Он закрыл глаза ладонью, потом убрал руку и посмотрел на Гарлу.
— А ты, стало быть, всё это оформляла?
— В рабочем порядке, господин граф.
— Боги. Меня окружают страшные женщины.
— Ну хоть сейчас заметил, — сухо сказала Альда.
Он сел, подумал, и повернулся к Альде, справедливо считая её зачинщиком всего.
— Зачем?
— Потому что я тебя люблю. Потому что не могу быть рядом всегда. Моё рабочее место в столице, а твоё везде где стреляют, и Марсана в этом смысле очень редкое место для военных действий. А ещё потому что вокруг тебя будут работать — через светских блядей, слухи, слабость и усталость. И я не хочу однажды узнать, что рядом с тобой окажется очень красивая дрянь с прописанной кем-то задачей. А если с тобой всё равно должна быть женщина, я предпочту, чтобы это была Лиара.
Лиара тоже не стала врать.
— Потому что ты мне нужен. Потому что я уже здесь — в твоём доме, в твоих днях, в твоей работе, в твоих ночах. Делать вид, будто всё это случайность, уже смешно. И ещё потому, что после разговора с Альдой я поняла, что если сейчас сбегу, то всю жизнь буду ненавидеть себя за трусость.
Ардор встал, подошёл к окну, постоял спиной к ним и спросил.
— Альда. Тебе это больно?
— Да, — сказала она. — Очень.
— Тогда зачем ты, чёрт возьми, делаешь это?
— Потому что ещё больнее будет потерять тебя по глупости. Ты живой, Ардор. И я люблю тебя живого. Не витринного. И то, что я предлагаю, это часть нашей будущей крепости.
Потом он спросил то же самое у Лиары.
— Больно. И унизительно. И страшно. Но, к сожалению, для приличий, я люблю тебя сильнее, чем правила хорошего тона.
Он хмыкнул.
— Вот это уже похоже на мой любимый тип правды. Отвратительный на вид, но крепкий. — И вот теперь, — когда обе выложили мне сердце на стол, а я в ответ вынужден признать, что люблю вас обеих, мы подходим к главному. Если мы на это идём то идём честно. Втроём. Без лжи, без игр и без права потом делать вид, будто кто-то ничего не знал.
— Хорошо.
— Не хорошо, — возразил Ардор. — Тяжело. Но правильно.
— И что теперь? — спросила Лиара.
— Теперь мы не делаем из этого тайный цирк, но и не бежим с трубами на площадь. Сначала — дом. Порядок. Бумаги. Границы. Потом уже всё остальное.
Потом он посмотрел на неё и добавил:
— И теперь ты перестанешь смотреть на меня так, будто я вот-вот исчезну, как только за Альдой закроется дверь.
Лиара вспыхнула.
— Я так не смотрю.
— Врёшь.
Альда тихо спросила:
— А мне что теперь делать?
Он подошёл к ней, взял за руку.
— Для начала перестать держать лицо так, будто тебя сейчас поведут на расстрел с оркестром. Потом — поесть. Потом — отдохнуть. Потому что сегодня ты сделала больше, чем я вообще вправе был от тебя ждать.
Вот тут Альда дрогнула по-настоящему.
— Я боялась, что ты меня возненавидишь.
— Я сейчас, скорее, восхищён до лёгкого ужаса. Это совсем не одно и то же.
Гарла, решив, что мир всё же нуждается в возвращении к делам, негромко заметила:
— Раз уж все основные боевые действия на сегодня временно завершены, позволю себе напомнить, что у нас ещё есть чистовой пакет по Канралу, распоряжения по дому и три человека в коридоре, сгорающие от любопытства, но пока делающие вид, что воспитаны.
Ардор посмотрел на неё через плечо.
— Гарла.
— Да, господин граф?
— Ты невозможна.
— Зато незаменима.
Лиара, окончательно приходя в себя, спросила:
— Кто именно будет сообщать в доме, что я теперь не просто секретарь?
Ардор на секунду задумался.
— Думаю, дом уже сам всё понял, но для формальности скажу я.
— Великолепно. Значит, мне ещё предстоит пережить взгляд старшего дворецкого.
— С этого момента его взгляд будет отличаться повышенной почтительностью.
И тут засмеялись уже все.
Он посмотрел на них обеих — Альду и Лиару — и понял, что впереди их ждёт ещё много сложностей, ревности, боли, смешных ссор и неудобных объяснений.
Но это будет их собственный порядок, не навязанный никем, а принятый ими.
— Так, — сказал он наконец уже почти деловым тоном. — Сейчас обед. Потом бумаги. Потом вы обе отдыхаете. Гарла — тоже. А вечером я хочу поговорить с каждой отдельно.
— Со мной первой, — тут же сказала Альда.
— Почему это? — вскинулась Лиара.
— Потому что я прилетела устраивать тебе жизнь и имею моральное право на приоритет.
Лиара набрала воздух, но неожиданно улыбнулась.
— Ладно старшая. Он твой.
Глава 10
Альда пришла к нему поздно, когда весь день уже закончился. Бумаги подписаны, люди устроены на этаже, где жил Ардор, благо что оставались свободными квартиры для съёма, лишние свидетели разогнаны по делам и щелям, и усталость наконец сморила всю команду.
Ардор успел только сбросить китель и налить себе солго, когда в дверь постучали.
— Входи.
Она вошла одетая во что-то очень воздушное и текучее одновременно при этом собранная и напряжённая словно на экзамене, ожидая всего что угодно, после всего, что сама же сегодня и устроила.
Несколько секунд они молчали.
— Ты злишься на меня? — спросила она наконец.
— Нет.
— Совсем?
— Не злюсь, нет. Я скорее привыкаю к мысли, что меня окружают женщины, способные за двое суток пересобрать мою личную жизнь и оформить это в такую странную конструкцию, что берёт оторопь.
Она коротко усмехнулась.
— У меня не было выхода, Ардор.
— Я знаю.
— Нет. Ты понимаешь это головой. А я говорю про ту необходимость, где одновременно хочется и залезть к тебе под крыло, и спрятать от всего мира. И всё равно я сделала бы то же самое ещё раз. Потому что альтернативы просто нет.
Он подошёл ближе, и Альда опустила взгляд.
— Я не хочу, чтобы ты принимал это как жертву.
— И не принимаю. — Он взял её за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Я принимаю это как решение сильной женщины, которая видит мир таким, какой он есть. И именно за это я тебя люблю.
Она закрыла глаза на секунду, потянулась вверх словно цветок, втягивая в себя его запах, коснулась губами его губ и замерла, не дыша наслаждаясь близостью и оторвавшись через несколько минут тихо спросила:
— Ты не жалеешь?
— Нет. — Ардор усмехнулся. — У жизни весьма сложное чувство юмора и, если мы не смеёмся — это наши проблемы.
Он приобнял её, сначала легко, затем более крепко, и склонив голову коснулся её губ.
Прощались все в растрёпанных чувствах, а Альда ещё и в помятом состоянии, так как сама не спала и не дала ни секунды отдыха Ардору, навёрстывая разницу между тем что представляла себе в воображении и реальностью.
Утром на площадке уже стоял её воздухолёт, Гарла держала в руках папки, юристы торчали поодаль с прилично-слепым видом. Альда подошла к Ардору первой, жарко поцеловала его, и с трудом оторвавшись повернулась к Лиаре.
— Береги нашего мужа.
Та лишь молча коротко кивнула, Альда коротко кивнула в ответ, ещё раз посмотрела на них обоих и сказала:
— И ты береги её.
Потом резко повернувшись взбежала по трапу, и через десять минут туша воздухолёта уже таяла в небе.
Лиара стояла рядом молча, пока он не повернулся.
— Господин граф, — сказала она, наконец совладав с комом в горле. — У вас через сорок минут связь со штабом бригады и доклад по укомплектованию батальона.
Он кивнул.
— Спасибо, малышка.
И они пошли обратно.
Мысли о сложившейся ситуации настигли его уже позже, когда на стол лёг официальный приказ, доставленный курьером.
Батальон выдвигался на боевую службу в Серединные Пустоши, пункт постоянной дислокации — крепость «Талинвал» — залуженный ветеран пограничных войн.
И лишь тогда, когда карта района уже лежала перед ним, когда в голове начали щёлкать маршруты, сроки, снабжение и развёртывание, в полный рост встала другая мысль.
