– Да? Откуда такое мнение?
– Я сталкивался с ними несколько раз. Кое-что интересное видел. Может, потом расскажу.
– Ооо, так ты ценный кадр! Это ты с первого дня что ли шатался в лесах?
– По всякому было. Но с тобой я в общем согласен. Мне тут тоже не все понравилось.
– Вот-вот. Ну всё, получай ключи. – Джонни протянул мне кольцо с ключами. – Можно уже спокойно на ужин идти, в очередь вставать. Никто твои вещи не возьмет, хотя тут и с открытыми дверьми не воруют – не слышал о таких случаях. За воровство сразу с базы выгоняют, на совсем.
– Спасибо. А что, в столовой большие очереди?
– А как ты думал? Народу много, хоть и по сменам все разбиты.
– Кстати, а ты сам-то думал, что будет, когда запасы еды закончатся?
– Так вроде их очень много ещё. – Джонни похоже еду и будущее вместе не связывал.
– Ну да, а людей сколько? И сколько там может быть этих запасов?
– Верно. Черт, даже не задумывался. Тогда ещё быстрее валить надо. Только хорошо бы на машине…
– Я на машине приехал, правда там бензина почти не осталось.
– На стоянке поставил? Тогда забудь. Пока выезжать будешь, или арестуют, или расстреляют.
– А если разрешение на выезд получить? Тут же вроде разрешения на выезд дают?
– Многие пытались получить такое разрешение, да не всем его дают. Надо доказать, что тебе туда действительно надо, и чтобы городу было интересно то, что есть там, куда ты поедешь. Не все так просто, но попытаться можно.
– Я завтра на 9 утра записан в Совет, как раз буду говорить о получении такого разрешения.
– Точно? Круто! Постарайся быть убедительным. Тебе попутчик не нужен кстати?
– Подумаю. Меня самого ещё никто никуда не выпустил. Понимаешь, у меня на военной базе ещё и оружие осталось. Мне сказали, что если мне дадут разрешение на выезд, то дадут обратно оружие. Без него не хочу так просто убегать.
– Блин, так ты со стволом приехал? Что ж ты сразу не сказал! Тогда тебе точно нужен попутчик, я гарантирую! – Джонни сам засмеялся своей шутке. Но смотрел похоже с неподдельным интересом.
Так, за болтовней, подошли к центру, вышли на площадь поменьше ратушной, Моритцплац. Столовая размещалась в здании бывшего большого магазина, универмага, на “нулевом” этаже. Эскалаторы наверх были заблокированы и завалены так, что вверх по ним было не пробраться. Джонни сказал, что по слухам именно там, на верхних этажах, и хранятся запасы еды. Я не очень понимал, как там может хранится что-то скоропортящееся, но может и так, что скоропортящегося ничего и нет, а может, что там ничего такого не хранится вовсе. Или они подключили к генераторам холодильные установки, и тогда туда уходит большая часть энергии. Впрочем, слухи есть слухи.
Изнутри столовая оказалась очень простой – часть нижнего этажа универмага полностью очистили от стендов и вешалок, расставив там простые столы и скамейки. Неподалеку от входа располагались несколько передвижных торговых ларьков-трейлеров, к каждому из которых выстроилась очередь. В каждом таком ларьке работало двое – один принимал талоны и наливал напиток в кружку, второй накладывал что-то в тарелку. Очередь двигалась достаточно быстро, и мы постояли всего минут десять. Сегодня давали рис с овощами, скорее всего из разморозки, и напиток вроде компота, сильно разбавленный водой. Вода, кстати, тут доставалась из-под земли, работал один электронасос, но он был исключительно для нужд столовой и других “государственных” объектов. Так же было несколько обычных ручных колонок водозабора, где люди самостоятельно набирали себе воду для мытья, туалетов и прочего. Джонни обещал помочь достать пару ведер, чтоб я так же мог перестать уже чесаться.
Ужин улетел моментально, я его даже толком и не почувствовал. Сегодня была среда, поэтому у меня оставалось ещё 4 талона, одинаковых, без дат на них. Голод победил, и я предложил Джонни простоять ещё раз в очереди, оплатив ему ужин, в обмен на его помощь с моим благоустройством тут. Он согласился до того, как я закончил свое предложение. Еды тут давали немного, не разжиреешь. Джонни сказал, что раньше было больше вроде, и может уже начинают потихоньку пайки урезать, кто знает. Что буду я есть в субботу и в воскресенье, я пока не знаю, это новый вопрос, который потребует от меня решения, но не сейчас.
Вторая порция ужина пошла уже спокойнее, и к концу трапезы я себя впервые за последние дни почувствовал сытым. Мы конечно же пересидели свою смену, и уже выходя из столовой я услышал, как меня кто-то окликнул. Это была Элизабет Фишер, из инфослужбы, она радостно махала мне рукой из очереди. Видя мое замешательство, Джонни только улыбнулся, незаметно показал мне “окей”, и ушел. Я же подошел к девушке, и составил ей компанию в ожидании, уже безо всяких гастрономических притязаний. Она получила свою порцию, мы нашли место за столом рядом с пенсионерами, я галантно отказался от предложения разделить ее еду, внутренне обрадовавшись тому, что только что съел две порции, и отказ получился убедительным.
– Как вы устроились? Уже выбрали себе квартиру?
– Да, спасибо! Уже выбрал комнату, дом пустой почти, есть из чего выбрать. Теперь только так, по мелочам.
– Отлично! Устроитесь – приглашайте в гости! – улыбается. То ли настроение хорошее, то ли легкий флирт. Интересно.
– Вас – первую. Но надо сначала устроиться, чтобы не ударить в грязь лицом. Где у вас тут продают лучшее шампанское?
Она засмеялась с готовностью, и дальше за едой говорили о ерунде. После еды я вызвался проводить ее до ее дома, который был недалеко от центра.
– Я думала о вашем вопросе. Насчет изучения зараженных. Мне тоже показалось странным, что никто на Базе этим вроде как не занимается. И я поискала, поспрашивала у знакомых информацию. Так вот, все же какие-то работы в том направлении явно ведутся, правда, не на нашей базе.
– У вас есть связь с другими базами?
– Нет, связи нет… Но судя по всему, представители разных баз порой путешествуют друг к другу. Один раз от нас выезжал большой вооруженный конвой, в котором куда-то возили нескольких наших руководителей. Через один день конвой всех привез обратно. Никто никому ничего не рассказывал, но насколько я смогла понять, они ехали на какую-то другую базу, именно с целью объединения усилий по изучению заражения.
– Почему вы так думаете?
– Один из тех, кто ездил, из Совета – это мой родственник, дядя. Он ко мне хорошо относится, а сейчас вообще мне как отец. Он дал понять, зачем ездил, но правда сразу сказал, чтобы я больше не спрашивала, потому что рассказать больше он все равно не сможет – не имеет права.
– И какой был результат?
– Без понятия. Никакой информации.
– Почему из этого делается секрет? Это же так естественно – изучать то, с чем мы столкнулись?
– Это прямо мои слова. Но мне ответили, что я многого не знаю и не понимаю. Как всегда – слова про “это для вашей безопасности” и всё такое.
– Странно. А вы не знаете, где находится та база, куда они ездили?
– Нет, не знаю. Но не очень далеко, раз они скатались туда-сюда за два дня. Дядя ворчал что-то про “восемь часов тряски в жестяной банке”.
– Ого, восемь часов это немало. Можно далеко уехать. Спасибо, что делитесь со мной информацией.
– Пожалуйста. Знаете, вы первый, кто задает такие вопросы, наверное. По крайней мере мне. Всех остальных интересовало только, как тут устроиться получше, и когда нас спасут.
– Ну, я просто считаю, что немного неправильно ждать, чтоб меня спасали.
– Вот потому с вами и делюсь. А вот в этом доме я и живу.
Дом был небольшой, двухэтажный, очень аккуратный – даже с маленьким садиком на заднем дворе. В этом квартале центра было потише и почище, тут явно селились не простые смертные. Все верно, руководители и “госслужащие”, у них всегда привилегии. Поулыбались друг другу, попрощались за руку, преодолев неловкий момент как бы свидания, и я пошел в сторону своего жилья. Полная темнота ещё не наступила, был как раз тот миг весеннего вечера, когда темнеет практически на глазах, можно даже проследить за тем, как неуловимо наступают сумерки. Вместе с темнотой вернулось чувство настороженности, чуть притупленное местной спокойной обстановкой. Легкое непринужденное состояние после общения с приятной девушкой шагов за десять испарилось. Сразу бросилось в глаза, что на улицах по сравнению с днем стало очень мало людей. Наружного освещения по понятным причинам не было, в окнах кое-где можно было разглядеть огоньки, но тоже нечасто. Два раза встретил патруль военных, но ко мне они не подходили, хотя смотрели пристально.
