Если раньше миноносцы могли прятаться за пушками и крепкими бортами «Асамы», то теперь они неожиданно оказались один на один против нашего бронепоезда. Нет, были еще городские батареи, но без наводчиков движущаяся цель оказалась им просто не по зубам. Миноносцы в отличие от них нас видели и могли корректировать свой огонь, но у них была другая проблема. Не поставили на них нормальных пушек. А одно 75-миллиметровое орудие и пара 47-миллиметровых скорострелок — это совсем не то, что могло пробить нашу броню, усиленную после прихода новых более мощных локомотивов.
— Эх, если бы еще на берегу были нормальные батареи, а не обманки, — вздохнул рядом Брюммер.
— Не обманки, — поправил я его. — Просто легкие пушки.
— И пугачи, — хихикнул от нервов артиллерист.
— И пугачи, — согласился я.
Действительно, если бы мы поставили на берегу обычные полевые пушки, то японцы по одному звуку залпа смогли бы догадаться, что те им не страшны. С опытом и не такое начинаешь замечать на глазок. Именно поэтому мы добавили к нормальным орудиям детскую поделку. Пара стальных труб с порохом, которые выстрелить, конечно, не смогут, но вот басовито бабахнуть, добавляя дрожи в коленях — это вполне.
Тем временем избиение японского флота продолжалось. Вслед за «Асамой» на дно отправился еще один миноносец, а оставшиеся четыре, бросив попытки вытащить своих из воды, поспешили отойти под прикрытие фортов Инкоу. За кораблями назад потянулись и все отряды, стоящие за пределами города, и за какой-то час все море и все внешние укрепления остались за нами. А еще… С учетом того, что ушедшие было вперед миноносцы сначала вернулись за утопающими, а потом не решились снова пройти над минами, получалось, что о нашем успехе никто во внешнем мире пока не знает.
И это открывало очень интересные перспективы.
* * *
Капитан Йоко с самого детства знал, что его имя означает «ребенок моря», и, возможно, это и определило его судьбу. Увы, из-за слабого здоровья на военный флот он не смог попасть, но и так он сумел показать себя. И сейчас именно его транспорт «Тачибана-мару», несмотря на скромные 6 тысяч тонн водоизмещения, шел первым в колонне с оружием и припасами, отправленными в осажденный Инкоу.
Злые языки иногда болтали, что против грозного русского Макарова городу не устоять даже при поддержке флота. Однако сам Йоко не сомневался в силе японских моряков, тем более что капитаном на прикрывающем город «Асаме» служил его старый товарищ Ясиро Рокуро. Они когда-то росли в одной префектуре, даже жили в соседних домах, и теперь Йоко искренне радовался, что может помочь старому другу удержать русского дьявола. Нет, возможно, против канонерок Макаров что-то и смог бы придумать, но вот полноценный броненосный крейсер… Нет, такую силу не остановить! И пока новый русский флот не придет к берегам Китая и адмирал Того не заберет «Асаму» для большого боя, до тех пор Инкоу будет неприступен!
— Тайсё! — старший помощник позвал капитана, и сердце Йоко, как обычно, сжалось. В детстве ему очень нравилось это прозвище, но чем взрослее он становился, чем яснее понимал, что никогда не получит это звание на самом деле, тем больнее было его слышать.
— Да? — похрустев просоленными суставами, Йоко потянулся и вышел на мостик.
— Подходим к Инкоу, Тайсё… Только там что-то странное.
Йоко поднял подзорную трубу и оглядел окрестности. Нигде не было видно «Асамы» — от этой новости его сердце неприятно сжалось — но в то же время нигде не было видно и русских. Их сплошная линия укреплений, которую он разглядел, когда они подвозили припасы в прошлый раз, казалась покинутой. Тогда, конечно, были сумерки, и деталей было не видно, но сейчас… Там определенно больше никого не было.
— Вызовите город. И сбавьте ход до 4 узлов, — Йоко решил не спешить.
— Инкоу на связи… — радиотелеграф, выделенный головному кораблю каравана, отозвался почти сразу.
— Все коды переданы верно. Сообщают, что ждут нас, — связист принял сообщение целиком и повернулся к капитану.
— Спроси, где «Асама» и где русские.
— У военных? Думаете, они ответят? — связист вытаращил глаза, но, увидев сжатые губы Йоко, передал все, как и было приказано.
— Передают… Капитан, вы с ума сошли? Следуйте в порт.
— Скорость до нуля, — Йоко выдохнул. — И передавайте, что либо они ответят на мои вопросы, либо я уведу караван обратно. И отвечу за это.
— Передаю, — связист сглотнул.
Следующие десять минут все стоящие в рубке люди нервно слушали перестук ключа, а потом… Инкоу ответил.
— Русские поняли, что ничего не могут сделать, и ушли. «Асаму» и половину миноносцев отозвали обратно к Того. А вам, капитан, придется ответить прямо тут.
— Половину? — Йоко поднял глаза к старому, но все еще идеально прокрашенному потолку. — Передавайте вопрос.
— Говорят… — связист успокоился и теперь с каждой минутой смотрел на своего капитана со все большим уважением. — Русские устроили диверсию. Потопили несколько миноносцев, и мы сможем увидеть их по пути в порт. «Асама» тоже пострадал, и поэтому в том числе был отозван. А теперь городу нужны припасы, и если мы их не привезем, то военные позаботятся, чтобы каждый из нас отправился в тюрьму до конца своих дней. Капитан…
Связист посмотрел на Йоко с такой надеждой, что стало очевидно. Угроза его зацепила, да и остальные в рубке начали перешептываться. Сам капитан еще чувствовал что-то неправильное в ситуации, но… В то же время он понимал, что если не поспешит, то его же люди могут его скрутить. Кто бы ни проводил переговоры с той стороны, опыта и умения запугивать ему было не занимать.
— Малый вперед, — Йоко кивнул штурману и довел корабль до входа в залив.
Тут им приказали остановиться, пока не приедет лоцман, чтобы провести их через минные постановки. И он действительно приплыл. Японец, представившийся Сайго Такамори. Из тех самых Такамори. Впервые за последние несколько часов Йоко позволил себе выдохнуть. Представитель старого сацумского рода точно бы не стал работать на врага, а значит, все его предчувствия — просто старость. Бывает.
Окончательно успокоившись, капитан подошел к краю мостика и начал крутить головой, пытаясь высмотреть те самые мины. Не увидел, зато смог разглядеть силуэт затонувшего недалеко от берега миноносца. А потом, стоило им подойти вплотную к площадке с кранами, как двери ближайших ангаров распахнулись, и оттуда на корабль уставились черные жерла пушек. Несколько десятков! Йоко замер, не смея пошевелиться, и тут к тяжелому молчанию стальных орудий добавился топот ног.
Сначала на причал, а через пару мгновений и на палубу корабля начали забегать солдаты в мундирах Русской императорской армии. Как же так?.. В голове Йоко крутились только эти три слова.
Глава 11
Потопить флот, захватить город, взять добычу… Кажется, это должен успеть каждый мужчина? Как ни странно, стоило нам добиться успеха на первом этапе, как это потянуло за собой все остальное.
Отошедшие в Инкоу японцы собирались яростно защищаться, но кто бы им дал. Еще до обеда мы удлинили железную дорогу, сделав разворот возле города, потом подтянули шары для корректировки, а дальше дело техники. Подавили одну за другой все батареи — подошли ближе. Добили остатки японской артиллерии, а заодно и миноносцы, у которых самый крупный калибр уступал нам в два раза, и не было возможности что-то сделать на нормальной дистанции.
Ну, а потом штурм. Роты 1-й дивизии Шереметева ворвались в город, зачищая плацдарм, а потом и рассекая Инкоу на две части. Ночью было немного нервно, но у японцев не нашлось командира, который смог бы придумать что-то большее, чем атаки в лоб. Выстояли, а потом продолжили работу. Разбили город на четыре части, потом на отдельные квадраты. Снаряды, гранаты — ничего не жалели.
В паре мест враг, впрочем, успел неплохо закопаться, и обстрел издалека ничего не давал, но мы не спешили. Зачистили те места, где было проще, а к самым укрепленным позициям прямо по городским улицам проложили временные железные дороги. Можно было и на своих плечах пушки дотащить, но зачем, если на поездах быстрее. Да и волю к сопротивлению они подрывают лучше.
