- Как тебя зовут?
- Мела.
- Мела, что произошло, когда ты ушла из дома во вторник утром?
- Папа велел мне отнести заказ господину Орьену, - скрипящим прерывистым голосом равнодушно заговорило тело. - Господина не было дома. Мужчина, который открыл дверь, представился его сыном. Он забрал заказ и дал мне деньги.
- Да, все так. Дальше?
- Я почти дошла до дома, но увидела, что денег больше, чем нужно. Отец будет ругаться. Я вернулась. Господин был в саду. Он обрадовался и предложил мне выпить с ним чаю.
Маркусу захотелось закрыть глаза. Все было понятно и оттого противно. Отвлекаться на собственные эмоции было нельзя, но он почти уже не слушал вопросов дознавателя.
- Отпускай, - наконец, сказал Карл. - Здесь всё ясно. Всегда бы так.
Вместе они уложили тело на стол. Девочка теперь казалась спящей, на ее лице застыла полуулыбка. Почти всегда это было побочным эффектом подобного допроса, ну и тело теперь будет храниться долго. Хоть какое-то успокоение безутешным родителям.
- Я сейчас отправлю отряд к Орьену и всё запишу, а ты шел бы чаю выпил, - посоветовал Рюсолле другу. - Дальше будет проще.
- Отличная мысль, - кивнул Маркус.
Он порой ненавидел свой дар, и подобные "опыты" терпеть не мог, но в то же время понимал, что действительно помогает следствию. Девочку уже не спасти, но убийца и насильник будет задержан, причем быстро, "по горячим следам", и больше никому не успеет навредить.
Он прихлебывал горячий чай из большой кружки - дрянной, между прочим чай, надо будет подарить Карлу настоящий катайский, его поставки теперь регулярные - и молча смотрел, как приятель быстро пишет что-то в своем неизменном блокноте.
- Успокоился? - наконец, отложил блокнот Карл. - Знаешь, мне кажется, ты всегда так близко воспринимаешь преступления против детей потому, что у тебя своих не будет.
Карл был знаком с Маркусом давно, они были достаточно близкими друзьями. О проблемах некромантов он знал лучше других.
- А ты будто не воспринимаешь? - хмыкнул некромант, моя за собой кружку - неряшливости он не терпел. - Недаром за мной каждый раз посылаешь.
- Честно говоря, мне без разницы, чей труп, - признался дознаватель, покачиваясь на стуле.
- Труп есть труп. А вот то, что какая-то сволочь безнаказанно убивает беззащитного ребенка
- это меня просто бесит. Сам же знаешь. У меня сын.
Маркус знал. У него детей не будет, и сейчас он был этому даже рад. Зачем рожать ребенка в этот дурной мир?
- Кстати, о детях, - осторожно полюбопытствовал Карл. - У тебя сегодня свадьба была вообще-то. И брачная ночь. Сбежал, да?
- Нет, - поджал губы некромант и показал ладони. - Всё прошло... прошло, в общем.
- А девочка?
- Жива. И дар не до конца выжег. Сильная она, повезло мне.
- Поздравляю! - искренне обрадовался Карл. - А теперь пошли, нам нужно еще три тела расспросить. Особенно меня интересует утопленник. Там на первый взгляд всё понятно: сам утонул по пьяни. Но некоторые пятна на теле меня смущают. Даже с учетом того, что он пролежал в воде почти неделю...
- Что бы ты без меня делал?
- Работал бы, - насмешливо ответил дознаватель. - Представь себе, мы тут стараемся, работаем. Опросил бы свидетелей, родных, еще раз осмотрел тело, может быть, даже вскрыл бы. А ты как думал?
Маркус неопределенно пожал плечами. На его взгляд, спросить тело было проще всего. Отчего бы не обязать всех некромантов работать в полиции? А то их только гонят отовсюду и ненавидят, а они, право, не виноваты в том, что родились с вывернутым даром жизни. Такое, как видите, даже в королевской семье встречается.
Он спустился в прозекторскую, снова натянул перчатки, помог Карлу взгромоздить распухшее тело утопленника на стул и приступил к привычной уже работе. Рюссоле был одним из лучших в своем деле, он умел замечать самые незначительные детали. Невысокий, коренастый, кудрявый, с грубыми чертами лица, выдававшими в нем уроженца восточного побережья Франкии, он очень быстро поднялся, буквально взлетел по карьерной лестнице. В неполные тридцать он был уже главным дознавателем столичного участка, что для сына рыбака было почти немыслимо. Он почти никогда не ошибался. И сейчас тоже оказался прав. «Утопленника» сначала отравили - не до конца, только значительно ослабили, а уже потом сбросили в лодку, вывезли на середину реки и перевернули суденышко.
С остальными было и того проще. Оба видели своих убийц и смогли назвать имя.
Домой Маркус вернулся на рассвете, умиротворенный, несмотря на не самую приятную свою работу. Утренние улицы Труанна нравились ему гораздо больше. Он даже заскочил в любимую кондитерскую за бесподобными пирожками с яблоками - некроманты, вопреки слухам, любят выпечку, а не пьют кровь невинно убиенных младенцев.
Иванна старательно притворялась спящей. Ей было очень обидно и горько, что муж сбежал в брачную ночь. Она, конечно, не ожидала никакой романтики от этого брака, но так унизить жену - это, конечно, надо постараться. Разумеется, мужу она ничего не скажет. Она все равно его побаивалась, хотя и понимала, что он неплохой, кажется, человек.
Глава 5. Свита королевы
Глаза открываться не хотели, и слабость была такая, что голову от подушки не оторвать. Иванна и не пыталась. Это состояние было ей знакомо. После магического всплеска всегда так. Главное, что магия сгорела не до конца. Она видела случай, когда маг выгорел полностью. Он, конечно, смог оправиться, а потом жил долго-долго, да и сейчас был еще жив, хотя и очень стар, поэтому она признавалась самой себе, что ничего страшного с ней не произошло. Магия восстановится, а если и нет - то и бес с ней. Ничего хорошего внутренний огонь ей не принес, одни только беды и разрушения от него.
- Она моргнула, - раздался шепот возле кровати.
- Да нет, показалось!
- Точно моргнула!
- Не ори, разбудишь ее высочество.
Глаза пришлось открывать через «не могу».
Рядом с кроватью обнаружилась парочка прехорошеньких девиц: одна черноглазая брюнетка в ярко-синем платье, другая - шатенка в розовом с пышными кудряшками и веснушками на носу.
- Ваше высочество! - хором воскликнули девушки, сердито переглянулись и принялись толкать друг друга локтями.
Брюнетке удалось столкнуть кудряшку со стула, она засияла и тут же представилась:
- Я Анна-Мария ди Мазарелли, ваша фрейлина. А эта неудачница - Изольда ди Оливьер. Тоже, в общем-то, ваша фрейлина. Считайте, что мы - ваша свита с сегодняшнего дня и до скончания времен.
- Так долго? - с трудом выдавила из себя Иванна. - А можно мне чая? Горячего и очень сладкого. Пожалуйста.
- Конечно, ваше высочество.
Сладкий до приторности чай помог мало. Иви вздыхала, ворочалась на мягкой постели и смеялась про себя, что семейная жизнь не задалась. Маркус явился днем с книгой, улегся рядом на кровать и заявил, что чувствует себя виноватым перед ней, а потому будет всеми силами ее развлекать.
- Ты, главное, не переживай, - успокаивал он супругу. - Никто ничего не узнает. Фрейлины твои, когда нужно, могут очень убедительно молчать, а для остальных у нас неделя уединения. Врача я тоже не могу позвать, уж извини. Не доверяю я нашим лекарям. Но я какой-никакой, но маг жизни, хотя и неправильный. Если тебе станет хуже - соображу.
- А если я помру - оживишь? - попыталась пошутить Иванна.
- Ненадолго, разве что, - хмыкнул некромант. - Увы, я не всесилен.
- А родители мои? Уехали уже?
- Нет, они решили к морю съездить, - ухмыльнулся Маркус. - У меня там дом небольшой, я предложил... сейчас сезон, тепло там. Купаться можно. Они не отказались. Я подумал, что твоему отцу вряд ли стоит знать об особенностях брака с некромантом. Я прав?
Он глядел на нее встревоженно. Не то, чтобы Маркус боялся своего тестя, который был хоть и с него ростом, но шире вдвое, но и отношения лишний раз портить не хотел. Кому понравится, что дочь после брачной ночи с постели встать не может? И ладно бы от того, что увлеклись молодожены, но нет - магическое истощение.
