Забавно, но Брок отметил в своих показаниях факт изменения прически, который подтверждали фиксограммы. Вик просмотрела приложенные снимки из «Веселой вдовы», прочитала особое мнение эксперта и отчет Алистера об осмотре заведения.
Входная дверь предупреждающе скрипнула, и Вик обернулась на направляющегося к ней Алистера. У него в руках была сияющая медью бульотка — все в управлении знали, что Вик предпочитает чай.
— Мне комиссар сказал, что ты будешь помогать в расследовании… Виктория, тебе помочь? Что-то пояснить, что-то подсказать? — Алистер поставил бульотку на стол Вик и направился к шкафу, где прятались чашки. — Чаю будешь?
— Буду, — согласно кивнула Вик — чай всегда полезен, когда надо хорошенько подумать. — Садись, серж. Мне тут кое-что принесли — важное для расследования.
Она достала из пакета фиксограммы и положила их на папку с делом. Алистер поставил чашки на стол и разлил чай. Запахло бергамотом. Жаль, молока не было. Аквилита была ближе к Вернии по традициям, чем к Тальме. Тут молоко в чае не понимали.
Алистер присел на стул, и Вик придвинула в его сторону фиксограммы. Он молча принялся их рассматривать, снова и снова возвращаясь к снимкам с длинными волосами у Брока. Все так же молча отложив снимки в сторону, он взял показания Брока и принялся их быстро пролистывать. Его палец замер именно там, где и думала Вик — на строчке, где Брок писал, что чувствовал, как ветер развевает его длинные волосы.
— Так… — Алистер схватил листы с показаниями Грега и торжествующе ткнул пальцем в один из абзацев. «Я заметил, что на мне мундир синего цвета и не понял, почему я переоделся. Подспудно я ожидал увидеть алый мундир». Вик бросилась просматривать показания Элизабет и расстроенно выдохнула:
— Бешеные белочки, Элизабет никто не спросил про цвет мундира Грега!
Алистер кивнул:
— Надо будет уточнить. Когда она почувствует себя лучше, конечно. — Он потер переносицу, отложил в сторону листы, откинулся на спинку стула и, закрыв глаза, задумался.
Вик ждала его выводы — хотела сравнить со своими. Она грела свои пальцы о чашку с чаем и терпеливо ждала, когда же он чуть-чуть остынет. Можно было магией его остудить, но пока у Вик результат был непредсказуем — она и в лед могла превратить чай.
Алистер не был медлительным, он просто был молчаливым. Он потер в этот раз подбородок, поправил еще мокрые после душа волосы и резюмировал:
— Поиски галлюциногенов можно прекращать.
Вик согласилась с ним:
— Это не галлюцинация, как мы думали раньше. И не сомнамбулизм. Это мастерская иллюзия. Причем крайне сильная иллюзия, раз ей оказался подвластен Брок — он же гранд-мастер.
Алистер выпрямился, подался к столу и ткнул пальцем в слова Грега о мундире:
— Это противоречит твоему выводу.
Вик все же напомнила:
— Сперва надо уточнить у Элизабет, какой цвет мундира она видела… — она сделала осторожный глоток чая. — Хотя что-то подсказывает мне, если бы мундир на Греге в катакомбах изменился, то она бы это отметила в своих показаниях.
— Вариант, — согласился Алистер. — Исходим из того, что цвет не менялся. Почему?
Вик потерла висок, хоть головная боль уже исчезла:
— Самое просто объяснение случившемуся — наш Шутник только учится накладывать иллюзии. На Греге не получилось до полной достоверности. На Броке — он отточил свои навыки, но или Броку хватило сил противостоять, или Шутнику не хватило сил бороться с гранд-мастером. В общем, у кого-то из двоих проблемы с силами… Надо узнать, как было у Элизабет. Где, кстати, описание с места происшествия? Снимки когда будут готовы?
Алистер лишь вздохнул, порылся в бумагах и показал пальцем скупые строчки, где рукой Брока было написано, что опасное место ликвидировано.
— Бешеные белочки, серьезно?! — не сдержалась Вик. Брок каждый раз её потрясал своими возможностями и своими действиями. Она не могла его предугадать. Это же надо — он собственными руками уничтожил место происшествия. А вдруг там было что-то важное.
Алистер подтвердил её опасения:
— Увы, ни осмотра, ни самого места происшествия у нас нет.
— Вот же… Даже не знаю, хвалить Брока за талант или ругать за предприимчивость.
— Делать выговор, — сурово сказал Алистер. — Иногда важно думать, прежде чем что-то делать.
Он принялся аккуратно складывать листы бумаги обратно в папку:
— Виктория, версии какие-нибудь есть? Потому что у Грега и Брока была версия про галлюциногены и амулеты. — он впервые пригубил свой чай, выпивая чуть ли не полчашки сразу. Видимо, очень хотел пить после тренировки.
Вик дернулась, уже понимая:
— Они что подозревают новый фиксатор?
Алистер не сдержал смешка:
— Именно. С одной стороны — мы знаем по делу Чернокнижника, что так делать можно: прятать амулет в механите. Еще в качестве довода за эту версию то, что визуалофиксаторы — новый механит, его возможности никто не знает. И побочные влияния тоже. Против то, что никто не знал, кому конкретно из констеблей достанется каждый из механитов. Их прислали из Вернии по приказу принца Анри и тут же раздали — вмешаться никто, даже из свиты самого принца, не успел бы. Да, у принца Анри почти все в свите механики, но не маги.
— Ренар Каеде маг, — напомнила Вик. — Хотя он только влился в свиту принца, ему не за чем вмешиваться в механиты… И кто рискнет своим механитом, отдавая его на исследование?
— Грег уже отдал свой сестре с просьбой покопаться в нем. К вечеру, быть может, будет результат.
— Думаю, отрицательный, — сказала Вик. — Слишком очевидно после дела Чернокнижника.
Алистер согласился с ней:
— Вероятнее всего. Галлюциногены вычеркиваем. Амулеты — под большим вопросом. Остается одно — некий маг с демонически огромным запасом эфира и склонностью к диким выходкам.
На слове «демонический» Вик скривилась — нельзя было отрицать очевидного: лоа, прицепившийся к Эвану, любил пошутить. Одно его сидение в гексаграмме чего стоило. И как демон, лоа мог и, главное, должен лгать. Алистер тем временем продолжил:
— Я запросил списки прибывших в последние дни в город. По сведениям пограничного отдела в Аквилиту не прибывал маг такого уровня. Он же будет светиться как электрическая лампочка среди окружающих. Запрос на отслеживание сильных магов уже разослан во все отделения. Даже если это кто-то местный и занимается незаконными ритуалами по увеличению эфирного ранга, или это спонтанный скачок какого-нибудь кузнечика, то есть хаотика, из низшей ступени сразу в мастера — вы его вычислим. Он не сможет долго скрываться от полиции. Он же должен светиться, как праздничная елка… Больше у меня никаких мыслей нет. А… Твои версии? — снова напомнил Алистер.
Вик мрачно призналась:
— Пока особо никаких. Я не вижу смысла в происходящем. Не вижу объединяющей идеи, выгоды, цели данных происшествий. Для чего-то же это делается? Не просто же похихикать в уголке над подчиняющимися иллюзии людьми. Зачем Грега заставили вспомнить Чинд? Может, конечно, шутник предполагал, что тот потеряется в катакомбах. Или сорвется с обрыва в Ривеноук. Или что-то еще.
— Или ему нужен был Грег в магическом истощении, — предположил Алистер.
Вик пожала плечами:
— Пока в выигрыше только тот, кто убил Игрек-три. Если он из Аквилиты, то ему будет проще добраться из Танцующего леса обратно в город. Если он рискнет, конечно, полезть в катакомбы. Но это предположение из разряда бреда, если честно. Не обращай внимания, серж — моя голова так устроена, что периодически фонтанирует бредом.
Алистер улыбнулся:
— Не бредом. Только ты смогла увязать садистов-особистов и похороненных на Оленьем острове женщин. И украденные газеты с контрабандой потенцозема.
Вик грустно улыбнулась:
— Скажешь тоже — там как-то само зацепилось, а тут пока никакой связи не прослеживается. — она потерла висок. — Грег: Чинд, больше десяти лет назад, путь под Аквилитой, чуть не сверзнулся в реку. Скатился в магическое истощение. Ничего не забыла?
