— Нет, не братан, — перебил я его. — Это вам конец. Всё, что вы сейчас скажете, записывается. Всё, что вы сделаете, уже снято на камеру. И отправится прямиком в ФСБ. У них сейчас, я слышал, большая охота на тех, кто детей через шантаж травить пытается. Удачи вам в суде.
Охрана двинулась вперёд. Через пять минут все четверо лежали лицом в асфальт в наручниках. За дело взялись профессионалы. Я подошёл к бритому, который лежал у моих ног, и наклонился.
— Кто твой начальник? Где его искать?
Тот лишь злобно буркнул что-то неразборчивое. Я выпрямился. Пусть ФСБ выбивает из них показания. Моя задача была другой — узнать, кто же был первым гостем. Тот, кто наблюдал. Пока эти клоуны отвлекали внимание, настоящая угроза тихо ретировалась. Но теперь я знал, что она здесь. И что она следит.
Я посмотрел на ночное небо. Битва только начиналась. И на поле боя появился новый игрок. Тихий, незаметный и смертельно опасный. «Третья сила», как я и подозревал. И теперь мне предстояло выяснить, кто это, и чьи интересы она представляет. А пока… пока мои духи наблюдали за тем, кто и куда побежит или станет звонить. Забавно же…
Про такую слежку в этом мире никто не слышал.
Глава 11
Рынок
Использовать сразу несколько призванных духов — это роскошь.
Пока я не научился технично экспроприировать электричество, преобразовывая его в ману, я такой роскоши позволить себе не мог. Да, слегка подворовывал по началу электроэнергию у электросетей, которая у них один чёрт в потери уходила, пока в подвале не оборудовал всё, как нужно. Теперь моя мастерская честно оплачивает расходы на электричество, а я каждый месяц сам бегаю к бухгалтеру, чтобы никто не увидел, в какие суммы мне этот расход встаёт.
Понятное дело, что очень хочется присоседиться к энергопотерям высоковольтных линий, и у меня даже есть план, что и как можно сделать, раз энергетики такие потери считают обычным делом, на которое никто внимания не обращает, но пока не хватает времени.
У меня тут события, понимаешь…
Одни на другие наслаиваются так, что не успеваю всё отследить.
Вот и кто толстячка убил, не знаю. Бежал он себе бежал, за ним дух, посланный мной следил, а потом раз, и весьма продвинутый разведчик упал. Два пулевых, одно в голову. А кто стрелял — поди узнай. Тупому духу было поручено за толстым следить, а не искать, кто его убьёт. А я сам в то время другим был занят, наблюдал, как моих потенциальных убийц пакуют и гонял ещё двух духов по окрестностям, чтобы они снайперов около детдома искали, и те принятых свидетелей не грохнули прямо тут, во дворе детдома. Ну, и меня заодно, если сильно повезёт. Нет, пулей меня не взять, даже необычной. Не совсем же я конченный дурень, чтобы красоваться посреди ночи на освещённом крыльце. Я играл роль блесны, на которую так и никто не клюнул.
Защита? Конечно же она была. Нет, если поставить вопрос так — выдержу ли я прямое попадание бронебойного снаряда, то я с ответом затруднюсь, а в остальном, пусть стреляют. Минут десять — пятнадцать, но не больше, если не из пулемёта. Накопители у меня не бесконечны, а многослойная защита жрёт ману, как с добрым утром!
Судя по тому, с какой скоростью его заказчики «зачистили» толстяка — разведчика, следователям ловить тут нечего. Те «быки», что за мной приехали, вряд ли даже посредника видели. Тупая и наглая гопота, которую наняли на «авось» — а вдруг сработает. Заказчик только с одним просчитался, скорей всего по незнанию — отравить охранников, присланных от ФСБ — это была самая дурная затея года! Там каждый второй, если не первый — ветераны.
Впрочем, это уже не мои дела. Думаю, дальше все сами разберутся. Как-никак, у ФСБ репутация на кону! В таком небольшом городе, как Уссурийск — это чертовски важно. Заказчиков за одну только попытку отравления найдут и так отыме… и предадут суду. Потом.
— Александр Сергеевич, вы что-то можете объяснить? — этаким тихим бесом подвалил ко мне начальник охраны.
Ох, непростые же вопросы он задаёт. А кстати, с чего бы! Кто разрешил?
— Я думал — вы мне что-то поведаете. Хотя бы по вопросам охраны, за которую я плачу, — не остался я в долгу, с интересом следя, как с непривычки у недавнего сотрудника «органов», вытягивается лицо, — У вас есть что мне доложить по факту происшествия? — окончательно обозначил я расклад в наших отношениях.
Так-то они привыкли, что все перед видом их всемогущих корочек сникают. Этакая эйфория от власти и вседозволенности и у этого типуса ещё не прошла окончательно. Что-то пробивается, из того, что ближе к реальной жизни, но профессиональная деформация вряд ли у него окончательно выветрилась. Такое быстро не лечится. Но это всего лишь моё мнение, а дальше — посмотрим. Похоже, он сюда к нам попал надолго, просто ещё не догадывается.
Я их работу на ближайшие четыре месяц уже вот-вот оплачу. Выдам капитану по паре экспериментальных артефактов, и пахать охранникам, аки пчёлкам в сезон медосбора.
Если что — «Длинное ухо» у меня уже на апробации, а вот с артефактом невидимости — проблемы. Я обещал куратору три минуты невидимости, а по факту, с моими трофеями, вышло пятнадцать. Временно́е ограничение могу поставить, но кто бы знал, как не хочется коверкать отлично выполненную работу! Сейчас урезаю мощность источника энергии, физически уменьшая размеры пластины рубина, но всё равно минут пять выходит, не меньше. Тоньше мне уже не разрезать.
Всеволод Степанович примчался через полчаса. Весь из себя заполошный.
— Александр, нужно серьёзно поговорить. Ты переезжаешь, и это не обсуждается! — начал он вместо здравствуйте.
— По какой такой причине? — поинтересовался я, довольно спокойно и даже вяло, вразрез с его решительным настроем.
— Ты не представляешь, перед какими людьми я за тебя поручился! — взорвался капитан, давая вролне внятное объяснение своему неожиданному рвению.
— А-а… вы про договор и предоплату?
— Да хоть бы и про него!
— С договором всё в порядке. Вы один приехали? — посмотрел я на экран монитора, где перед воротами был виден большой внедорожник.
— С водителем, а что?
— Тогда всё должно влезть. Напоминаю. Пилотная партия. Сто поясов, триста фонарей, семьдесят блоков питания. Срок — четыре месяца. Предоплата — пятьдесят процентов. Полная оплата после приёмочных испытаний в реальных условиях, в Пробоях трёх типов. Я правильно весь текст заказа запомнил?
— Допустим.
— Пятьдесят поясов, сто фонарей и все блоки питания можете прямо сейчас забрать. Это куда больше, чем на ту предоплату, что я от вас получил. Хотел завтра вас порадовать, а тут вы сами примчались.
— Так-так-так, — резко поменял тон мой куратор, — А ведь всего месяц прошёл, — уточнил он с этаким нехорошим намёком.
— Сорок три дня, если быть точным. Вот только не нужно думать, что я на тех переговорах себе цену набивал. Страховался — да. Просто половина вашего заказа у меня уже была на то время почти что готова, пусть и в полуфабрикатах. А сборка — дело не хитрое. Особенно, когда руку на одном и том же набьёшь.
— А почему фонарей мало?
— Поставщики подводят. Я сами фонари не делаю, лишь адаптирую их под работу в Аномалиях. Обещают через неделю полный объём доставить, — не стал я уточнять, что поставят их с изрядным запасом.
Не ФСБ же единым мне жить. Есть и другие заказчики, кстати, более щедрые и менее требовательные.
— Какие-то мысли по сегодняшнему происшествию имеешь?
— Вот флешки, записанные с дополнительных камер. Они любопытного мага зафиксировали, ну, или пользователя редкого артефакта невидимости. Вам их отдать или следователю? — доверчиво спросил я, заранее зная ответ.
— Конечно мне, — без разговоров сграбастал капитан обе карты памяти.
Чую, выдаст он их за свои достижения на ниве охраны особо ценной персоны, да и по фиг.
