Оглядевшись, я увидел стражников на стенах — неподвижные силуэты в лунном свете. Они казались такими уверенными, такими живыми. В груди сжалось нехорошее предчувствие. Я знал — сейчас что-то произойдёт. Но ноги приросли к земле, язык словно онемел. Хотел крикнуть, позвать на помощь — и не мог.
Тревога наливалась свинцом, заполняя каждую клеточку тела. Время растянулось, превратилось в тягучую смолу.
И тогда я услышал гул.
Сначала — едва уловимый, как отдалённый рокот прибоя. Потом — всё громче, всё яростнее, будто сама земля стонала от невыносимой тяжести. Я обернулся, в отчаянной попытке предупредить стражников… Но мои губы лишь беззвучно шевельнулись. Ни движения. Ни голоса. Только ледяной ужас, сковывающий изнутри.
Гул превратился в оглушительный рёв. Стены туннеля содрогнулись, из темноты хлынул поток — не воды, не огня, а живой, шевелящейся массы. Монстры. Десятки, сотни, тысячи тварей, несущихся с нечеловеческой яростью. Они проносились сквозь меня — и я чувствовал, как рвётся на части душа, как обжигает ледяным пламенем каждая тварь, касаясь моей сущности.
Вокруг царил ад. Стража падала, словно куклы, разорванные в клочья. Крики, хруст костей, запах крови и разложения — всё смешалось в один кошмарный вихрь.
А потом… появился он.
Гигантская тень, заслонившая луну. Чудовище, от одного вида которого разум отказывался верить в реальность происходящего. Его глаза — два бездонных колодца тьмы — смотрели на меня. И в этом взгляде было обещание: «Ты следующий».
Я проснулся.
Резко, судорожно, с хрипом, будто вынырнул из глубин утонувшего мира. Холодный пот струился по спине, простынь подо мной промокла. Рядом мирно спали девушки — их спокойные лица в полумраке комнаты казались островками тепла и жизни.
Я поднялся, дрожащими руками схватил амулет связи и тихо, чтобы не разбудить любимых, вышел в ванную.
— Хару, — голос звучал хрипло, непривычно.
— Доброй ночи, князь, — отозвался заспанный голос японца.
— Срочно усилить охрану разлома. Внутрь никого не пускать. Свяжись с Вэй Чжэньлуном — пусть соберёт армию в десять тысяч человек. Завтра утром, когда будет готов, пусть свяжется со мной. Я открою портал, — каждое слово давалось с трудом, но я старался говорить чётко, властно.
— Что случилось, князь? — Хару мгновенно очнулся, голос напрягся.
Я закрыл глаза, пытаясь унять бешеное биение сердца. Перед внутренним взором всё ещё стояла та тень — огромная, всепоглощающая.
— Пока ничего, Хару. Пока ничего… — прошептал я. — Я думаю, это было видение. Или пророчество. Я не знаю. Сделай, как я сказал.
Отключив связь, я опустился на пол, прижался спиной к холодной стене. В тишине ванной комнаты моё прерывистое дыхание звучало как последний стук часов перед бурей.
Глава 14
Меня разбудила Ли Юй — тихо вошла в ванную и замерла на пороге, увидев меня спящим на полу. Тревога мелькнула в её глазах, но тут же растворилась в мягком, любящем взгляде.
— Князь… — она опустилась рядом, осторожно коснулась моей щеки. Пальцы были тёплыми, ласковыми, и это прикосновение, словно солнечный луч сквозь тучи, пробилось сквозь остатки ночного кошмара.
Я открыл глаза и улыбнулся. Видение ещё тлело в памяти — гул туннеля, поток монстров, та чудовищная тень… Но теперь, глядя в любящие глаза Ли Юй, я чувствовал, как страх отступает.
«Надо готовиться, — мысленно повторил я. — Надо набираться сил и заканчивать эту войну за трон. Мне нужен надёжный тыл — Мишка на троне Российской Империи. Нужны союзники — сильные, верные. Княжеские рода… И сёстры. Камень всё ещё в шкатулке, но начать надо со встречи с Юнь Си».
— Князь, — снова позвала Ли Юй, чуть склонив голову. Её волосы, рассыпавшиеся по плечам, ловили свет, превращаясь в шёлковый водопад.
— Моя хорошая… любимая Ли Юй, — прошептал я, накрыв её руку своей. — Набери в ванну воды и позови Елену. Хочу полежать с вами, расслабиться.
Её лицо озарилось улыбкой — той самой, от которой в груди становилось теплее. Она кивнула, включила воду, а потом тихо вышла за Еленой.
Я поднялся. Регенерация не дала телу закостенеть от сна на холодном полу, но душа всё ещё была тяжёлой, словно пропитанной ночным ужасом.
Опустившись в тёплую воду, я закрыл глаза. Через минуту рядом оказались они — мои девушки. Их тела, нежные и тёплые, прижались ко мне, обвили, словно защищая от всего мира. Я почувствовал, как напряжение уходит, как каждая мышца расслабляется, а сердце бьётся ровнее.
Их руки скользили по моей спине, пальцы перебирали волосы, голоса — тихие, успокаивающие — сливались в нежную мелодию. Я снова уснул, но на этот раз сон был другим: глубоким, безмятежным, наполненным светом и покоем.
Просыпался я медленно, не спеша открывать глаза.
— Долго я спал? — спросил, чувствуя, как Елена нежно поглаживает меня по груди. Её ладонь была мягкой, движения — бережными, будто она касалась чего-то невероятно хрупкого.
— Минут тридцать, не больше, — ответила она, и в её голосе звучала та же нежность, что и в прикосновениях.
Я улыбнулся. Тридцать минут — а я уже чувствовал себя заново рождённым. Эти мгновения в объятиях любимых словно наполнили меня новой энергией, прогнали тьму, оставленную видением.
Открыв глаза, я посмотрел на них — на Ли Юй, чья улыбка всё ещё светилась изнутри, на Елену, чьи пальцы продолжали ласкать мою кожу. По очереди поцеловал каждую — долго, бережно, вкладывая в эти прикосновения всю благодарность и любовь, что переполняли сердце.
— Очень хочется есть, — признался я, крепче обнимая их обеих. — И не только потому, что голоден. Просто… хочу разделить с вами ещё один момент жизни.
— Мы тоже проголодались, — засмеялась Ли Юй. — Вчера так и не поели.
Они поднялись из ванны, быстро привели себя в порядок — движения лёгкие, почти танцующие. Я смотрел на них и чувствовал, как внутри расцветает тихая радость.
Вместе мы отправились в общую гостиную — рука в руке, плечом к плечу. И даже в мыслях о грядущих битвах и сложных решениях я знал: пока они рядом, я смогу всё.
В гостиной, кроме Михаила и Ярослава, никого не было — все уже позавтракали и разошлись по делам. Великие князья склонились над развёрнутой картой, о чём-то тихо переговариваясь. Увидев нас, они приветливо кивнули.
— Что-то вы припозднились, — усмехнулся Мишка. — Опять ночью не спали, слонялись по разломам?
— Не совсем, — ответил я. Помедлил, взвешивая, стоит ли делиться, но решил: им и девушкам нужно знать. В деталях, не упуская ни одной жуткой подробности, рассказал о своём сне.
Ли Юй задумчиво провела пальцем по краю чашки:
— С учётом того, что вы демиург, это очень похоже на пророчество.
— Ладно, жизнь покажет, — вздохнул я. — Елена, сообщи Маше, что нам нужен завтрак.
Не успел я допить первую чашку кофе, как амулет связи тихо засветился. Глава клана «Лунвэй» сообщил: десять тысяч солдат готовы к переброске. У каждого — провизия на две недели, палатки и всё необходимое для развёртывания крупного лагеря на долгий срок. Договорились: через час я открою портал к Восточному разлому.
— Решил усилить защиту разлома? — поднял бровь Ярослав.
— Да. Тревожит меня этот мой странный сон, — я обвёл взглядом Великих князей. — Надо быстрее заканчивать со взятием Москвы. Чувствую, что время поджимает. Тёмный маг этой войной отвлекает нас от настоящей беды.
Я откусил булочку — Маша, зная нашу слабость, испекла их специально для меня и Мишки. Тёплый, сдобный аромат на миг оттеснил тревоги.
— Подкрепление уже прибыло на московское направление, — вступил Михаил. — Надо решить, когда идём вперёд. Мы как раз с Ярославом обсуждали это и ждали тебя.
— Хорошо. После завтрака переброшу армию Вэй Чжэньлуна — и поговорим. Ещё нужны князья, отвечающие за это направление. Ли Юй и Елена откроют им порталы.
Через сорок минут я вышел из портала у Восточного разлома. Хару уже ждал — сдержанный, собранный, в безупречном боевом облачении.
