- Чего такой кислый? Надо было тоже поучаствовать, – рядом со мной плюхнулась Айрис и отпила сок из моего стакана.
- Как только захочу поучаствовать в шарлатанской клоунаде, так сразу.
- И чего вдруг клоунада?
Я лишь скривился.
- А что это ещё? Приехали хрен пойми откуда люди и давай за деньги просить, чтобы им какую-то великую тайну открыли по обретению неведомых сил и энергий. Или чего там хотят услышать? Не думаю, что если они покорячатся, как припадочные, на ковриках несколько раз, то что-то получат.
- Пф-ф-ф-ф, ну ты и бука. А как же обретение уверенности?
- Ложной?
Мне только по лбу ладонью шлёпнули.
- Пошли уже. Вроде скоро должна будет начаться та самая лекция, что нам обещал старейшина.
- Ага…
- Да что тебе не нравится?
- Не знаю… на поселение каких-то шарлатанов-сектантов похоже, которые за бабки людей обманывают.
- Ты ведь ещё даже ничего не услышал, а уже делаешь выводы…
- Ну так естественно! Куда же без составления абсолютно необоснованного первого мнения? Я беспардонный наглец или умный и взвешенный человек, что опирается исключительно на факты, а не на домыслы и собственные представления?
- Действительно, чего это я?
- Не знаю, не знаю… Если так хочешь, то пошли. Но я не верю, что нам могут сказать что-то интересное, – или хотя бы неизвестное для меня
Лекция по планетологии проходила на заднем дворе обсерватории, на обширной веранде. Слушатели расселись вокруг Бугенхагена и приготовились внимать. Я же, чтобы случайно не заснуть, встал чуть поодаль и опёрся на столб, поддерживающий навес.
- Хо, как много же у меня сегодня слушателей, – старик потёр ладони, – и все вы наверняка жаждете услышать – что же есть на самом деле наша Планета? Почему добыча мако опустошает все близлежащие окрестности? К чему может привести подобное обращение с ресурсами? Старик Бугенхаген сегодня вам всё-всё расскажет. Так что рассаживайтесь поудобнее и слушайте внимательно – скорее всего, я смогу вас удивить, – с этими словами он подмигнул мне.
Я только плечами пожал. Это вряд ли.
- Начать лучше всего, каким бы это вам очевидным ни казалось, с начала. А именно с появления нашей звёздной системы. Представь себе безмолвие космоса — темноту, в которой медленно плывёт гигантское облако холодного газа и пыли. Оно тянется на многие-многие миллиарды километров — куда больше, чем вы можете себе даже вообразить, рыхлое, как дым, и почти невидимое во мраке, если не считать тусклого сияния дальних звёзд. Время здесь течёт иначе, века сливаются в вечность, пока не случается толчок: где-то поблизости гаснет звезда, и последствия этого пробегают по облаку, как порыв ветра по морю. Там, где материя сжимается, во чреве туманности зарождается крошечная искра будущей жизни. Пылинки и газ начинают стремиться к центру, и всё закручивается в спирали гравитации. В самом сердце этого водоворота рождается протозвезда — ещё не светящаяся, но уже пульсирующая теплом. Вокруг неё, словно подол платья, кружится диск из газа и пыли. В его холодных далях лепятся снежные глыбы будущих гигантов, а ближе к центру в жарких струях склеиваются каменные зёрна, которые станут планетами. Тысячи столкновений, миллионы ударов — и хаос постепенно упорядочивается. Проходят миллионы лет, и в ядре молодой звезды вспыхивает огонь термоядерного синтеза. Она начинает светить, отбрасывая тени на новорождённые миры. Мелкий космический мусор выметается в дальние края системы, оставляя только зрелые планеты, кометы, астероиды — как драгоценные камни на ожерелье, вращающемся вокруг сияющего сердца. Так, из хаоса и безмолвия, рождается звёздная система — вечный остров света в безбрежной тьме.
Слушатели сидели, затаив дыхание. Я же только губы поджал — ничего такого, что не слышал бы ранее, да ещё и в вычурно-художественном стиле. Бугенхаген чуть видно нахмурился, заметив отсутствие у меня интереса.
- И что же произошло дальше? Вы сейчас задаёте себе этот вопрос. Что же послужило причиной перехода от мертвенных глыб в бездне космоса к наполненному жизнью и зеленью нашему с вами миру? И здесь я могу поведать вам о двух, — он поднял оба указательных пальца, — потенциальных вариантах. Либо же жизнь занёс нам некий объект из совсем другой звёздной системы, возможно, бесконечно от нас далёкой, а может, и ближайшей. Либо же она зародилась вследствие неких процессов самостоятельно. Многие учёные, большинство которых, разумеется, работает на Шинру, придерживаются именно первого варианта. Но я хочу им всем задать следующий вопрос: если это так, то откуда же тогда взялся источник, первооснова, частичка которой и оказалась в нашей системе? Они не могут дать ответ на этот вопрос. А мне бы очень хотелось, знаете ли, получить его. Потому-то я сам и придерживаюсь первого варианта. И, соответственно, ищу доказательства, строю теории, — Бугенхаген начал кружить внутри кольца из слушателей, заложив руки за спину, — и кое-что мы нашли именно здесь, в Космо-Каньоне. Ископаемые останки существ, внешний вид которых вы даже не можете себе вообразить. Десятки, сотни их. Более сложные и крупные в верхних слоях грунта, и куда как меньшие и простые в своём строении те, что ниже. Вы, наверное, задаёте себе вопрос — и что бы это могло значить? Я вам отвечу: глубокие слои относятся к куда как более стародавним временам, а потому можно сделать вывод, что в силу некоего процесса жизнь на нашей Планете развивалась от простых форм к более сложным, порождая в своём стремлении к совершенствованию и обычных, привычных нам, животных, и безобразнейших из монстров. Но всё, что я вам сейчас рассказал, не отвечает на вопрос «как»? Как зародилось само явление потока жизни? Что же привело к этому? И у меня, к сожалению, нет ответа.
На этом моменте многие слушатели зашептались и задвигались на своих местах, явно не очень довольные подобным ответом.
- Но у меня есть предположение! — Бугенхаген поднял указательный палец, и все тут же замолкли. — Видите ли, если допустить, что организмы на нашей Планете начали развиваться от простейшего к сложному, становится понятным существование момента, когда грань, отделяющая неразумных животных от тех, кого можно было бы назвать нашими далёкими предшественниками, оказалась пересечена. И что же тогда произошло? Появилось то, о чём говорится во многих сказаниях, которые вы наверняка хоть раз слышали от ваших бабушек и дедушек, а те — от своих. Душа.
На веранду опустилась выжидательная тишина. Все с открытыми ртами следили за стариком.
- И вот этот момент стал переломным в развитии нашей Планеты. Умирая, тела предков истлевали, но что же происходило с тем, — Бугенхаген положил руку себе на грудь, — что находится здесь? Куда же девались души? И у меня есть очередное предположение: как вы знаете, у нас существует обычай хоронить мёртвых в земле. Это связано с тем, что в древние времена было необходимо изолировать гниющую плоть мертвецов от селений. И потому их закапывали. Таким образом, души, запертые в своих мёртвых телах, скапливались во множестве в определённых точках. И это положило начало потоку жизни. Десятки узлов покрыли Планету, после чего произошёл ещё один важный переход — к душам наших предков стали присоединяться и остальные умирающие живые организмы. От простейших водорослей до крупнейших из животных. Я связываю это с тем, что сформировавшиеся узлы потока жизни, несущие функцию хранения душ, как и всё живое, прошло процесс совершенствования и, чтобы выполнять требуемое на новом качественном уровне, обрело возможность создавать, я бы сказал, оболочку — нечто, способное предотвратить потери от, допустим, катаклизмов, разоряющих места захоронений, или диких животных, что разроют могилы в поисках еды. Таким образом, узлы стали поглощать всё более разнообразные формы жизни, разрастаясь и сплетаясь в сеть. Этот процесс шёл лавинообразно — по мере ассимиляции всё большего количества видов и распространяясь на новые территории. Так появилось то, что мы сейчас и называем потоком жизни.
