья в Подмосковье, рядом, объединив их, хорошо развернул животноводство. Например, помните купил хутор у Питера, где казаки тренировались? Так вот, сейчас там большая пасека, семью выкупил, договорившись, пять лет отработают и получают свободу, вольную. Также набрал работников и в болотах начали добывать торф. Два десятка телег на торфоразработки и работали даже зимой, торф в столице скупали весь, да ещё просили. Доход хороший. Правда, больше ничего не покупал.

Два дома имею, в Питере и Москве, торфоразработки, пасеку и вот два поместья. Вполне завидный жених, да ещё герой войны со множеством наград. От императора получил титул барона. Это за прорыв в Средиземное море и опустошение берегов Франции и Сардинского королевства, что много шума наделало. Так что пользовался заслуженной славой. Ну а вокруг меня крутились подозрительные люди. Я и днём вёл огонь по английским или французским кораблям, а их командование заинтересовало, как это с запредельной дистанции наносить точные повреждения, без промахов, а у меня ядра с самонаведением, да ещё такие разрушения, вот шпионы и крутились. Впрочем, мои големы их быстро закапывали, но те не переводились. Тут ещё и власти РИ мной интересоваться начали. В основном подкупленные нашими заклятыми врагами. В шестьдесят первом, будучи отцом двух детей, я всё оставил своей вдове и детям. Жену я не особо любил, милая девушка, хорошая жена, уважал да, но не любил. Теперь та сама себе хозяйка, богатая вдова, как я красиво изобразил свою гибель. Да одного прощелыгу‑шпиона лекарским амулетом превратил в свою копию. Изобразил нападение бомбистов, его и похоронили. Красиво получилось, даже сам слезу пустил, присутствуя в толпе, что провожала меня прошлого в последний путь. А сам перебрался в САШ. Воевал на стороне конфедерации, три года воевал, пока Конфедерация не победила. Да северяне такие потери понесли, а я занял место одного из генералов конфедерации, тот в хранилище, управляя войсками так мастерски, что бил северян везде.

Сколько те покушений пытались провести, не передать, в моей охране больше сотни стрелков было, но победа за нами, САШ стали полностью Конфедерацией. КАШ. Тут я тоже изобразил ранение головы, как достал настоящего генерала, которому диагностировали амнезию. Но он стал героем. А я, под видом молодого паренька, начал жить во времена ковбоев. Я упивался своей свободной жизнью, месяцами жил на природе, такие красивые места. С индейцами вполне мирно общался. Хотя не всегда, совсем не всегда. Сам не раз уничтожал тех, что пытались их убить. А искать меня начали, когда я не дал совершится развалу РИ, уничтожающая заговорщиков, не было Гражданской, Революции, вот тогда мной и заинтересовались. Там я выступал великим князем, заняв место одного из них. Просто убрав в аурное хранилище, изменив облик под него, и дальше серьёзно помогал Николаю строить империю. Да, Николай Первый прожил до семидесятых, ещё в шестьдесят пятом передав государство своему сыну Александру. А я в пятьдесят пятом проник во дворец и его награды, Николая, превратил в амулеты. Лекарский, чтобы того даже отравить нельзя было, и лечил, потом защиты. Два покушения выдержали. Кстати, делал немало чтобы Николай Александрович не стал императором, но история не знает отклонений, тот всё равно им стал. Ладно в супруги другую взял, дети не больны. Я разозлился на попытки меня ликвидировать и косой смерти прошёлся по банкирским семьям. Те же Ротшильды и Рокфеллеры так совсем перестали существовать. Виндзоры и Морганы были серьёзно прорежены, по сути одни дети остались, ещё шесть семей банкиров. И вот тут пошла охота, что длилась сто лет. Я даже с армиями воевал, часть континента КША были уничтожены, ушли под воду. А подловили меня в конце тридцатых двухтысячных годов. Засветился, и начали гонять, уйти не смог. Те боялись, что снова скроюсь, уже известно, что я маг, и начали бить ядерными зарядами. Да и Париж им было не жаль, арабское гетто.

Вот так я и получил столько ностальгии, что хоть попой ешь. В смысле, больше эта ностальгия меня не теребит. Вообще она была о двухтысячных, так я терпеливо жил до этого времени и дожил. Вот только так растоптал эту чёртову бабочку, что так и не дождался рождения Толи Полякова, я для него Камень Архов приготовил. Да что он, даже отца его не было. История так изменилась, что всё перемешалось, и просто пошла по другому пути. Впрочем, я не жалею. На момент моей гибели Российская Империя всё ещё существовала. А Британия нет. Там королевство Ирландия теперь располагается. Ну да, тоже моя рука поработала. И Франция распалась на три независимых государства. Как видите, а неплохо я так пожил, а? Вот лежу на спине, шум вокруг похожий на крики. Голубое небо с двумя мелкими облачками. Тут на виду показался парнишка. Ну лет пятнадцати от силы, лицо полное торжества, злой взгляд, искривлённые губы, тут занёс кулак выше плеча, и с разворотом, чтобы усилить удар, пытался меня ударить. Бить лежачего?! Отреагировал я мгновенно. Ногами подсёк ноги того, сделал «ножницы». И пока тот заваливался, я вскочил на ноги, тело на удивление легко подчинялось, и осматриваясь, наклонившись к парню, одним движением свернул тому шею. А я только из боя, воевал с полицейским спецназом, что не вовремя так притормозил. А вокруг стояли парни и девушки, в однотипной одежде с гербами у сердца на рубахах и камзолах. Похоже какое‑то учебное заведение с одним типом одежды. Правда у девушек юбки до земли. Любопытно. Вот так я стоял над поверженным противником, морщась потирая ребра с правой стороны, как бы не сломаны, когда один из парней вдруг сказал: