Утопающий во лжи 14 (СИ) - Жуковский Лев

Стоило применить Идентификацию к этому чуду оружейного искусства, и всё встало на свои места с пугающей, отрезвляющей ясностью.

Проклятое божественное копьё ранга С+. Способность: Врата Вестиала - открытие портала в сердце Бездны, слой абсолютного холода и уничтожения всего живого.

Великолепно. Просто великолепно продуманный план по сдерживанию любых нападок, стирающий любые улыбки и надменность с лица потенциального агрессора. Оружие не нападения, но абсолютной защиты. Ведь пережить открытие Врат Вестиала даже я не смогу в этом теле, слишком разрушительна сама природа этой способности.

Эти мысли, проносящиеся в моих разумах с невероятной скоростью, десятки тысяч вариантов действий просчитывались и отбрасывались каждый миг, внезапно словно врезались в непробиваемую стену. Едва лишь стоило этому чудовищу поднять свою правую руку демонического Бога Вариш’Дааша.

На ней проявилась стигма, знак, метка, печать. Которую должен был знать любой Повелитель и даже Владыка Бездны, любого из её бесчисленных планов и измерений.

Стигма Тзинча. Личная метка Бога Изменчивости, дарованная лишь самым преданным последователям. Знак того, кто идёт путями, недоступными пониманию простых смертных и даже большинства демонов.

Время словно замерло. Все мои разумы на мгновение объединились в один, поражённые открытием.

— Рад лицезреть воочию столь высокопоставленного последователя Тзинча, носителя его личной метки, — громогласно прорычал я, даже немного склоняя свою рогатую голову в знак огромного уважения. Жест, который я не делал уже столетиями. — Могу ли узнать, что понадобилось от скромного Владетеля легиона?

Слово «скромный» было издёвкой над самим собой, но в присутствии адепта Тзинча даже моё могущество казалось незначительным. Эти существа играли в игры, правила которых не понимал никто, кроме них самих и их божественного покровителя.

А ведь я ещё сомневался, кто управляет этим телом на самом деле, демон, преат или возрождающийся бог? Но ошибся во всех трёх вариантах. Передо мной стоял адепт Тзинча, а это категория совершенно иная, не вписывающаяся в обычные классификации.

Проводя первичный анализ, я отчего-то не обнаружил в списке навыков и особенностей столь опасный маркер. Система скрыла эту информацию или же само существо владеет искусством обмана на уровне, превосходящем мои возможности идентификации.

Потому что адепты Тзинча более чем могут пережить открытие Врат Вестиала. Их защищает сам Бог, их души связаны с источником изменчивости напрямую. Это в корне меняло первоначально предполагаемую мной ситуацию, когда в случае конфликта свои тела теряют обе стороны, ведь тогда наступает хрупкий паритет силы.

Но для существа передо мной это было не оружие сдерживания. Это была способность воистину всесокрушающая, абсолютное оружие нападения, которое он мог применить без страха за собственную жизнь.

Метка на руке существа мягко вспыхнула изумрудным пламенем изменчивости, и исчезла, словно её никогда не было. Иллюзия? Или демонстрация абсолютного контроля над божественной энергией?

Двигалось существо неспешно и даже медленно, словно намеренно скрывая свои истинные возможности, искусственно снизив их до жалких 150 пунктов скорости. Для меня с моим уровнем характеристик это было однозначно заметно.

Впрочем, если это действительно было намеренное сокрытие силы, то лично мне это никак не поможет пережить его удар. Точнее, сохранить это тело, которое я взращивал, улучшал, совершенствовал не одно столетие. Терять его я точно не намерен, как минимум без достойной цели, без выгоды, соизмеримой с потерей.

— Я воззвал, чтобы сделать предложение, — прозвучал голос существа, одновременно в реальном слое пространства и непосредственно в моём разуме, минуя внешний контур защитного ментального барьера. — В два предыдущих раза твои действия показались мне… интересными.

Пауза была наполнена смыслом. Не «впечатляющими», не «достойными», интересными. Словно я был жалким импом, за которым наблюдают с предвкушением.

— В мире Сатея Хозз твоё упорство и нежелание сдаваться выгодно выделили тебя из бесчисленного количества посредственностей, — продолжало существо, столь крошечное на фоне моего циклопического по размерам тела, но вызывающее здоровое опасение. — Тогда как на Теселии-7 наблюдать за твоим боем с тиранидами доставило мне истинное удовольствие.

На миг существо замолчало, словно снисходительно давая мне время обдумать полученные данные, осознать масштаб происходящего.

Подумать действительно стоило. Информация требовала тщательного анализа.

В обоих упомянутых мирах я действительно был, это не выдумка и не блеф. В мире Сатея Хозз, где некогда властвовали мелкие гракоты со своими жалкими претензиями на величие, с пространственным порталом происходило что-то неладное. Энергетические аномалии, флуктуации ткани реальности, словно кто-то экспериментировал со структурой измерений.

Сомнений же в том, что именно этот адепт Тзинча открыл прокол в гибнущий от нашествия тиранидов мир Теселия-7, не было никаких. Информацию об этом умирающем мире мне удалось почерпнуть из захваченных душ местных жителей. Их крики о помощи, их странные молитвы явно уже мёртвым богам, которых они называли корпорацией, их отчаяние перед лицом неизбежной гибели.

Существо тем временем продолжило, и голос его приобрёл оттенок, который сложно было определить, насмешка? Искренний интерес? Или холодный расчёт?

— И теперь осталось проверить, есть ли в этом могучем теле столь же развитый разум, способный осознать уровень моих даров. Что ты ответишь мне на это, Ларикш Иор?

Впервые за разговор существо назвало моё имя. И произнесло его так, словно знало обо мне всё, каждую тайну, каждый грех, каждую слабость. Словно читало мою душу как открытую книгу.

— Это скорее зависит от самого предложения… — прорычал я осторожно, параллельно обдумывая возможные варианты действий и даже возможные пути к отступлению, как бы ни претило подобное моей природе.

В первом сознании, молниеносная атака на пределе максимальной скорости, попытка пробить защиту до того, как он успеет среагировать. Шансы на успех неприемлемо низкие.

Во втором, рывок назад в излом пространства, попытка спасти это могучее тело, которое взращивал не одну сотню лет. Шансы лучше, но всё равно слишком рискованно.

В третьем, выслушать предложение, попытаться извлечь выгоду из ситуации. Шансы неизвестны, но хотя бы не предполагают немедленной гибели.

Потому что разговор этот мне совершенно не нравился. Более всего в моём понимании он походил на ультиматум, словно принц Бездны решил «облагодетельствовать» одного из Владык, принеся его в жертву своим тёмным замыслам, своему трону из костей и амбиций.

— Поверь, если бы у меня был замысел пленить тебя, то сделал бы я это куда изящнее, — раздался вкрадчивый голос с лёгкими нотками разочарования, заставивший все мои разумы сосредоточиться. — В бессмысленном же уничтожении ради самого факта разрушения я не вижу ничего для себя притягательного.

Он читал мои мысли? Или просто настолько хорошо понимал психологию демонов, что предугадывал каждую реакцию?

— Да и врываться в твои владения мне абсолютно не интересно, — продолжало существо, и в голосе его появилась хищная нотка. — Как минимум, пока ты не совершишь ошибку…

И замолчало, предвкушающе улыбаясь, выражение, которое посылало волны холода по моему демоническому естеству.

Я же смотрел, но увидеть не мог. Как в одном теле сочетаются столь разные по потенциалу и направленности энергии? Как вообще руки демонического Бога могут быть так сильно пропитаны энергией истинного Света? Это противоречило всем известным мне законам.

Что это, если не изменчивость Тзинча, воплощённая в плоть? Как Искра демонического Бога могла поддаться силе Света, не уничтожив носителя в процессе? Почему кровавое безумие не овладело его телом, не превратило в бездумного берсерка, каковыми становились все носители частей Вариш’Дааша?