- Я догадывался, - кивнул Маркус. - У вас есть какие-то каналы связи с Браенгом? Вы пишете доклады?
Девушки кивнули, не сводя с него настороженных глаз.
- Я оставлю вас с одним условием, - вздохнул Маркус. - Если копии всех докладов будут ложиться мне на стол. Вы мне нравитесь, но Франкия нравится больше. Разумеется, можете согласовать этот вопрос со своим работодателем. Я вас больше не задерживаю. Свободны.
Девушки переглянулись и вышли, явно взволнованные. Маркус потарабанил пальцами по столу и вздохнул. Не доверять им у него не было повода, он не чувствовал с их стороны ни лжи, ни страха - только небольшую тревогу. Терять такую великолепную охрану тоже не резон, в этом его интересы совпадали с интересами канцлера Галлии. И возмутиться бы, но ведь и правда - внучка. Пока девушки не суют свои хорошенькие носики в политику и не занимаются шпионажем - пусть будут.
Маркус был уверен, что канцлер Браенг не имеет никакого отношения к этим смертям: в конце концов, он бы сделал всё по-другому, так, чтобы никто и не подумал про убийство. Здесь замешан кто-то не слишком опытный, но хитрый. Возможно, даже женщина -потому что слишком уж странно всё вывернуто. Если кто-то пытается добиться трона -отчего его просто не устранят, как
всех остальных? Зачем ему позволили дойти до коронации? А если его ненавидят как человека (или, скорее, как некроманта) - зачем убивать ту же Бертильду? Она, конечно, коварная женщина с множеством связей, но всего лишь женщина, тем более, пожилая. Сам он, во всяком случае, совсем ее не боялся, да это и понятно - она ему зла никогда не желала.
Он вызвал еще трех лекарей - одного и вовсе разыскал в больнице на окраине столицы -но ни один из них не нашел следов яда. Тем не менее, Маркус в ее смерть не верил.
- Все это очень странно, - соглашалась с ним Иванна, с которой он поделился своими сомнениями. - Слишком удачно она умерла - как раз после того, как ты с ней разругался при всем дворе.
- Разругался? - недоуменно переспросил Маркус. - Я? Когда?
- Когда ты выскочил из ее комнат, громко крича, что не позволишь вмешиваться в свою жизнь, - напомнила ему юная королева. - Знаешь, сколько потом ходило разговоров?
- Да мы не ругались, - нахмурился король. - Это наша обычная манера общения. Зря они, пусть привыкают. Я со всеми так разговариваю. Даже с тобой иногда.
Королева пожала плечами: мужа она не боялась, понимая, что он кричит не потому, что страшен, а потому, что эмоциональный. Он старается казаться злым и мрачным, а на самом деле Маркус - человек добрый и справедливый. Если кто-то этого не понял -значит, плохо смотрят.
- И что ты будешь делать? - мирно спросила Иванна.
- Ну... я хочу поговорить с Бертильдой. Я уверен, она что-то знает.
- А ты хитер, - одобрила Иви. - Решил воспользоваться своим даром?
- Я же некромант, а не какой-то там водник, - ухмыльнулся Маркус. - Мне просто сами боги велели...
- А можно мне с тобой?
- Ивви, это не самое приятное зрелище, - замялся Маркус. - Понимаешь, там надо тело поднимать. И лучше ночью, чтобы никто этого не видел. К тому же я сам не сумею одновременно удерживать ее и задавать вопросы. Я хотел взять Карла.
- Кто такой Карл?
- Это дознаватель из 3-го участка. Хотя знаешь, я бы не против взять тебя вместо него. Ты хотя бы увидишь, какой на самом деле у тебя муж. А то ты совсем меня не боишься, а зря, между прочим.
- Думаешь, зря? - усомнилась Иванна. - Ну если ты так считаешь... А лопату брать?
Глава 19. Склеп в ночи
- Ты уверен, что это нормально? - шептала Иванна, забирая у мужа фонарь. - Представь, если нас застукают?
- Ой, даже не переживай. Если нас увидят - скажем, что я некромант, темная тварь. Может, я мечтал в склепе с женой любовью заняться.
Иванна хрюкнула от смеха и тут же зажала рот руками.
- Зря смеешься, - мягко фыркнул ей в волосы Маркус, скользнув пальцами по ее шее и приподнимая подбородок. - Я не шутил. Я бы не против.
- Не боишься за сохранность своих предков?
- Ни капли. С твоим пламенем я справляться умею. Оно вкусное.
Он все же не удержался от искушения, повернул ее к себе и быстро поцеловал в губы. Ему-то без разницы, он покойников не боялся. А Иви, конечно, не поймет проявлений страсти в склепе. И уж точно ее стоит беречь... потому что неизвестно еще, как их ночи на ее даре скажутся. Сейчас она в порядке, а что будет дальше? Поэтому Маркус даже не пытался затянуть поцелуй, а тянул ее дальше в черную глубину.
Здесь было, пожалуй, красиво. Стены отделаны мрамором, некогда белоснежным, а сейчас желтым, будто жирная сметана. Хм, надо было перекусить перед тем, как сюда идти. Хотя, конечно, неизвестно, как дальше дела пойдут. Иванна зажгла над головой маг-светильники и с любопытством оглядывалась, впрочем, на всякий случай держась поближе к супругу. Она никогда раньше не бывала ни на кладбище, ни уж тем более в склепе, но страшных сказок читала немало и оттого робела. Разум подсказывал ей, что некромант - лучшее, что могло ее защитить, да и сама она может такую стену огня поставить, что сгорит даже камень, не то, что упырь или оживший мертвяк, но дрожь все равно не проходила.
Ряд каменных саркофагов обрывался горой цветов, увядших и свежих. Здесь явно была погребена Бертильда. Под цветами совсем не было видно гробницы, а запах стоял просто удушающий.
- И что, здесь все короли и королевы похоронены?
- Нет, конечно, здесь только статуи, в которые вмурованы сердца, - спокойно отвечал Маркус.
Иванна побледнела.
- Что значит, вмурованы? - сдавленно прошептала она.
- А ты как сама думаешь? Берется тело, вынимается сердце, потом статую вытачивают и сердце внутрь вкладывают. Странно, что сердце, конечно. Лучше б мозг. Это логичнее. Хочешь посмотреть?
Не дожидаясь ответа, некромант с силой уперся в крышку ближайшего саркофага и со скрежетом сдвинул ее с места. Иванна с трепетом заглянула внутрь и ахнула. Статуя была прекрасна. Молодая женщина, казалось, мирно спала, сложив руки на груди. Тонкое лицо, тяжелая волна волос, складки платья и кружево на запястьях были выточены так изящно, что казались настоящими, только окаменевшими по воле какого-то могущественного мага. Что-то в ее лице вдруг показалось Иванне знакомым, брови ли, очертания ли губ... Она представила ее жгучей брюнеткой и ахнула, испуганно поглядев на Маркуса.
- Да, это моя мать, - спокойно сказал он. - Она умерла, рожая меня. Некроманты практически всегда убивают своих матерей. Поэтому, даже если у нас с тобой всё наладилось в постели, ты будешь всегда принимать противозачаточные пилюли. Рисковать твоей жизнью я не хочу.
- Подожди, а Бертильда? Ты как собрался статую оживлять?
- Почему статую, там тело. Оно там будет лежать, пока статую не сделают. Потом сердце извлекут и тело захоронят на кладбище.
- А Фенимор тоже здесь? - боязливо спросила девушка и подняла фонарь повыше, чтобы Маркус смог внимательнее взглянуть на изваяние матери. - Он ведь недавно умер.
- Нет, ему статую стали готовить, когда стало ясно, что он умрет. Его сразу похоронили.
Он, поджав губы, задвинул каменную крышку на место, вздохнул тяжело и принялся освобождать саркофаг Бертильды от цветов. Иванна уже сто раз пожалела, что ввязалась в это безумие. Покойников она раньше не видела и предпочла бы и дальше оставаться в блаженном неведении. Все ее родственники были живы и здоровы, она и на похоронах-то не была ни разу, только здесь, во Франкии. Фенимора хоронили с такими вывертами, что это была скорее торжественная церемония навроде коронации, чем печальное событие. Она и не видела ничего, только в стороне постояла на кладбище. Теперь же ей предстояло нелегкое испытание, и она заранее пыталась взять себя в руки.
Реальность оказалась одновременно не страшной и в то же время пугающей. Женщина внутри была не совсем Бертильда. То есть, конечно, именно она, сомнений нет - нос ее, и волосы, и даже пальцы, но узнать ее вот так, в целом, было сложно. Лицо, без сомнения, поменялось. Маркус, натянув перчатки, что-то шептал, усаживая Паучиху, будто куклу, даже руки ей сложил благообразно на коленях. Отступил на шаг, полюбовался на свою работу и напомнил жене:
