Пирамидка не просто усиливала теневой шаг. Она служила маяком. Точкой выхода из теневого пространства.
А теневое пространство…
Воспоминание вспыхнуло в памяти с кристальной ясностью. Портал в умерший мир. Путешествие между мирами, которое совершили Патриархи тысячу лет назад. Огромные межмировые врата, через которые целый клан перешёл из одной реальности в другую.
Тени.
Теневой шаг.
Межмировые порталы.
Всё это — одно и то же. Разные проявления единой портальной магии Рихтеров.
Когда я использовал теневой шаг, я не просто мгновенно перемещался из точки А в точку Б. Я входил в особое пространство, некий коридор между тенями, а затем выходил из него в другом месте. Но делал это так быстро, что даже не осознавал процесс.
Ограничение было простым: я должен был видеть точку выхода. Иначе мог заблудиться в тенях и не найти дорогу обратно.
Пирамидка решала эту проблему. Она служила ярким маяком в теневом пространстве, позволяя мне безопасно выйти на огромном расстоянии, даже если я никогда не был в той точке.
Логическая цепочка выстроилась сама собой.
Межмировые порталы Патриархов были гигантскими версиями этой же магии.
Пирамидки — уменьшенная, портативная версия.
А что если…
Что если существовали промежуточные варианты? Большие пирамиды. Усилители. Ретрансляторы всей сети.
И теперь я понимал, что на правильном пути. Пирамидка в моей руке словно отправляла запрос куда-то в пространство, находила этот ретранслятор, но по какой-то причине получала от него отказ.
Но главное, я чувствовал, что он существует.
И тут меня озарило.
Пирамида Регины!
Огромное древнее сооружение в пустыне, в котором когда-то жили звероголовые, а потом поселилась Великая Княгиня Сципион. Но что, если вовсе не народ Кемети её построил?
Всё сходилось. Форма. Расположение в пустыне, вдали от посторонних глаз. Сама архитектура, которая теперь, после посещения мира патриархов, казалась мне подозрительно знакомой.
Если я прав, то у меня в руках не просто древние артефакты для быстрого перемещения.
Это нечто гораздо большее.
И я тут же вызвал своих главных консультантов по артефакторике.
Регина явилась первой, что было не слишком удивительно. Ревенанты не нуждались во сне, а работала бывшая Великая Княгиня практически круглосуточно.
Отчасти потому что у неё не было выбора, отчасти потому что даже смерть не смогла убить в ней одержимость артефакторикой.
Она вошла в кабинет, как всегда, с недовольным видом.
— Надеюсь, это действительно срочно, — произнесла она вместо приветствия. — Я была на середине очень деликатной операции с кристаллической матрицей.
— Достаточно срочно, — ответил я, жестом указывая на кресло напротив. — Присаживайся. У меня к тебе вопрос.
Регина опустилась в кресло с той изысканной грацией, что была присуща ей при жизни. Смерть и превращение в ревенанта не убили её манеры. Правда, теперь она ещё больше походила на идеальную куклу. Никаких лишних движений, мелких несовершенств и полное отсутствие дыхания, которое она не считала нужным симулировать без дополнительного приказа.
— Слушаю, — произнесла она, плавно положив руки на подлокотники кресла.
— Знаешь ли ты, кто построил пирамиду, в которой ты жила?
Регина на мгновение застыла, потом нахмурилась:
— Какой странный вопрос. Звероголовые, естественно. Кемети жили там задолго до того, как я пришла в пустыню.
— Уверена?
Её глаза сузились. Регина не любила, когда ставили под сомнение её знания.
— Разумеется, уверена. Звероголовые жили в тех землях веками. Я тщательно изучила их историю, прежде чем… — она запнулась на долю секунды, — прежде чем установить с ними сотрудничество.
Какое деликатное определение для порабощения целого народа.
— Хорошо, — я откинулся на спинку кресла. — Тогда другой вопрос. А при тебе они что-то подобное строили?
На этот раз пауза затянулась дольше. Регина смотрела на меня, и я видел, как в её мёртвых глазах загораются искорки понимания.
— Нет, — медленно произнесла она. — Они вообще жили в подземных городах, а не в пирамидах. Когда я пришла, они уже обитали в той самой пирамиде. Я просто… приняла как данность, что они её построили раньше.
Она выпрямилась в кресле, напряжение было видно в каждой линии её тела.
— Только не говори, — её голос стал ниже, опаснее, — что и здесь Рихтеры постарались.
Я усмехнулся:
— Кто знает…
— Макс, — Регина подалась вперёд, и в её голосе впервые за долгое время прозвучали настоящие эмоции, досада, раздражение, профессиональная обида. — Если ты хочешь сказать мне, что я столетиями сидела в артефакте Рихтеров и даже не догадывалась…
Она не договорила, потому что дверь кабинета открылась, впуская Октавию и деда Карла.
Ведьмочка выглядела бодрой и любопытной, несмотря на поздний час. Волосы слегка растрепаны, словно она только что сорвалась с какого-то эксперимента. Зная Октавию, так оно и было.
Дед, напротив, был невозмутим, как всегда. Лич не нуждался во сне, эмоции ему были недоступны, но лёгкая заинтригованность читалась в том, как он окинул взглядом собравшихся.
— Полагаю, это не просто семейные посиделки, — произнёс он, направляясь к свободному креслу.
— Вряд ли, — Октавия устроилась рядом, её глаза блестели от любопытства. — Макс, ты нашёл что-то про пирамидки?
Проницательная, как всегда.
— Можно сказать и так, — я взял артефакт со стола и поднял его, чтобы все видели. — Я понял, что они из себя представляют. И как работают.
Регина выпрямилась ещё больше, если это вообще было возможно.
— Объясняй, — поторопила она.
Я не стал тянуть…
— Теневой шаг — это не отдельная способность некромантов Рихтеров. Это портальная магия. Упрощённая, интуитивная версия тех самых межмировых порталов, что использовали Патриархи тысячу лет назад.
Дед наклонил голову набок, изучающе. Октавия ахнула, Регина замерла.
Я продолжил объяснять то, что только что понял сам, а когда закончил, Регина сразу же заговорила. Заинтригованная нашим разговором в начале, она явно не могла дождаться, когда я перейду к главному блюду.
— Но ты не стал бы собирать нас всех просто чтобы объяснить принцип работы артефактов.
Я улыбнулся:
— Верно. Потому что малые пирамидки — это только часть системы. Они работают лучше всего, когда есть центральный узел. Большой усилитель, который координирует всю сеть.
— Большая пирамида, — выдохнула Октавия.
— Та самая пирамида, в которой ты жила, Регина, — я посмотрел на ревенанта. — Я думаю, её построили Рихтеры. Задолго до звероголовых.
Тишина повисла в воздухе.
Потом Регина резко встала, её мёртвое лицо исказилось от эмоций, которые она всё ещё умудрялась испытывать.
— Нет. Я знала, что ты это сейчас скажешь. Но нет! Нет! И ещё раз нет! Ты. Не. Можешь. Быть. Серьёзен.
Она словно закипала с каждым словом.
— Я искала секрет этих пирамидок СОТНИ лет! СОТНИ! — теперь она практически кричала. — Я разобрала и уничтожила больше десятка артефактов, пытаясь понять, как они работают! Я потратила десятилетия на эксперименты!
Она схватилась за спинку кресла, будто ей нужна была опора.
— А оказывается, я БУКВАЛЬНО НА НЁМ СИДЕЛА⁈ Ответ был прямо подо мной? Всё это время⁈
Октавия явно пыталась не рассмеяться. Дед наблюдал за вспышкой ярости у Регины с тем невозмутимым видом, что был у него всегда, но он явно был доволен зрелищем.
— Если тебя это утешит, — заметил я, — пока у меня нет доказательств. Это предположение ещё стоит проверить.
— Это меня не утешает! — рявкнула Регина. — Нисколько! Зная твою чёртову удачу, так всё и будет!
Она опустилась обратно в кресло, явно пытаясь взять себя в руки. Её профессиональная гордость получила серьёзный удар, и даже превращение в ревенанта не убило в ней способность остро это переживать.
— Ладно, — наконец произнесла она более спокойным тоном. — Предположим, ты прав. Предположим, пирамида действительно была построена Рихтерами как часть этой… сети. Что дальше?
