— Не могу терпеть… — тихо сказала Анна, и с обречённым вздохом мужики потащили лодку обратно. В село. Соболезную, мужики, но как говорил один герой, жизнь — боль.
Вскоре я закрыл ворота и вернулся к Любаве учить китайский. Не знаю из-за китайцев или нет, но четыре дня пролетело незаметно. И за эти дни уровень воды неплохо так уменьшился, да и снега подтаяло неплохо.
(говорит на китайском, кит) — Хорошая погода, дорогой товарищ, — сказала Любава, вышедшая на улицу.
(кит) — Не то слово, моё сладкое сердце. Этот солнце хорош и могуч.
(кит) — Да, могуч! Греет надежда и вера в партию, — заулыбалась рыжая.
(кит) — Товарищ, за столь высокую веру в партию вам полагается миска риса и кошкожена.
(кит) — Я благодарить вас. Пойду рожать тридцатый сын! Всё для родина!
(кит) — Молодец!
Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Слишком много просмотрели мемов, роликов в интернете и фильмов про Китай. И нет, мы не бездельничали, а отдыхали мы в перерывах между тренировками и медитацией.
— Но вода и правда неплохо ушла. И ещё…
Текущая концентрация маны: 8.1з
Вода, вытекшая из пруда, обильно насытила тут всё маной… Ну и проснулись синие кувшинки. Они вновь поднялись на поверхность воды, активно выделяя ману. Так что вскоре быть десятке!
Я поспешил к воротам и, открыв калитку, выглянул. Там было немного хуже, чем у нас, но в целом, хороший внедорожник сможет пробраться через «Это». Ну или мы в сапогах.
Но…
— Смотри! — Любава рванула вперёд и, хлюпая сапогами по мокрой почве, примчалась к…
— Клубника! Не сразу заметил из-за того, что она белая, — я присел и посмотрел на прелесть. Белый куст. Средь белого снега и где-то там стоит посох, который уже покосился.
Последние недели мы не занимались клубникой, ибо… смысл? Она утонула… А вот сейчас мы подошли к посоху и, вонзив его в землю, рядом с большим кустом, сперва я дал три заряда, которые понеслись по корням и усикам от куста к кусту, потом и Любава.
Вся наша клубника — это одно семейство. Осталось понять, сколько у нас клубники-то. Но это будет понятно, только когда снег полностью растает. Ну и раз снег уже подтаял я взобрался на Занн и пошёл в разведку.
Ей тяжело идти, но и зверью будет тяжело. Так что вооружился я сразу как для сражения. И мы двинулись к озеру.
— Эй, птица, ты странных зверей не видела? — спросил я у вороны.
— Видела, — каркнула она. — Волков огромных.
— Где?
— Откуда ты пришёл.
— Это мои волки, и они не странные. А других видела?
— Нет.
— Понял, спасибо.
Мы двинулись дальше, останавливаясь раз в полчаса, спрашивая о чудовищах. И нашли… в одном болоте лежал лось. Выглядел он жутко и смотрел на меня своими красными глазищами.
Тварь затянуло в трясину, и выбраться зомби уже не мог. Но стрела меж глаз убила тварь. Затем мой грибок сожрёт чудовище изнутри. Дабы никто не заразился.
Мы пошли дальше и услышали про медведя, который задрал жуткого вепря. Медведь обнаружился на небольшом холмике. Метра три в высоту, и на нём рос дуб. Ну и медведь, который лежал под деревом.
Выглядел он плохо. Но при этом увидел меня и зарычал.
— Спокойно, я помогу тебе.
— Человек? Поможет?
— Помогу, я не обычный человек, — взмахнув рукой, создал заклинание, которое помогает мне быть более «приятным» для жителей леса.
— Помоги… болит…
Он повернулся другим боком, а там раны от бивней, и они загноились…
— Помогу. Терпи.
Я подошёл и начал очищать раны, и медведь стойко терпел, а потом я зашил их и достал отвар.
— Пей, косолапый, — открыв полулитровую бутылку, напоил зверя. — Тебе полегчает. Других лекарств у меня нет, но я думаю, ты выкарабкаешься. И когда сможешь ходить, приходи к моему дому, окажу помощь.
— Благодарю…
Медведь закрыл глаза и вырубился. Похоже, из-за боли и ран он не мог выспаться. Сейчас же боль должна была ослабнуть.
Вскоре мы двинулись дальше. Эта зараза подбирается всё ближе и ближе… Ну ничего, снег уже сходит, и вскоре начнётся охота. Настоящая охота!
Глава 3
Москва.
Частная клиника «Надежда».
Две недели назад.
Черных Руслан Борисович, владелец клиники, ворвался в небольшой кабинет. Там, за столом уже собрались четыре врача, между которыми суетилась секретарша, раскладывая папки с документами.
— Добрый вечер, товарищи, — сказал тот и шустро сел во главе стола. — Итак… — мужчина взял папку с документами, но тут же положил её на место и кинул взгляд на своего главного врача.
Им был пожилой мужчина в белом халате с уставшим взглядом.
— Что по Сычевой?
— Сложно сказать… — начал отвечать главврач, но был перебит.
— А вы постарайтесь.
— Да, Руслан Борисович, — вздохнув, старик продолжил: — Мы не можем объяснить, как это вообще возможно, но от рака не осталось и следа. Рецидив также исключён.
— Понятно. Что по восстановлению? Как долго займёт её лечение?
— С этим тоже странно. Всю предыдущую неделю мы наблюдали ускоренное восстановление организма…
— Насколько ускоренное?
— Будто девушка, скажем, девять месяцев получала качественное лечение.
— Даже так… — глаза Черных загорелись, но тут же погасли, вспомнив, что лекарство так легко не получить. — Но я повторю вопрос, как долго займёт её лечение?
— За пять лет болезни организм Ульяны Леонидовны сильно…
— Я знаю. Срок, — потребовал Руслан Борисович.
— Реабилитация и восстановление займут в районе трёх-четырёх лет. Но если вы о стационаре, то от трёх недель до двух месяцев. После чего Ульяне Леонидовне можно будет перейти на домашнее лечение.
— Понял, благодарю, — Черных погладил подбородок, размышляя об этом. — Когда выводим из комы?
— Сейчас и будем решать, — ответил главврач. — Но я не вижу смысла тянуть.
— Понял. Ладно с этим решили, переходим к другим вопросам…
Заседание вышло долгим и утомительным, но продуктивным. И вернувшись в свой личный кабинет-комнату, мужчина рухнул на диван да кинул взгляд в окно. Природа быстро набирала силу, и не пройдёт много времени как всё будет зелено.
— Что ж за лекарства-то такие?.. — размышлял он вслух. — Как их получить… Мало того, что вакцина вышла, так ещё и это… — он прикусил губу и подошёл к окну. Но вдруг зазвонил телефон.
Подавив раздражение, ибо уже поздний вечер, Руслан Борисович подошёл к дивану, на котором оставил телефон. Но, увидев номер звонящего, тут же выпучил глаза и схватил телефон.
— Да, Павел Николаевич!
— Добрый вечер Руслан, кхе-кхе… Скажи мне, милок, по поводу Сычёвой? Что там за «волшебное» исцеление?
Черных едва не схватился за сердце.
— Это долгая история…
— Ну так поделись ею. Мне очень интересно, почему какая-то девка вылечилась, а я нет.
Набрав полную грудь воздуха, Руслан Борисович принялся рассказывать про странного сибирского знахаря.
* * *
Сибирский лес.
Три дня спустя с начала экспедиции.
— Давайте слева на него! — крикнул я, и два волка набросились на огромного оленя-монстра.
Это чудище было покрыто наростами из грязи, смешанной с кровью. Они, словно шипастая броня, покрывали всё тело бывшего оленя.
Сам же олень с частично обломанными рогами был типичным заражённым зверем. Игнорировал раны и повреждения тела. Глаза красные. Но при этом он, как и тот волк, был разбухшим да фонил маной.
Лишь сейчас смог это проверить, потому что олень не самое ловкое животное. У зверя, помимо физического заражения, присутствует и духовное заражение. Злой дух отравил душу!
Он как демон, который питается душой. Но слабый демон, и если я правильно понял, то питается за счёт зверья, заражая их и создавая что-то вроде фермы маны.
