– Они разного цвета, – я немного удивился педантичности девушки. – Не спутаю.
– Ты-то не спутаешь, а вот торговец вполне может. – Например, простейшее средство для улучшения аппетита один в один похоже на зелье страсти. Ну, представь, что торгаш спутал склянки и вместо ночи любви покупатель получит дежурство в кладовой, и очень хорошо, если закрома будут полными.
Пришлось согласиться.
– Оставлю тебя наедине с твоими зельями. Мне ещё Гая проведать бы.
– Давай. – Селеста уже склонилась над своими драгоценными ящичками и, стоя на четвереньках спиной комне, лишь махнула рукой.
Геймдизайн здесь на пять с плюсом, подумалось мне, пока я наблюдал упругие ягодицы шаманки под полупрозрачным покровом. Кажется, сегодня я приду ночевать к ней.
Чересчур яркий свет урги сменился приятным дневным сиянием. После того, как серьги встали на место, меню снова засияло, приглашая заглянуть внутрь.
Штрих, Друид Двух Царств, уровень 10
Нераспределённые очки характеристик 13
Сила 5
Ловкость 2 (4)
Интеллект 10
Харизма 1(11)
Удача 1
В графе навыков открылась новая способность:
«Предпринимательская жилка
Все торговые операции можно провернуть с выгодой до 50%»
Хороший навык, ради такого можно и с украшениями в ушах ходить. Закончил осматривать меню и пошёл в кузню к рыцарю. Феечки обнаружились там же. Рон сидел на полу, продевая канатики сквозь дырки в импровизированных крышках для волчьих ям. Делал это он с такой ловкостью, что передовики производств удавились бы от зависти.
– Почти закончил, – поднял на меня взгляд рыцарь. – Как поездка?
– Вполне успешно. – Я присел на корточки рядом с ним, рассматривая тряпку, натянутую на деревянный обруч.
– Мы её ещё пылью присыпем и дерна накидаем. Будет незаметно с первого взгляда.
К своему удивлению, обнаружил, что тряпки, снятые с мертвяков, из которых гай сшил крышки, не смердили. Когда я в первый раз брал подобный трофей в руки, думал о противогазе. Или респираторе. Вонь от мертвецов стояла дикая, сравнимая лишь с запахом козла в полном расцвете сил.
– И кто взял на себя труд осквернить нашу реку остатками мертвечины? – весело спросил я.
Забавно представить себе Гая Рона 52 уровня, сидящего на корточках у берега и тщательно полоскающего остатки одежды. Феи слишком брезгливы для такого, даже грязные доспехи, которые остались с прошлой битвы, они таскали с отвращением. С ещё большим остервенением на лицах оттирали руки.
– Девчонки наши молодцы, – заметил рыцарь, а моя челюсть медленно поползла вниз.
– Я думал, они очень брезгливы касательно всего, что связано с мёртвыми.
Воззрился на фей, которые упорно отводили глаза в сторону. Рон заржал как племенной жеребец, затем, отсмеявшись и вытирая проступившие слёзы, ответил:
– Ты просто не знаешь рычагов воздействия. Как-то же они потрошили животинок на алтаре?
Я задумался и понял, что на этом моменте как раз поведение фей с моими шаблонами расходится. Перед глазами стояла картина, как Антея с Дафнией чуть ли не сияя развешивали по алтарю мой ливер в самый первый день. Хитрые жрицы.
– Вернёмся к нашим баранам, – скрывая негодование, продолжил я. – Сколько тоннелей ты проделал?
Рон, отложив работу, поднялся.
– Пойдём покажу, в двух словах сложно объяснить. Девчонки, доделаете? – Гай кивнул на недоделанную крышку.
Антея с Дафнией отозвались согласием и тут же отвернулись, будто происходящее между мной и Роном их ни капли не касалось. Мы вышли. Невдалеке пасся цурул.
– Призывай своего коня, здесь только один, – сказал Рон и взобрался на птицу.
Позвал пета. Питомец, взметая пыль, прискакал на зов в считанные секунды.
Мы неспешно двинулись по узкой тропке. Со стороны вход можно было и не заметить, лишь внимательный усмотрел бы подозрительное отсутствие кустарника в точке входа. Пологий спуск казался длинным, по моим прикидкам, мы оказались метрах в десяти под землёй. По стенам на каждые несколько метров висели странные, в форме перевёрнутой капли, кристаллы, дающие достаточное освещение.
– Селеста постаралась, – сказал Рон, с теплотой упоминая о шаманке. – Не сделай она нам светильники, здесь было бы темно как в безлунную ночь.
– Вход один? – спросил я, смотря вдаль. – Судя по тому, что куч на территории Пустоши много…
– Нет, шесть, – не дал мне договорить Рон.
Мы шли вдоль коридора, высота которого позволила цурулам мерно бежать, не пригибая головы. Да и в ширину два человека смогли бы помахаться на мечах. Не без неудобств, но четыре метра вполне позволяли маневрировать.
Мы с рыцарем дошли до круглой залы, в которую входили шесть тоннелей.
– Наш тоннель и этот, – Гай ткнул пальцем в просвет напротив нас. – Выходят на наш берег. Эти два, – мой собеседник вытянул обе руки, показывая на следующую пару слева от себя. – Выходят тоже на наш берег, но по бокам Древа на границе кроны. Последние, самые длинные, ведут в Пустошь. Выход как раз прямиком в тыл. Если погань придёт войском до двух тысяч, то тоннель как раз будет в тылу, если больше… Впрочем, пока ещё рано об этом думать. Сестра Селесты придёт с тысячей мертвяков, пока нам необходимо готовить укрепления для них. А там дальше уже решим.
Я кивнул. Опыта у меня в подобных делах – всего парочка стратегических игрушек. Да и вообще, каким образом четверым Детям Древа завалить тысячу боевых единиц врага во главе с Шаманом. Если даже Ученица Шамана шороху навела. Теоретически я это мог себе представить, но плохо. Тысяча. Целая тысяча мёртвых в латах или верхом на цурулах, при постоянном воскрешении. Сложно. Последняя надежда на башенные кристаллы.
– О чём задумался? – изрёк Рон.
Цурулы мерным шагом двинулись к дальним рубежам наших катакомб.
– О тысяче мертвяков, – не став врать, признался я. – Ума не приложу, каким макаром их выкашивать. Эти твари могут снова подниматься, а чтобы остановить постоянный прирост…
– … Надо будет подумать, как выкосить их главную тварь, – продолжил за меня Гай. – Ты так и не сказал, сколько у нас времени?
– Шесть дней.
Рыцарь нахмурился, что-то подсчитывая, затем проинформировал:
– Уверен, что успеешь в Алесун? До тракта придётся пешком идти, вряд ли твой цурул сможет нормально двигаться сквозь заросли. Это день пути. А там, дальше, конечно, попроще будет, верхом тем более. Тебе рекомендации сейчас дать или перед дорогой?
– Сейчас, пока ещё соображаю, – ответил я, понимая, что во время спешки при сборах я могу одну половину не услышать, а вторую половину попросту не понять. Пока у нас есть немного свободного времени, вполне можно и языками почесать, и подумать о важных деталях, уточнить, переварить.
– Смотри. Ты сейчас двинешься на север вверх по течению. Из вида реку лучше не упускать. Как только попадётся на глаза добротный мост на ту сторону, знай, тракт идёт именно от него. Дорога хорошая, но всё же осторожность не помешает.
– Разбойники? – И всё-таки я же должен знать, кто мне угрожает. Хотя, с такой грозной птицей можно и не беспокоиться.
Рон мотнул головой и пояснил:
– Разбойников сейчас на тракте днём с огнём не сыщешь. Разве что залётная шайка какая, либо прочая мелкая нечисть, которой не писан закон. Вроде гоблинов. Но осторожность лишней не будет. Дальше, – Гай глубоко вздохнул, продолжил: – Свой чудо-гриб на людях не показывай. Мы уже привыкшие, а вот народ в Алесуне суеверный. Всё, чего они не видели и не знают – мёртвая магия. А потому могут сжечь или утопить, тебе даже право выбора предоставят.
Я в некотором удивлении раскрыл рот. Странно. Башенными кристаллами они пользуются, зельями – тоже, а живые рюкзаки вдруг станут для них пиком непонимания?
– Не надо так реагировать. Говорю же, крестьяне в основном боязливые: нежить нет-нет набегами ходит, рыцари и король только железом погань выжигают. Зато у Сальвира что ни командир, то шаман или чернокнижник, а то и вовсе лич. Поэтому осторожнее.
