— Вопросы есть? — спросил я, отрезая себе кусок торта.
Молчание. Потом Гришка, самый серьёзный из них, медленно произнёс:
— Они… они нас не убьют завтра? Эти алкаши?
— Нет. Во-первых, они проспятся и ничего толком не вспомнят. Во-вторых, они не поняли, кто их положил — для них это был призрак или удар током. В-третьих… — я сделал паузу. — Если хоть один из них появится рядом с вами снова, я с ним поговорю лично. И уже без зелёнки.
Это было сказано так тихо и спокойно, что стало страшнее любой угрозы. Ребята переглянулись. В этот момент они поняли главное: их мир изменился. В нём теперь есть не только опасность, но и защита. Жёсткая, иногда странная, но реальная.
— А что с теми… в гостинице? — спросила Катька, облизывая ложку от крема.
— С «цезарями»? Им сейчас… не до нас. Они будут заботиться о других вещах, о которых им предстоит думать в ближайший месяц. У них появилось много других дел.
Дети захихикали. Для них это была победа. Маленькая, но важная. В которой они приняли участие.
— Но это не конец, — добавил я, и смех стих. — Это только начало. Они приехали сюда не просто так. Они попробуют ещё. Через других. А значит, наша работа — глаза и уши в городе — теперь важнее, чем когда-либо. Вы — моя самая важная опора. Без вас я слеп и глух. И да. Я обещал деньги. Получите утром. Вы молодцы!
Это был не просто комплимент. Это была правда, подкреплённая финансами, а не пустословием. И они её почувствовали. Их плечи распрямились.
* * *
На следующий день я вернулся к тому, что теперь было моей официальной «крышей» и источником ресурсов — к заказу от ФСБ. Ко мне приехал сам Всеволод, мой куратор, с толстой папкой техзаданий. Новой, если что.
— Новые спецификации, — сказал он, разложив чертежи на столе в моей временной мастерской. — Нужны не просто улучшенные щитки. Нужна система. Маскировка для целых отрядов. Подавление магического фона для скрытного проникновения. Всё то, что умеют делать большие Кланы, но в портативном, доступном виде.
Он смотрел на меня пристально. Заказ был огромным и сложным. И очень дорогим. Но я видел в его глазах не только ожидание, но и озабоченность. Ветер с высоких кабинетов дул в нашу сторону, требуя результатов. А он делал на меня ставку.
— Сроки? — спросил я, изучая схемы.
— Жесткие. Первые опытные образцы — через месяц.
— Нереально. Если делать всё вручную, как я делал до сих пор. Нужна… мануфактура. Не завод, но уже и не кустарная мастерская.
Мысль, которая зрела у меня давно, наконец оформилась в конкретный план. Я не мог работать один. Но я и не мог нанимать обычных людей — слишком много секретов. Ответ был передо мной. И он был в другом отделе ФСБ.
— Мне нужны люди, — сказал я Всеволоду. — Не инженеры. Не маги. Люди с «особенностями». Те, кого вы обычно держите на особом учёте. Одарённые, но не маги. Те, у кого есть… способности к тонкой работе. С абсолютной координацией, фотографической памятью, умением видеть микродефекты. Инвалиды, которым вы платите пенсию за молчание о том, что с ними случилось на секретных объектах. Я дам им работу. Они дадут мне точность и скорость.
Всеволод замер. То, что я ему сейчас сказал, граничит с государственной тайной.
— Ты откуда… — начал он.
— Я многое вижу, — перебил я его. — И понимаю. Эти люди никому не нужны. Они — балласт для вашей системы. Для меня они — золото. И я гарантирую, что всё, что они увидят и сделают, останется в этих стенах. Своими методами.
Он долго молчал, глядя в окно. Потом кивнул.
— Ладно. Попробуем. Я подниму вопрос. Но если что…
— Если что — вы ничего не знали. Я их нашёл сам, случайно.
Через неделю в мою мастерскую привезли первых троих. Мужчина лет сорока, бывший часовщик-виртуоз с трясущимися от радиационного облучения руками, который мог собирать микросхемы с закрытыми глазами. Молодая женщина с неестественно бледной кожей, «читающая» дефекты в кристаллах простым прикосновением. И парень моего возраста, почти слепой, но «видящий» потоки энергии как цветные ауры. Они были напуганы и замкнуты. Я показал им чертежи, объяснил суть. Не про магию, а про «специальные приборы». И дал им в руки инструменты.
И произошло чудо. Их руки, которые общество считала бесполезными, ожили. Часовщик, трясясь, гравировал руны тоньше человеческого волоса. Как ему это удавалось, непонятно, но у него получалось. Девушка находила малейшую трещину в «слезе реальности» за секунду. Слепой парень выстраивал энергетические цепи точнее любого прибора. Это был не конвейер. Это была симфония, где каждый музыкант играл на уникальном, повреждённом, но гениальном инструменте.
Производительность выросла в десятки раз. Я отвечал за общую концепцию, за вплетение магии, за финальную сборку и активацию. Они — за ювелирную точность исполнения. Мы начали делать не просто артефакты. Мы начали делать «серии». Но какие! Однотипные, но каждый — с микроскопическими улучшениями, которые я вносил на основе тестов. Это была эволюция в реальном времени.
Первый комплексный заказ — десять комплектов маскировочных плащей для отряда спецназа — мы сдали на три дня раньше срока. Всеволод, принимая изделия, молча покачал головой. В его глазах читалось не только удовлетворение, но и нечто вроде страха. Страха перед тем, какую силу он теперь вскормил.
А я смотрел на своих новых «сотрудников», которые впервые за долгие годы улыбались, чувствуя себя нужными. У меня появилась не просто мастерская. У меня появился «цех». Маленький, странный, но невероятно эффективный. И это меняло всё. Теперь я мог не только защищаться или пакостить. Теперь я мог снабжать. Армию? ФСБ? Местные кланы в обход «Цезаря»? Возможно, всех понемногу. Чтобы сохранять баланс. Чтобы быть не пешкой, а… поставщиком. Независимым и незаменимым.
Пока мои «особые» мастера колдовали над новыми кристаллами, я отвлёкся на звонок от Волкова. Голос у старика был хриплый, но твёрдый.
— Твои «гости» из гостиницы сегодня утром срочно съехали. Все четверо. На такси до вокзала, бросив свои автомобили, потом на первую электричку до Хабаровска. Похоже, твои… «процедуры» возымели эффект.
— Спасибо, Николай Петрович.
— Не за что. Но это не конец. Они отступили, чтобы перегруппироваться. И вернутся уже не двумя машинами.
— Я знаю. И готовлюсь.
— Дай знать, если понадобится старый волк. Мои клыки ещё остры.
— ИО берегите, — посоветовал я ещё раз, хотя сам, через Волкова, отправил ему артефакт защиты, способный спасти от пяти попаданий снайпера.
Я положил трубку. Поле боя опустело, но война не закончилась. Она просто перешла в другую фазу. У «Цезаря» были ресурсы целой империи. У меня — детдом, старый солдат, команда городских «невидимок», цех «особых» мастеров и растущий арсенал. И главное — понимание, что я больше не одинок в этой игре.
Я посмотрел на Катькин шарфик, висящий на спинке стула. Короткий, нелепый своей дикой расцветкой, но необычайно тёплый. Символ того, за что я теперь сражался. Не только за выживание, а за этот маленький, уродливый, но свой мир детдома. И я был готов защищать его любой ценой. Даже если для этого придётся научиться делать не только щиты, но и самое страшное оружие. Просто на всякий случай.
Глава 15
Банда, нет, команда
И всё-таки — я купил мотоцикл, если точней, два. Абсолютно одинаковых, как и те два комплекта одежды и два шлёма. Мотоциклы самые обычные, те, индийские. Дешёвые и надёжные, так как их изготовляют миллионными тиражами, то и технология отработана и конструкция проверена на тысячи раз.
Зачем мне два?
Для наблюдателей, если они будут. Серёга со мной один в один по размеру, права он на прошлой неделе получил, и на оба мотоцикла я ему доверенность оформил.
Рассуждал я просто. Попробуй угадай, кто из нас куда поехал, если ни лица под шлёмом не видно, да ещё и костюмчик одинаковый. Тут волей-неволей придётся вдвое больше наблюдателей держать, и уже пару машин иметь. Что характерно — оно и в два раза заметней станет. Вычислить слежку будет намного проще.
