— Ваше высочество, прошу через двадцать минут быть у меня. Я вызвал польского посла. Его величество просил «выбить пыль», «высказать презрение», но не нарушая протокол. Это все пойдет для прессы.
— Понял. Готовлю справку по истории Польши того мира.
— Спасибо, Николай Аристархович. Простите, вынужден отключиться, мне еще передавать инструкции господину Панову в Варшаву.
Четверть часа, это очень много, когда знаешь, что делать. А ведь именно для этого Николая и готовили. Хуже того, венценосный родственник именно этому пылкому побегу боковой линии дома Романовых готовил судьбу полновластного императора Николая Третьего.
«В том сумасшедшем больном мире наш славный предок стал не Великим, а Последним. Ты ему уступаешь по всем статьям, но для того мира ты хорош. Если даже Регент показал себя сильным правителем, то уж тебе грех дать слабину. Справишься.» — этими словами император Владимир хотел ободрить младшего кузена после того как обрисовал планы на открытие профессора Чернова.
Сам Николай предпочел промолчать, лихорадочно осмысливая свалившиеся на него новости из разряда «совершенно секретно». Тем самым молодой князь заработал очки в глазах императора. Тот не любил поспешных выводов и пространные уверения в грядущем успехе.
Николай успел. Поднялся в переговорную пока посла мариновали в приемной. Что ж, особого удовольствия в мероприятии князь не нашел. Разумеется, с милейшим Виктором Геннадьевичем сработали как по нотам, кулуарно выражаясь, с особым цинизмом вытерли о посла ноги. Ноту составлял сам господин Кривошеев, при этом особым политесом себя не утруждал. Если кратко, Российская Империя обвинила Польскую Республику в покрывательстве пиратов и потребовала выдачи на суд всех причастных к нападению на коммерческое судно в нейтральных водах. Польше давались пять суток на исполнение требований.
Стоит добавить, в это же самое время в Варшаве все повторилось один к одному, только в исполнении других людей. Господин Панов с брезгливым видом принял ноту, демонстративно сложил в четверть и положил в карман.
— Господин Сикорский, я понимаю, вы не сами от себя сочинили этот фельетон. Но не стоило ради него прерывать мой обед. В Санкт-Петербурге — посол кашлянул. — Санкт-Петербург может отнестись к этому инциденту добродушно, если ваше правительство примет меры и воздаст по заслугам заигравшемуся во флибустьеров командиру сторожевика.
— Господин Панов, ваше имперское чванство будет иметь далеко идущие последствия. Не забывайте, вы бросаете вызов всему цивилизованному человечеству, силам единой Европы.
Министр Радослав Сикорский уже вознамерился выдать обличительную речь, как его прервали аплодисментами. Русский посол со снисходительным видом хлопал в ладоши.
— Простите за нарушение протокола, но это все слишком скучно. Тем более Россия уже объединяла Европу в последней Мировой Войне, и это была настоящая цивилизованная Европа, а не содомский бордель с кафрами к западу от ваших границ. Господин министр, если у вас больше нет вопросов, разрешите откланяться.
Господин Панов совсем недавно возглавил дипломатическую миссию. Раньше с поляками не работал, служил в Маньчжурском государстве. При всем этом особого желания задерживаться в Польше у него ни разу не возникало. Александр Викторович до сих пор с ностальгией вспоминал современный и совершенно русский Харбин. Если вдруг завтра объявят персоной нон-грата, то так даже будет лучше. Да и учить язык не придется. Сегодня в МИДе Панов разговаривал на английском.
Круги от разорвавшихся в Данцигском заливе снарядов разошлись по планете. Инцидент произошел как нельзя кстати. Его ждали и готовили слишком многие. В Брюсселе объявили срочное совещание начальников штабов НАТО. Председатель Еврокомиссии потребовала в кратчайшие сроки выработать общее решение. При этом решение вчерне уже было готово.
Не стала попытка захвата судна неожиданностью и для Санкт-Петербурга. Шок от катаклизма уже прошел, русские с интересом смотрели на новый мир за своими границами. Многих творящееся к западу несколько изумляло, но были и те, кто уже прикидывал: что можно подмять под себя, что можно забрать или купить недорого. Не будем забывать, прошлый век для России выдался очень успешным. Только благодаря Катаклизму многие поняли, мимо каких катастроф, над какими подводными камням страна сумела успешно проскочить. Это давало повод не только для гордости, но и для амбиции. Вполне заслуженный, стоит добавить.
Инцидент в нормальных условиях не требовал разбирательства на высшем уровне. Офицер увлекся, бывает. Дело житейские. Однако именно здесь и сейчас именно этот случай послужил поводом продемонстрировать: кто есть кто, кто право имеет, а кто просто погулять вышел. Надо ли уточнять: российская дипломатия воспользовалась любезным подгоном соседей на все 146%.
Увы, на фоне русской версии события, оправдания поляков выглядели блекло. Пикантности добавлял тот факт, что после Катаклизма весь мир буквально сходил с ума от всего русского. Включить цензуру, замолчать и исказить информацию не получилось. Тем более фильтры канселинга были настроены на источники Российской Федерации, а не Империи.
Жизнь идет. Для князя Николая продолжился обычный рабочий день. Он как погрузился так до вечера и изучал материалы по новообразованиям Французской Африки. Большое спасибо людям Регента. Он сам ушел в другое измерение вместе с Федерацией, а наследие в виде бойцов нескольких ЧВК в нужных местах осталось.
Русские промышленники с аппетитом потирали руки изучая перечни рудников, добывающих компаний, лицензий на разработку месторождений в Африке. Самое интересное, местные правительства явно не возражали против смены руководства на местах. У них обострились борьба за власть, проблемы с инсургентами и интересными соседями. Многие были только рады, что появился шанс лечь под крыло сильного покровителя.
«Дикие гуси» по данным разведки тоже вздохнули с облегчением, когда генерал-губернатор Конго предложил компаниям спокойно и честно зарегистрироваться, платить налоги в России и работать через российские банки. Николай искренне недоумевал, почему они не сделали так раньше? Нет, делали конечно, но не все, и не на весь оборот.
— Весьма эксцентричное законодательство той страны, — пояснил начальник стола в ответ на риторический вопрос министра.
— Не понимаю. Зачем принимать законы, которые только мешают честно работать?
— Дурное наследие коммунистической режима. Ну и косность мышления. Не без этого.
— Ладно. Пропустим. Я правильно понимаю, что «Кемеровская горная компания» прислала меморандум с предложением купить Чад целиком?
— Николай Аристархович, вам еще неделю назад передали документы от министра промышленности.
— Вы сами ознакомились? — быстро спросил князь. Сам он отложил вопрос в долгий ящик. А если честно, совершенно забыл об этом деле.
— В общих чертах. Не мой уровень компетентности, увы.
— Хорошо, Сергей Антонович. По вашему мнению, дело стоящее?
— Не могу судить, но выглядит как прожект. Слишком оптимистичный подход. Слишком дешево оценивают местных мавров. Кемеровцы готовы нанять военную компанию и профинансировать переворот, но им нужна поддержка со стороны государства. Вы понимаете.
— Не понимаю. У нас на носу война с Евросоюзом.
— Об этом и речь, — начальник стола развел руками.
— Отложим. Давайте, что у нас там по Центральноафриканской республике? Оружие и люди нужны?
— В Африке всегда нужны. Вы же сами африканец.
Россия спокойно жила, работала, люди готовились к грядущим выходным, не забывали о семьях. Мир за границами изменился, но это не повод бросать все и забывать о хлебе насущном. Инцидент на Балтике на считанные часы привлек к себе интерес, но вскоре с первых строчек новостных лент его вытеснили куда более животрепещущие и насущные дела.
Зато к западу от Буга ничего и не думало стихать, наоборот, поднимался настоящий шторм. Уже к вечеру в Брюсселе собрался внеочередной чрезвычайный саммит Еврокомиссии. Нет смысла цитировать речи депутатов, мероприятие подготовили и подогрела заранее.
