На ходу втянул в себя чёрную ману, и вновь из земли вырвался корень, заставляя медведя споткнуться.
И пока он поднимался, я забрался на дерево. Пришлось, правда, отбросить копьё и лук со стрелами. На дереве оно всё мне не понадобится.
А вот медведь считал иначе и лез больно дерзко и нагло. Но… дерево жадно высасывало из него ману, насыщаясь ею. А напитанное маной дерево, что? Правильно, легко поддаётся контролю!
Две большие ветки согнулись, прижимая медведя к стволу дерева. И раздался полный ярости рёв. Но нет. Дерево лишь насыщалось маной, поглощая её из медведя. И вскоре тот рухнул на землю да замотал головой.
— Косолапый! — крикнул я. — Я тебя спас. Ты мне должен! Помоги мне уничтожить зло, которое захватило тебя.
— Страшно… не хочу… — медведь встал на лапы и поспешил уйти.
— Я тебе приказываю! — рыкнул я, используя остатки маны. — Эти существа захватывают твою территорию. Ты должен сражаться за неё. В противном случае тебе придётся бросить свою территорию и рискнуть отобрать чужую.
— Страшно… но хорошо… — согласился косолапый и вовремя. Появился хромающий «гнилой» волк. И не успел тот поднять рожу, как яростный медведь подбежал к нему и одним ударом едва не снёс голову.
Волк безвольной тушей рухнул у дерева и начал дымиться. Но не умер! Грёбаный зомби…
— Держи его, и он сам умрёт! — крикнул медведю, и он послушал меня, прижав волка к дереву. Тот дёргался и вырывался, но всё было бесполезно. Там медведь весит килограмм триста или четыреста.
В этот момент я увидел, как из леса выскочила большая группа зайцев! Красноглазые ушастики, выглядящие покусанными, навалились целой волной и… попадали у деревьев.
Лишь пятёрка смогла прорваться, но на них тут же напали волки и, хватая зубами, побросали к деревьям, ликвидируя угрозу. Хах! Я бросился к ним, дабы успеть на «пирушку». И в этот момент терпение медведя в пещере лопнуло, и он начал выходить.
Вот только он оказался настолько большим, что каменная арка на входе начала рушиться, а земля осыпаться. И лишь с огромным трудом чудище показалось на солнце.
— Да уж… Мне бы огненную бомбу…
Глава 4
Медведь, выглядящий как молодой Шварценеггер на стероидах, имел редкие клоки шерсти, а плоть его была черна и покрыта гнойными наростами. Кожа на морде обвисла, зубы почернели от гнили, а глаза краснющие.
Вот тебе и воздействие некротической энергии. Она разрушает всё живое, включая стража, которого создал себе злой дух.
— Страшно! — проревел молодой медведь.
— Так и не сражайся с ним. Главное, мелочь ко мне не подпускай! — я кинулся к своему оружию и быстро закинул на спину колчан да лук. Ну и копьё не забыл взять. И весьма вовремя, потому что эта громадина, весом под тонну, врезалась в дерево, перед которым я стоял миг назад.
Бедная сосна сломалась надвое и рухнула! А этот повернулся ко мне и яростно проревел, получая стрелой в открытую пасть. Но грибок, оказавшись внутри, тут же умер из-за некротической энергии… Тварь!
Медведь раскусил стрелу, вновь рванул на меня да врезался в ель. Бедное дерево аж с корнем вырвало из земли. Но я воспользовался моментом и ткнул копьём меж рёбер твари. Однако медведь этого даже не заметил, лишь повернул ко мне свою жуткую рожу.
Но в этот момент на его спину залетел Лай и принялся когтями рвать шкуру. Полился гной из наростов на спине, а также гнилая чёрная кровь. Но гиганту, казалось, это всё без разницы. Словно слону дробина.
Думал он… Пока поваленная ель не вытянула корень, пронзив раненое брюхо чудовища и цепляясь за рёбра.
— Больно, да? А теперь соси!
Медведь меня не понял, да и не смог бы. А вот злой дух ощутил, как из медведя потянулась мана. Ель-то всё ещё сияла руной! Так что миг спустя в грудь вонзился и второй наполненный маной корень.
Вздохнув полную грудь воздуха, чудовище яростно взревело и начало рвать ель. Я тем временем его колол копьём, а Лай рвал когтями. И да, дерево для духа сейчас было опаснее, поэтому мишка на нас не отвлекался. И, к сожалению, корни долго не продержались.
Медведь вновь повернулся ко мне, уже нанёсшему дюжину ударов.
— Живучий, да? — поинтересовался у медведя. Он в ответ просто побежал на меня, попутно скидывая с себя волка.
К сожалению, у меня не было крутых приёмов, чтобы убить тварь с одного удара. Поэтому… я полез на кедр и, оказавшись на ветвях, достал лук и начал стрелять.
Медведь попытался протаранить дерево, но оно очень прочное и менее повреждённое из-за некротической энергии. Кедр тряхнуло, но я удержался и сделал выстрел, попадая в плечо монстра.
Тогда зверь начал бить лапами по дереву, сдирая кору и повреждая ствол. Но не вышло… Кедр был слишком крепок, и медведь стал трясти дерево.
Тут уже пришлось хвататься за ствол дерева, дабы не упасть. Но тут подбежал Лай и вгрызся в лапу медведя. Впрочем, чудовище этого даже не заметило. А вот кедр, вытягивающий ману из зверя, очень даже заметил.
Корни дерева резко впились в раны чудовища, оставленные копьём, и начали обвивать рёбра. Это сразу же взбесило медведя. Но на него опустились ветви, прижимая к стволу. Вот по веткам я и спустился да рванул на холм.
Позади раздался яростный рёв, и медведь начал вырываться. Но я уже влетел в пещеру и оказался на круглом каменном алтаре… Дьявол! Лисички и косули, да?..
Здесь лежали пятеро мужчин. Когда они умерли, я не знаю, но некротическая энергия сама по себе неплохо разлагает трупы. Собственно, от них и идёт эта энергия.
Ладно. По центру каменного круга, стоял деревянный идол. Очень древний и изображающий человека с лосиной головой. Попался…
— Ра-а-а-а-а! — яростный рёв сотряс землю, и, судя по дрожи земли, медведь уже бежит… Но раздалось лосиное фырчание, и я услышал, как падает огромная туша… Занн? Осторожней, блин, будь, а я… Пора — это заканчивать!
Вскинув руку, коснулся алтаря и оказался посреди поселения, состоявшего из шатров. Ну и деревянный тотем стоял тут же, по центру поселения. Каменного круга не было, зато были олени, лежавшие у тотема и истекающие кровью.
— Ты — глупец, что явился сюда. Я триста лет копил силы и…
— Триста? — рассмеялся я и подошёл к тотему. — Ещё один юнец на мою голову. Мне четыреста лет!
Замахнувшись рукой, ударил по тотему, отчего тот лопнул и обломки разлетелись на десятки метров. И в пяти метрах от меня на землю упал жуткий мужчина с лосиной головой и мощными чёрными рогами.
— Невозможно! Люди не живут столько! — по-лосиному провыл мужчина, быстро вскочив на ноги. Ростом он невысок, да и крепким телосложением не отличался.
— Обычно не живут. Но если возвращаются из иного мира, то легко. А вот ты откуда взялся?
— Я — Лос, дух болезни, родился в молитвах и жертвах смертных. И ты, смертный, сейчас познаешь весь тот ужас, на что я способен!
Лось вскинул руки, и из палаток повалили люди в необычных одеждах. Но важно не это, а то, что на их телах росли огромные волдыри, размером не меньше спелого мандарина.
— Значит, тебя создали не боги?
— Я и есть бог! — вновь воскликнул злой дух и указал на меня рукой, но я перебил его.
— Я про иномирных богов. Белая шлюха, там, или Чёрный мудак. Знаешь таких?
— Я не понимаю, о чём ты, смертный. И не заговаривай мне зубы, это бесполезно, ведь ты… — в этот момент лось яростно взвыл, потому что поздно… зубы я уже заговорил.
— Я — друид, и в моей душе сохранены бесчисленные растения, в том числе Канелия Драконья, — оскалившись, я хлопнул ладонями, и сотни цветов, которые, казалось, были покрыты зелёными чешуйками, размером с дыню открылись.
Оранжевый дым хлынул во все стороны, заполоняя всё в округе.
— Спасибо, что сказал, кто ты. Канелия Драконья — это цветок, который известен тем, что уничтожает любые бактерии, инфекцию, вирусы, и болезни, производя полную стерилизацию. Правда, мало кто переживает это…
Когда оранжевый туман развеялся, вокруг разлагалась даже земля. Похоже, я верно подобрал растение…
