— Привет, Аркадий, — сказал я ему за спиной.
Он подпрыгнул так, что едва не впечатался макушкой в потолок.
— Тише, тише, — я положил ладонь ему на плечо. — Спокойно. Это я, Егор.
— Егор… фу, блин, — выдохнул он. — Напугал. Как ты сюда попал?
— А ты как думаешь? Она у тебя отвёрткой открывается.
— Ты что… — он уставился на меня.
— Ты сам мне рассказывал, — пожал я плечами.
Особенность старых отечественных автомобильных замков — износ, котрый лишает их «секрета». Любой плоский предмет, и готово.
Он сглотнул.
— Егор, тебя же все ищут. Как так? Ты… зачем пришёл?
— Дело есть, Аркадий, — сказал я. — Ты успокойся. Главное, не волнуйся. Пусть ищут.
— Говорят, тебя в убийстве подозревают, — испуганно проговорил он.
— Говорят, кур доят. Не верь всему подряд. Я никого не убивал.
Я мысленно добавил: по крайней мере, не того, чьё убийство мне сейчас вешают.
— Да я-то верю, — быстро сказал он. — Ты же и мухи не обидишь.
При этих словах в голове всплыло, как я вонзил отцовскую лопату в горло одному из бандитов в гараже. Мухи — да, мух не обижаю. А вот плохих людей могу. Но это я оставил при себе.
— В общем, Аркадий, — сказал я, — помощь твоя нужна.
— Какая помощь? — насторожился он.
— Сгоняй в вещдоки, в камеру хранения. Раздобудь мне телефон. По тому уголовному делу, в котором меня подозревают. Мобильник Савелия Марковича Скворцова.
— А кто это? — моргнул Аркадий.
— Потерпевший, говорю же. Труп. Тот, которого я якобы убил.
Он замолчал, переваривая.
— Зачем тебе его телефон?
— Так надо, чтобы дело раскрыть. Поверь.
— Ну… — замялся он. — Я туда вообще-то без сопровождающего не хожу. И доступа к вещдокам у меня нет. Это только следак может.
— Так, хорош мять сиськи, Аркаша, — сказал я. — Всё ты можешь. Доступ у тебя есть, я же знаю.
— Да нет…
— Возьми ключи у тыловика, — перебил я. — Скажи, что тебе для экспертизы что-то нужно. Не первый раз же.
— Там в журнале расписываться надо.
— Так ты не расписывайся.
Он поморщился.
— Ой, не знаю, не знаю, Егор… Сомнительно всё это. И Зойка ждёт.
Я наклонился ближе.
— Слушай, друг. Ты же помнишь, что я никому не сказал, как ты патрон варил. И что взрыв списали на петарду. Не забыл же? Так что за тобой должок.
Он тяжело вздохнул.
— Ладно. После обеда сделаю.
— Нет, — отрезал я. — Давай сейчас. Сейчас как раз обед. Народу в здании мало. Всё сделаешь тихо.
— Ох, Егор, — покачал головой криминалист. — Чувствую, подталкиваешь ты меня на… на правонарушение.
— Родина тебе потом спасибо скажет, — сказал я. — И я лично. Когда найду, кто за всем этим стоит.
— А кто стоит? — осторожно спросил он.
— Долго объяснять. Давай, Аркадий. Вперёд.
Он вылез из машины и послушно поплёлся в сторону здания. Через несколько минут вернулся, воровато озираясь, ввалился обратно в свою «четвёрку», вытащил из-за пазухи телефон и протянул мне.
— Вот. Только его потом вернуть надо. Его же хватятся.
— Конечно, верну, — сказал я. — Спасибо, Аркадий. Ты настоящий эксперт-криминалист.
Он помялся.
— А ты точно… про патрон… никому?
— Точно, точно, — заверил я. — Ладно, Зое привет.
А про себя подумал: эх, Аркаша, мне б твои… патроны.
* * *
Телефон был нужен мне, чтобы восстановить маршрут передвижений Савелия Марковича. В ту ночь, когда я провожал Золотухину, он появился словно призрак.
Я был уверен, что он за нами следил, точнее, не за мной, конечно, а за ней. И следил потому, что был, фактически, одержим, и, значит, мог знать её настоящий адрес. Знал, где она живёт. Тогда же, в разговоре, он обмолвился, что старается как можно больше ходить пешком.
На его телефоне нашлось приложение «Дожить до 90+». Геолокация включена, все пешие маршруты фиксируются, каждый шаг отмечается — вот такой вот ЗОЖ у человека.
Я сидел на кухне у Тохи. Впрочем, дажее не знаю, называл ли он сам эту комнату кухней: это было огромное помещение, больше похожее на бар, чем на обычную кухню. Заварил себе лапшу быстрого приготовления, запах и вид которой совершенно не сочетались с роскошью квартиры. Готовить времени не было, приходилось довольствоваться этой гастарбайтерской подпиткой.
— Иби, — сказал я, — телефон зарядился. Поможешь найти все маршруты Савелия Марковича?
— Вхожу в приложение, — отозвалась она. — Возьми телефон и приложи ко лбу, так мне будет проще проникнуть.
— Ха-ха, рофлишь, — усмехнулся я.
Конечно, ничего прикладывать ко лбу я не собирался.
— Ну блин, Егор, ты уже выкупаешь мои приколы, — прощебетала она. — Так неинтересно!
— Давай, давай, работай, напарница, — сказал я. — Нам нужно найти эту Леночку.
— Уже ищу, — сказала Иби.
— Кстати, как там проверка фотографий по другим регионам?
— Пока тоже пусто.
Пауза.
— Вот, — наконец, отозвалась она. — Есть маршрут. Основные перемещения у Скворцова стандартные: работа — дом, дом — работа. Но есть ещё один участок. Он заходил в один и тот же двор несколько раз.
Я напрягся.
— И в тот вечер тоже?
— Да. По датам сходится: тот самый вечер, когда ты видел его в последний раз.
— Значит, не показалось, — пробормотал я. — Жаль, что геолокация не показывает конкретную квартиру. Только примерную точку.
— Ты же оперативник, Егор, — спокойно сказала Иби. — Квартиру ты и так найдёшь.
Я посмотрел на часы. Рабочий день подходил к концу, самое подходящее время для визита. Мать говорила, что Леночка в отпуске, но с учётом того, что она фигурирует в показаниях против меня, да и адрес оставила ложный, вряд ли она на самом деле куда-то уехала. Скорее всего, она всё ещё в городе.
Я надел поверх футболки рубаху навыпуск, специально на размер больше, чтобы прикрыть кобуру. Раз уж я в розыске, моя машина тоже могла быть засвечена, так что я решил передвигаться на общественном транспорте.
Доехал до нужной станции на метро, вышел, прошёлся пешком и оказался во дворе, который совпадал с точкой на карте. Дом выглядел обычным, ничем не примечательным. Подъезд с домофоном, дверь закрыта на магнитный замок.
— Иби, — сказал я, — подбери код двери.
— Вариантов около двух тысяч пятисот сорока четырёх, — сказала Иби. — Если отсечь редкие комбинации и взять наиболее вероятные, останется примерно семьдесят пять. Если учитывать затёртость кнопок, наиболее распространённые связки, то выходит тридцать четыре варианта.
— Блин, долго, — сказал я. — Побыстрее нельзя?
— Можно, — ответила она. — Магнитный замок такого типа не рассчитан на рывковую нагрузку.
— Это как? — спросил я.
— Дёрни двумя руками за ручку посильнее. Дверь откроется.
Я так и сделал. Р-раз! — дверь бухнула, как от выстрела, и поддалась.
Я вошёл внутрь. Квартир много, геолокация-то показала только подъезд, а не конкретную квартиру.
— Так, какие будут мысли? — спросил я.
— Егор, — сказала Иби, — тут я затрудняюсь что-то подсказать.
— Эх, — усмехнулся я, — ты же теперь с опером работаешь. А для опера самый главный метод какой?
— Какой? — поинтересовалась она.
— Метод личного сыска. В частности поквартирный обход.
— Ты что, будешь обходить все квартиры?
— Нет, конечно. Нам нужна либо старшая по подъезду… — я задумался. — Либо просто старшая. Та, которая здесь живёт дольше всех.
— Бабушки, — догадалась Иби. — Те, что с самого заселения дома здесь. Они всегда всё про всех знают. Я правильно мыслю?
— Молодец, ты настоящий сыщик, — похвалил я. — Есть нюанс. Осталось понять, где именно живёт эта бабушка.
— Анализирую запах, — сказала Иби.
— Ты что, бабушку по запаху искать собралась? Ты что, нам живые нужны.
Но напарницу просто так было не сбить.
— В квартирах, где пахнет кошками, вероятность проживания одинокой пожилой женщины выше.
— Молодец, — сказал я. — Восхищаюсь.
