Земля зомби. Гексалогия (СИ) - Шторм Мак

– Да откуда я знаю, может, у них иммунитет хороший.

– Чушь всё это! Как и твои мысли о том, что лучше оставаться на казенном довольствии. Оглянись вокруг, скоро всё рассыплется, как карточный домик, и не будет никакого довольствия. Ты слышал, о чем шептались бойцы на базе?

– Они все время о чем‑то шепчутся, раньше это были бабы и водка, а сейчас появились другие темы.

– Вот и послушай внимательно эти темы. Говорят, что несколько отрядов спецов из других подразделений уже свалили на вольные хлеба. А армейцы, пока ещё не пославшие на хер власть, уже тоже начинают задумываться о том, куда им свалить. Ты же слышал, что в одной из частей грохнули КГБэшника, которого приставили следить за командиром части, чтобы он соблюдал линию партии?

– Всё это я слышал, но пока….

Разговор прервал писк рации и раздавшийся оттуда требовательный голос:

– Патрон, Зеленый, где вас черти носят так долго?!

Тот, что был в противогазе, ответил:

– Это Патрон. Обыскивали кухню и склад, сейчас будем.

– Шустрее! – поторопил недовольный голос из рации.

– Надевай противогаз и пошли, командир прав, мы слишком много времени тут торчим.

– Ты хорошо подумай над моими словами, пока не поздно! Скоро ушлые ребята всё ценное захватят, и тогда тебе такой склад с дешёвыми макарошками покажется настоящим сокровищем. – проговорил боец с позывным Зеленый и пнул берцем по мешку с макаронами, в которых я сидел прятался.

От страха я перестал дышать, боясь, что верхние мешки сдвинутся, бойцы заметят пустоту внутри и обнаружат меня. Удар ногой пришелся примерно на второй ряд мешков, они достойно выдержали его, не сдвинувшись с места, тем самым подарив мне жизнь.

Когда шаги удалились, я облегченно выдохнул и мысленно поблагодарил макароны. Наверное, это было нелепо и смешно, но мне было всё равно. Немного пошевелившись, я сменил одну неудобную позицию на другую, на что мой живот тут же отреагировал громким урчанием. Улыбнувшись, я его тоже поблагодарил за то, что он не сделал это раньше, и принялся ждать, пока отряд зачистки покинет больницу.

Выбрался наружу я только после того, как спустя некоторое время на улице раздалось несколько выстрелов. Сдвинув два верхних мешка, я вылез и, усевшись на них сверху, с наслаждением вытянул затекшие ноги и принялся жевать бублики, запивая их газировкой.

Разговор двух бойцов дал мне немало пищи для размышления. Если верить их словам, то начался самый настоящий зомби апокалипсис! И я им верил, они явно не шутили, и то, что я уже успел увидеть своими глазами, как нельзя лучше подтверждало это и сразу давало ответ на многие вопросы. Но тут же рождало ещё больше других вопросов.

Теперь нужно понять, появление зомби носит локальный характер или всемирный? Хотя, это не важно, в любом случае мне нужно рвать когти на родину. В Казахстане у меня осталась вся родня, и их судьба сейчас важнее всего остального. Путь предстоит неблизкий, но я справлюсь. А начну, пожалуй, с одежды, а то уже немного замерз, сидя тут обмотанный тонкой простынёй.

Одежду я раздобыл в помещении, где переодевались врачи. Наряд получился весьма своеобразный. Из гражданской одежды подходящего размера тут нашлась только хорошая зимняя куртка и теплая обувь, поэтому в качестве штанов и кофты пришлось надеть легкий больничный костюм врача, синего цвета.

Зомбаков, которых я по началу принимал за заражённых людей, всех перестреляли. Несмотря на это, я всё равно ходил по больнице аккуратно, опасаясь, что ликвидаторы могли не всех найти, и ожидал нападения из каждой двери.

Нужно отдать должное бойцам, свою работу они выполнили на совесть. В больнице не осталось ни одного зомбака, по крайне мере, там, где я ходил. Зато в некоторых местах пол был усыпан телами застреленных тварей. Внимательно осмотрев их, я обнаружил, что группа зачистки старалась стрелять красноглазым мутантам в голову, стараясь повредить им мозг. Интересно, это профессиональный почерк, чтобы не делать контрольные выстрелы, или зомби можно убить только повредив мозг? Уверен, скоро у меня появится возможность это проверить, а пока нужно покидать больницу.

Выбравшись на улицу, я прочитал название больницы. Получалось, что я находился в небольшом городе под названием Березино, который, если мне не изменяет память, располагался где‑то между Минском и Могилевом.

Я жив, могу ходить и знаю где нахожусь – это уже неплохая стартовая позиция, даже несмотря на мою слабость. «Многим повезло гораздо меньше.» – подумал я, идя через двор больницы и смотря на гору трупов у забора.

Тамерлан прервал свой рассказ и закурил. По выражению его лица было заметно, что рассказанные им события оставили на его душе шрамы во много страшнее чем те, которые он мне продемонстрировал на теле.

Я молчал и, дав ему время насладиться сигаретой, принялся за еду, которая всё это время стояла нетронутой на столе передо мной и успела немного остыть. Но, несмотря на это, блюдо было действительно очень вкусным, не зря мне его посоветовала официантка.

Тамерлан расправился с сигаретой, сделал пару глотков остывшего чая и произнёс:

– Что‑то меня накрыли воспоминания. Я тебе не буду рассказывать всё, что произошло со мной за полгода. Не потому, что я вредный, просто на это уйдёт очень много времени. Тебе интересно, кто и как меня взял в рабство?

– Да, но рассказ про больницу тоже был очень интересный.

– Он был необходим, чтобы ты понял, я был далеко не в лучшей форме, после того, как очнулся на больничной койке, не зная, как я туда попал и сколько времени пролежал.

Допив большим глотком оставшийся в кружке чай, сфокусировав взгляд на одной точке, его глаза немного затуманились, он снова заговорил:

– Из больницы я выбрался к дороге, некоторое время брел по обочине, скрываясь при малейших признаках опасности в лесу. Потом раздобыл машину и поехал по дороге, пока не уперся в затор, который невозможно объехать. Машину пришлось бросить и идти пешком, пока не нашел другую.

На М4 я впервые убил зомби, проломив ему голову домкратом, и спас девушку с ребенком, которые закрылись от него в небольшой придорожной гостинице и уже не надеялись на спасение. Прежде чем я добрался до границы с Россией, мне пришлось ещё не раз поменять машины, убить немало зомбаков и спасти людей. Хотя изначально я планировал как можно быстрее двигаться в сторону дома и ни во что не ввязываться. Но пройти мимо людей, попавших в беду, я не мог, что‑то внутри меня не позволяло. Может, виной тому мой характер или воспитание, а может, я надеялся, что, если моя родня окажется в подобной ситуации, то им тоже кто‑нибудь протянет руку помощи и не пройдёт мимо.

В плен я угодил, добравшись до Брянска. К тому времени я уже раздобыл хороший внедорожник, он не раз выручал меня, проезжая там, где другие машины застряли. Мне жалко было оставлять его, поэтому я перестал менять машины, когда в них заканчивалось топливо, и при возможности сливал для него дизель с других автомобилей. Заправки я предпочитал объезжать стороной, там всегда было много красноглазых тварей, либо крутились подозрительные личности с оружием в руках.

Брянск я проезжал по самой окраине города, предпочитая не соваться в центр. Заметив брошенную на дороге фуру и валяющихся рядом с ней кем‑то убитых зомби, я решил, раз кто‑то расчистил улицу от тварей, то глупо не пополнить запасы топлива.

Рядом с дорогой шли длинные здания складов, когда я сливал из бака грузовика в канистру солярку, оттуда вышли 4 человека. Трое несли в руках коробки, четвертый, весело насвистывая, крутил в руке бейсбольную биту.

Увидев меня, он перестал свистеть и направился в мою сторону. Я немного напрягся, но поскольку другие принялись грузить коробки в припаркованный у здания пикап, то решил послушать, что он скажет. Оружия, кроме биты, у него не было видно, поэтому серьёзной угрозы он для меня не представлял.

Подойдя ко мне, вместо приветствия, он нагло заявил:

– Нехорошо чужое топливо брать!