Мышонок на плече возмущенно завозился, требуя внимания, и я тихонько шикнула на него, попросив не мешать. К моему удивлению, он послушался. Взлетел вверх и, зацепившись когтями за балку на потолке, повис вниз головой и, кажется, задремал.
Все-таки в нем больше от летучей мыши, чем мне начало казаться. Но откуда тогда шерсть и плевки огнем? Твари из Сурилрома словно сочетали в себе черты нескольких животных.
Кресел в гостиной больше не было, и я замерла напротив камина. Ни Адам, ни я не торопили Кельвина, и спустя несколько минут он все же заговорил.
– Вы уже знаете, что констебль Шарсон вас невзлюбил?
– Мы догадались, – хмыкнул Адам.
Кельвин покраснел, наверняка вспомнив момент нашего знакомства, когда он по приказу Шарсона не подпускал потенциальных клиентов к нашему агентству. Здесь расчет констебля удался: никто, кроме булочницы, к нам так и не вернулся. Возможно, будь ее проблема попроще, чем воскресший мертвый муж, миссис Найджел тоже нашла бы другое агентство.
– Вчера на утренней планерке констебль Шарсон сказал, что у него есть для вас неприятный сюрприз. Один из наших офицеров – Хэнки Толлеман – премерзко улыбнулся. Терпеть его не могу! – Кельвин передернуло от отвращения. – Хэнки не в первый раз помогает Шарсону в его делишках и, судя по ухмылке, он точно знал, о чем идет речь. Готов поспорить, Шарсон придумал план, как заставить вас закрыться. И, кстати, обитающей в доме твари из Сурилрома для этого хватит с лихвой.
На скулах Адама заходили желваки.
– Полагаешь, в ближайшее время нам стоит ожидать гостей?
– Нет, – вдруг мотнул головой Кельвин.
Я удивленно моргнула, а Адам закашлялся, с подозрением глядя на Кельвина. Я тоже запуталась. Разве не он только что рассказал нам о готовящем подставу Шарсоне?
– Это еще не все, – вздохнул Кельвин. – Незадолго до обеда в участок пришел вызов в Цитадель. Вызывали Шарсона, а он взял меня с собой для солидности. Все остальные полицейские оказались заняты. В Цитадели нас сразу же проводили к нужному кабинету, и Шарсон велел ждать у дверей. Но мне все же удалось услышать часть разговора…
– Удалось? – вскинул бровь Адам, отчего его шрам стал еще заметнее. – Насколько мне известно, все кабинеты в Цитадели оборудованы звукоизолирующими заклинаниями.
Я перевела взгляд на густо покрасневшего Кельвина.
– Ладно, признаюсь честно, я подслушал разговор. – Он похлопал по пристегнутому к поясу чехлу, в котором прятался его полицейский жезл. – После того как я немного поработал над ним, этот малыш освоил несколько фокусов.
Я едва не присвистнула. А я-то думала, наш Кельвин чист как слеза Заступницы и не способен на подобные поступки. Оказывается, и ему не чуждо любопытство! Я бы с удовольствием подшутила над Кельвином и спросила, что еще умеет его жезл, но куда больше меня волновал Шарсон. Ощущение надвигающейся беды становилось все отчетливее.
– И что же сказали Шарсону? – не выдержала я.
– Если я все правильно понял, Цитадель велела ему не трогать ваше агентство и даже наоборот – оказывать всяческую поддержку.
Я точно не ослышалась? Камин выбросил в воздух столп искр, но я даже не пошевелилась, все еще пытаясь осмыслить слова Кельвина. Наверняка я поняла его неправильно…
Адам подался вперед, и его ноздри хищно раздулись.
– Цитадель не интересуется делами гражданских. Они сказали что-то еще?
– Я тоже удивился, – торопливо заговорил Кельвин. – Сначала подумал, что это своеобразная благодарность за вашу помощь с порождением, но после…
Мое сердце с такой силой ударилось о ребра, что в ушах зашумело. Я вздрогнула и напомнила себе, что у моего тела не может быть физических ощущений. Все они лишь плод моего воображения, ответная реакция на эмоции. Словно пойманное с поличным, сердце тут же затихло.
Кельвин тем временем продолжал рассказ, и с каждым предложением его голос звучал все неувереннее и тише. Вдруг он отвернулся от Адама и посмотрел прямо на меня.
– Тот тип со скрипучим голосом сказал, что Цитадель интересуется… тобой, Кэти. Ты нашла тех бедолаг в желудке твари, и они собрали целую команду для изучения этого случая.
Я озадаченно покачала головой, только сейчас осознав, что мой поступок не остался незамеченным. Но почему слова Кельвина звучат так зловеще? Я ведь не сделала ничего плохого, даже наоборот.
– Я так и знал, что Цитадель не отстанет, – процедил Адам, поднимаясь из кресла. – Кельвин, спасибо за предупреждение. Я и прежде догадывался, что они не оставят нас в покое, но не думал, что все настолько серьезно.
Я подплыла к Адаму, мерившему комнату широкими шагами, и заставила его остановиться и взглянуть на меня.
– Ничего не понимаю. Причем тут Цитадель и я?
Я поджала губы и сложила руки на груди, дав понять, что не сдвинусь с места, пока не получу ответ.
– Кэти, – мягко начал Адам, не только не думая отходить, но и придвинувшись еще ближе. – В той, прошлой жизни ты когда-нибудь встречала духов?
– Пока была жива? – перевела я, и Адам поморщился, словно моя формулировка его задела. – Не уверена, но вроде бы нет. У меня много вопросов к собственной природе, но ответов я не знаю.
– Так я и думал, – кивнул Адам. – Понимаешь, ты… не очень-то похожа на обычного духа. Прежде у меня не было духов в подчинении, но сталкиваться доводилось. Обычно духи медлительны и заторможены. Они не смеются, а лишь выполняют приказы. Даже с инициативой у них так себе.
– Может быть, все духи разные? – возразила я. – Возможно, я и при жизни была такой активной.
– Но это не объясняет то, что ты сделала с Мэпси, – напомнил Адам. – Мы можем спорить о характере и манере поведения, но духи точно не владеют магией. Но ты расслышала последние слова жертв, проникла прямо в брюхо порождения… Больше всего это напоминает некую разновидность магии.
Адам был как никогда серьезен, и мне отчаянно захотелось перевести все в шутку. Словно почувствовав это, Адам положил руки на мои плечи. Его ладони остановились в дюйме от моего тела, и хоть я не почувствовала его прикосновения, от такой близости перехватило дыхание. Я подняла голову и встретилась взглядом с серыми глазами Адама, в которых плескалось слишком много эмоций, чтобы их расшифровать.
– Что ты хочешь этим сказать? – голос внезапно охрип.
– Ты не такая, как остальные духи. Я был в банке, который выдал мне ссуду, но твоего дела у них почему-то не оказалось. Парнишка из архива едва не плакал, убеждая меня, что не перемещал папку. Полагаю, это приказ из Цитадели. На заседании комиссии мне намекнули, что твой случай будут расследовать. Раньше духи не контактировали с Порождениями, и Цитадель это заинтересовало.
Адам может быть грозным, отстраненно подумала я. Мне уже жаль того парня из архива. Я пыталась не думать о белых пятнах в прошлом, а вот Адам не забыл, что хотел мне помочь. Пока мои мысли блуждали, взгляд уставился на подбородок Адама, поросший темной щетиной.
Интересно, какая она на ощупь? Вряд ли такая же мягкая, как шерсть мышонка. Я готова была думать о чем угодно, только не о том, что со мной что-то не так. И все же почему-то я не была удивлена. Я не помнила свою прошлую жизнь, но точно знала, что она состояла из проблем. И они преследуют меня даже после смерти. Глаза начало жечь, вот только слезы не приходили.
– Кэти, посмотри на меня, – попросил Адам.
Когда я не отреагировала, он переместился так, чтобы наши глаза встретились.
– Почему Цитадель просто не заберет меня у тебя? – устало спросила я.
– Я им этого не позволю, – в голосе Адама прозвучало обещание. – Твое присутствие в этом мире обеспечивает магический свиток, а он привязан ко мне. Поверь, я не отдам им тебя. Кому как не мне знать, как легко Цитадель ломает судьбы людей.
Боль в его голосе заставила меня наконец очнуться и вернуться в реальность. Адам по-прежнему стоял так близко, что нас разделяли считанные дюймы. Его серые глаза были прищурены, а поджатые губы превратились в тонкую линию. Но сейчас он не пугал меня. Я знала, что его злость направлена не на меня, а на Цитадель. Как бы я хотела стереть печать грусти с его красивого лица…
