Его слова прямо глаза мне открыли: ну, надо же, с какой интересной стороны все открывается! Уровень допуска открывает доступ к более совершенным видам снаряжения? А как насчет улучшений организма? А вооружения?
— А как бы про это все подробнее…
— Дык! Елы-палы! — «варяг» подошел к письменному столу, открыл верхний ящик и что-то там нажал. — Вот терминал, если компьютером владеешь, то разберешься!
На столешнице проявилась клавиатура и что-то вроде тачскрина, не стене над столом — экран.
— А что касается медиков… Знаешь, уровень допуска и бонусы — это что-то вроде наркотика, на который нас всех подсадили. И добыть и то, и другое можно только выполняя задания командования и не забывая про свою… Про свое… Как бы это так выразиться?… Ну, основное предназначение. Я — легионер, я должен уничтожать противника. Мне бонусы зачисляются за количество подбитых единиц техники. Ты — парамедик, тебе бонусы положены за спасение раненых. А теперь думай — кто заработает больше?
— Зависит от тарифа, — медленно проговорил я. — Но я тебя понял: полевым медиком быть не выгодно, но они капец, как всем нужны?
— Дык! — кивнул Тарас Гайшун. — Поэтому толковые командиры в лепешку расшибутся, чтобы удержать и закрепить иммуна с твоей специальностью. Своих-то бойцов переучиваться хрен заставишь. А еще смотри, какая штука: Системные роботики ужасно любят всякую шоковую, нервно-паралитическую и прочую нейтрализующую противника, но нелетальную дрянь. И под воздействием этой дряни самопомощь — идея так себе. Вся надежда на медиков.
Все равно в голове не складывалось: если есть спрос — должно быть и предложение. Солдат на поле боя полно, медиков — дефицит, значит, возможные плюшки должны быть очень весомыми, это же банальная логика.
— А-а-а, думаешь, почему все в парамедики не идут тогда? — усмехнулся легионер и почесал свою лысую голову. — Очень просто: штрафы. Процентное соотношение спасенных менее пятидесяти процентов от всех раненых приводит к серьезным штрафам. Уровень допуска снижается, понимаешь? Точно так же, как снизился бы у легионера, если он прикончил одного робота из двух, обозначенных как приоритетные цели. А уровень допуска — это, как ты понимаешь, такая штука…
— Ну и лажа, — не выдержал я. — Как так-то? Несправедливо!
С другой стороны, во время обучения виртуальный Айболит меня так и натаскивал. Меньше половины раненых стабилизировал — получай удар тока. Так что ничего нового. Но как-то грустно все получается.
— Справедливость? — усмехнулся сосед по комнате. — Кто-то обещал тебе справедливость, когда ты вербовался? Справедливости нет, полковник!
Он явно что-то цитировал, но я не мог понять — что именно. Но это не помешало мне ответить ему другой цитатой:
— Понятно. Имеем то, что имеем… — и переместился за стол, приноравливаясь к компьютерному терминалу, чтобы не теряя времени начать знакомиться с местным инфополем.
Меня задолбал информационный голод на «Чапае», и брошюрки с лекциями, в которых толком ничего и не рассказывали, никак не могли меня удовлетворить. Так что я влез в корабельную сеть и стал просматривать ее разделы, постепенно привыкая к довольно архаичному интерфейсу местного эрзац-интернета.
— Все, сосед, я спать, — сказал Гайшун. — Меня не кантовать. Евдоху — тоже, он на это дело сильно нервный. У него там в капсуле — вся жизнь. А здесь он так — деньги зарабатывает для семьи.
Шумный сосед разделся, аккуратно сложил комбез, поставил ботинки на полочку и пошел в одних трусах чистить зубы — плевать ему было, что по корабельному времени сейчас было шесть часов вечера, у него, похоже, имелся какой-то свой график. Кстати, по сравнению с худощавым Туймановым, легионер «долбославской» Третьей Когорты был настоящим богатырем — с него точно можно было ваять античную статую Геракла. Рост — что-то около ста восьмидесяти сантиметров, татуированный славянским орнаментом торс и длинные руки перевиты тугими жгутами мускулов, движения — легкие, свободные, грациозные — как у профессиональных танцоров и спортсменов. Страшный человек, на самом деле. Машина для убийства. Хотел бы сломать мне ладонь при рукопожатии — точно бы сломал.
Кстати, никакого такого сумасшедшего «долбославия» я при общении и не заметил. Обычный мужик. Хотя — нет ничего более обманчивого, чем первое впечатление. Уж я-то знаю…
* * *
Слегка азиатский Евдоха
Глава 13
Появляется шанс поработать по основной профессии
У них тут имелось что-то вроде мессенджера, где каждый значился под своими родными именем и фамилией, имелась фотка и текущее звание и должность. Просто вбиваешь ФИО — и находишь. Если, например, Тимуров Сорок тут больше одного — то всегда можно определиться по морде лица, с тем ли человеком ты хочешь пообщаться. Первым делом я нашел контакты Палыча и Раисы и послал им заявки, чтобы законнектиться. Подумав немного — сделал то же самое в сторону Гайшуна и Евдохи. Евдоха был мне непонятен как личность, однако — все-таки сосед, мало ли, что-то нужно будет уточнить.
А вот того самого Рогова в поиске я не нашел — похоже, действительно, контора «Рога и Копыта» — это был какой-то внутренний прикол, а на самом деле звали их совсем по-другому. А жаль — сержант-декурион мне как человек пришелся по душе. С другой стороны — всегда можно попробовать найти его через Лазареву, например.
Мой аккаунт уже был зарегистрирован, стоило коснуться браслетом столешницы — и вуаля, авторизация прошла успешно. Не знаю, как там оно все у них было настроено, но едва стоило свеженькому парамедику влезть в дебри местной сети — что-то где-то стрикнуло, и меня стало заваливать каким-то бешеным количеством сообщений в стиле:
«Скинемся на броню и шмот. Давай к нам! Тринадцатая штурмовая центурия Третьей когорты, "Волки Велеса».
«Товарищ, не упусти свой шанс! Предоставляем жилье рядом с Парком культуры имени Отдыха. Лучшие условия для медиков. Тяжелая ала ОБЧР имени Щорса, Первая когорта»
«Господин Сорока, приглашаем Вас к 17–45 в кафе „Шантан“ на собеседование по поводу дальнейшего прохождения службы в прославленных Цветных офицерских центуриях, координаты прилагаются. Офицерское собрание Второй когорты.»
«Не слушай никого, дуй к нам. У нас своя атмосфера, тебе понравится. Надумаешь — залетай в нашу располагу по координатам. Встретим, приветим, все расскажем и покажем. Гробовщик, Десятая абордажная центурия, Четвертая когорта».
И ладно бы, от одного подразделения писал кто-то один! Так нет! Когорта Русского легиона — это серьезная сила, что-то вроде дивизии, если говорить привычным языком. Около десяти тысяч тяжелых пехотинцев, плюс дополнительные части — медицинские, разведывательные, бронетанковые — вот как эта ала ОБЧР, что бы это ни значило. И целое хозяйство для развертывания передовых баз планетарными и космическими транспортными средствами (те же БДК и боты) и тыловыми службами… И всем нужны парамедики. Не соврал Гайшун!
Короче, намного больше сорока заявок. За пару минут!
Увидев такую жесть, я закрыл мессенджер к черту и полез копаться в сети дальше: меня интересовал здешний новостной портал. К месту службы я должен был явиться завтра утром, до девяти часов по корабельному времени, и, учитывая желание всех отведать тела комиссарского (то есть — ассирийского медицинского, конечно), я мог выбирать с чувством, с толком, с расстановкой. И потому — решил отложить этот вопрос на пару часов.
В конце концов, я сюда приехал не только в качестве Рыцаря Печального Образа, который заложил свою жизнь за здоровье маленьких девочек и их мамы. Благородство — это да. Это понятно. Но… Была и еще одна причина.
* * *
— Если воспринять это как самую длительную командировку в жизни — ваше решение станет смотреться несколько по-другому, — вот что сказал высокий, коротко стриженый брюнет в кашемировом полупальто и щегольских джинсах. — Я бы даже сказал — заиграет новыми красками. Тимур Данилович, вы ведь всерьез думаете завербоваться в Русский Легион?
