Мы двинулись к проходу. Ступив на каменистый пол нового туннеля, я ощутил лёгкое дрожание земли — едва заметное, но знакомое.
«Опять змея-переросток с головой-цветком?» — мелькнула мысль. Или что-то другое? Я остановился в раздумье и повернулся к остальным:
— Есть признаки того, что впереди мы уже встретим монстра, которого ищем. Каким он будет — я не знаю. Ещё раз повторяю: выполняйте мои приказы, не задавая вопросов. Скажу бежать — значит, вы должны развернуться и бежать. Даже если вы с этим не согласны.
Я внимательно посмотрел на князей и Арсения:
— У кого из вас есть регенерация стихии Воды?
Все трое подняли руки.
— Значит, у всех вас три стихии — Огонь, Воздух и Вода? — уточнил я на всякий случай, хотя уже давно это выяснил, прочитав их мысли.
— Да, — ответил за всех князь Долгоруков.
— Хорошо. Следуйте моим приказам, и всё будет хорошо. А теперь идём. Сколько нам ещё идти, я пока не понимаю.
Я двинулся вглубь туннеля, увлекая за собой остальных.
Туннель то расширялся, то сужался. Света, выделяемого мхом, растущим в туннеле, хватало, чтобы не идти в полной темноте. Через некоторое время мы упёрлись в тупик.
— Ли Юй, попробуй открыть портал в наш замок, — приказал я.
Буквально сразу возник портал. Я удовлетворённо кивнул, и Ли Юй закрыла проход. Пока всё хорошо — покинуть разлом мы можем. Теперь надо решить, что делать с тупиком.
Стихия Духа настойчиво твердила: надо идти вперёд.
Я создал большой огненный шар и поднял его над нами, ярко освещая туннель.
— Надо найти, как открывается дверь перед нами, — сказал я.
В том, что это дверь, мне снова подсказала стихия Духа.
Не задавая вопросов, все стали обшаривать туннель: ощупывать стены, простукивать камни, всматриваться в углубления, едва заметные под слоем мха.
Через пять минут бесплодных поисков, князь Долгоруков подошёл на пару шагов и осмотрел стену:
— А если не открывать, а… обойти?
— Нельзя, — ответил я. — Идти надо только через эту дверь.
Ли Юй тем временем изучала потолок:
— Смотрите, здесь символы. Они образуют круг, а в центре — пустое гнездо.
Я подошёл, вгляделся. Действительно: в камне было углубление, напоминающее по форме ладонь.
Протянув руку, я вложил её в углубление. Сначала — ничего. Тогда я направил поток маны: камень засиял, пульсируя в едином ритме. Символы по кругу вспыхнули, и стена медленно начала раздвигаться, открывая проход.
— Получилось, — выдохнул Арсений.
— Не расслабляйтесь, — предупредил я. — Это только дверь. Что за ней — мы пока не знаем.
Я шагнул вперёд, держа наготове огненный шар и освещая туннель. За дверью проход уходил вниз, становясь всё темнее. Мха здесь почти не было — лишь редкие пятна тусклого свечения.
Я потушил огненный шар и включил магический фонарь. Мы двинулись дальше, в глубину разлома.
Через пару сотен метров туннель стал подниматься вверх. Мох снова появился в больших объёмах, мягко освещая путь бледно-зелёным светом. Я отключил фонарь и чуть ускорил шаг. Внутри нарастало тревожное ощущение.
Стихия Духа настойчиво пульсировала в сознании, сигнализируя: впереди что-то есть. «Надеюсь, это монстр, — мысленно произнёс я. — Надоело уже бродить по этим туннелям и пещерам. Пора встретиться с тем, кого мы ищем».
Мы продвигались молча, прислушиваясь к каждому звуку. Я ощущал, как воздух становился гуще, словно перед грозой.
— Всем остановиться, — негромко скомандовал я, поднимая руку.
Стихия Земли показала небольшую пещеру, до которой было метров пятьсот. В ней, развалившись на каменном полу, лежал монстр — исполинское создание, от одного взгляда на которое кровь стыла в жилах.
Глава 11
Его тело, не меньше пятнадцати метров в длину, напоминало гибрид древнего ящера и демонического титана. Массивный костяной панцирь, собранный из перекрывающихся пластин цвета запёкшейся крови, покрывал спину и бока, переходя в ряд острых, как клинки, спинных шипов. Каждый шип, длиной с человеческий рост, был усеян мелкими крючьями, словно готовый вцепиться в любого, кто осмелится приблизиться.
Голова монстра — огромная, с черепом, похожим на боевой таран, — покоилась на изогнутой шее, покрытой кольчугой из костяных наростов. Пасть, усеянная тремя рядами треугольных зубов, могла разом поглотить человека целиком. Из уголков рта сочилась вязкая слюна, оставлявшая на камне шипящие следы.
Глаза — два багровых омута с вертикальными зрачками — не спали. Они медленно вращались, охватывая взглядом всё пространство пещеры, будто сканируя каждый уголок в поисках угрозы. Над глазами выступали массивные костяные гребни, переходящие в ряд шипов вдоль лба.
Лапы монстра были чудовищной силы: толстые, как стволы вековых дубов, с перекатывающимися под бронёй мышцами. На концах пальцев — изогнутые когти, каждый размером с кинжал, вгрызались в камень, оставляя глубокие борозды. Хвост, толщиной с бревно, заканчивался шипастой булавой, которая время от времени вздрагивала, высекая искры из пола.
По всему телу виднелись дополнительные защитные элементы: наросты, похожие на миниатюрные щиты, и ряды острых выступов вдоль боков. В некоторых местах панцирь казался повреждённым, но вместо ран под ним проглядывали слои ещё более плотной брони — словно создатель предусмотрел запасной уровень защиты.
На груди, в самом центре, пульсировало странное образование: круг из переплетённых костяных пластин, в центре которого виднелось тёмное, мерцающее пятно — слабое место, не прикрытое бронёй. Оно ритмично светилось, будто сердце гигантского механизма.
Воздух вокруг монстра был насыщен тяжёлой, давящей энергией. Каменные стены пещеры покрылись трещинами, словно сама порода не выдерживала его присутствия. Время от времени из-под панциря вырывались струйки тёмного дыма, растворяясь в воздухе с едва уловимым шипением.
Это было не просто чудовище — это был живой механизм разрушения, созданный для одной цели: уничтожать всё, что вторгнется в его владения.
Меня посетила мысль, навеянная этой картиной: «Может, отступить?..» Я повернулся к своему отряду — они смотрели на меня с немым доверием, и мне вдруг стало стыдно за этот порыв слабости. Вдохнув и выдохнув, я собрался, отгоняя сомнения, и начал отдавать приказы чётко и размеренно:
— Впереди, через пятьсот метров — пещера. Там монстр, с которым никто из нас прежде не сталкивался. Он создан лишь для одного: убивать любого, кто встретится ему на пути. Какой силой и способностями он обладает, я не имею понятия. Поэтому… — я сделал паузу, ещё раз продумывая вариант боя, взвешивая каждый возможный исход. — Поэтому действуем следующим образом.
Я создам голема — пущу его в атаку первым. Это даст нам время оценить реакцию монстра и выявить слабые места. На мне — общий щит: активирую его на максимум, как только войдём в зону поражения. Вы атакуете по моей команде. Первая волна — огнём: нужно проверить, как он реагирует на высокую температуру и открытое пламя. Дальше — будем импровизировать, исходя из его ответных действий.
Кольчуги держите на максимуме с самого начала. Надеюсь, он не сможет пробить мой щит, но рассчитывать только на это нельзя. Каждый должен быть готов к мгновенной смене тактики.
После моих слов все сразу подобрались: плечи расправились, взгляды стали острее, пальцы сжали рукояти оружия. Тишина, в которой звучали лишь отдалённые капающие звуки и едва уловимое дыхание пещеры, вдруг наполнилась напряжением — живым, осязаемым.
— Идём к пещере. По моей команде активируете кольчуги. Ещё раз: всё делаем по моей команде. Никакой самодеятельности. — Я обвёл всех взглядом, задерживаясь на каждом лице, убеждаясь, что мои слова дошли до каждого, что никто не осмелится действовать на эмоциях. — Мы — единый механизм. Один сбой — и всё пойдёт прахом. Понятно?
Кивки. Молчаливые, твёрдые.
— Хорошо. Тогда вперёд. Держим строй. Никаких резких движений. Ждём сигнала.
