– А к нам прийти праздновать вы не подумали? – проворчала она, глядя на троицу.
– Э-э… – растерянно протянул Фельсифул, покосившись на Ривера.
– По правде говоря, мы и в мире живых не планировали праздновать, – мягким тоном произнес Люциан. – Мы с Каином День перерождения не обсуждали, и мне кажется, что он не придает ему большого значения и, скорее всего, даже не помнит о дате – он на совете с самого утра. Пока он занят, я решил организовать скромное торжество, пригласить Бога Обмана, Бога Войны, Бога Воды и Бога Ветров, чтобы распить вместе с ними и Каином кувшинчик вина, но Фельсифул предложил устроить более масштабное мероприятие, вот так мы и оказались здесь. Думаю, позже мы обязательно заглянем к вам.
Владычица мира мертвых переглянулась с мужем, и они осуждающе посмотрели на Фельсифула.
– Что? – Его лицо карикатурно вытянулось. – Племяшка любит хаос, а где еще его найти, как не на грандиозном торжестве?
Владыки сделали вид, что поверили ему.
– Пойдемте в замок. – Владычица махнула рукой и повернулась к ним спиной. – Я прикажу подать несколько кувшинов вина из арабиса – так оно называется, – а потом мы поможем вам вернуться в седьмой город, брешь ведь там, не так ли?
– Верно, – ответил Люциан, направившись следом.
До замка они добрались довольно быстро. Еще по пути владыкам мира мертвых удалось поймать слугу и попросить его принести четыре кувшина вина в гостевую комнату. Вино из арабиса обладало насыщенным вкусом, чем-то напоминающим грушевую сладость, и глубоким бордовым оттенком. Вспомнив его густую консистенцию и мягкий фруктовый вкус, Люциан чуть не причмокнул.
– Ну а как ваши дела? – спросил Фельсифул, упав в кресло, тогда как остальные встали возле невысокого стола в центре комнаты.
– Неплохо, насколько это возможно в Безгрешном городе, – ответил владыка мира мертвых. – Здесь почти ничего не происходит, в отличие от первых трех городов мира мертвых.
– А что в них? – обеспокоенно спросил Люциан, ведь его родители пребывали в первом городе.
– Слухи. – Владыка мира мертвых небрежно отмахнулся. – Кто-то поддерживает мнение, что мы узурпаторы и злодеи, которые заточили прошлого правителя в подземной тюрьме замка.
– Дай угадаю, они пытаются устроить революцию, чтобы освободить прошлого правителя, которого Ро обратила в пыль? – ухмыльнулся Фельсифул, кивнув на владычицу.
– Именно, – ответил ее муж и выдохнул. – Не переживайте, это совершенно привычное для правителей дело – подавлять подобные конфликты. Жаль, что процесс так затянулся и мы не можем разобраться с этим по щелчку пальцев, хотим отыскать зачинщика, а не карать всех подряд.
Фельсифул досадливо прищелкнул языком.
– Если что-то пойдет не так, сообщите, – безэмоционально произнес Ривер, вступая в беседу. – Может, мы хотя бы пошпионим?
– Не переживай. – Владыка мира мертвых положил ладонь ему на плечо. – Все контролирует достопочтенный советник. – Он обернулся к дверям, когда те распахнулись, и показался старший дядя Каина в компании двух слуг, держащих в руках кувшины вина. Оценив чужой запыхавшийся вид, владыка не удержался от смешка. – Ты мчался сюда на всех порах?
– Конечно, не каждый день родственники захаживают. – Советник прошел в комнату и по очереди обнял Фельсифула и Ривера, а потом поклонился Люциану и мягко сказал: – С праздником вас.
Люциан поклонился в ответ.
– Спасибо.
Он скользнул взглядом по белоснежным волосам и серебристо-голубым одеждам старшего дяди Каина, напоминающим те, в которые была облачена владычица. Казалось, даже черты их лиц сейчас стали похожи, как у кровных родственников.
– Думаю, вино стоит забрать тебе, – сказал Фельсифул, отвлекая Люциана, и кивнул на двух слуг, которые растерянно оглядывали собравшихся и не понимали, куда девать ношу. – Ты, вероятно, встретишь Киайя первым.
Кивнув, Люциан развязал узелок на поясном мешочке и поочередно спрятал кувшины внутрь.
– Останетесь на чай? – спросил старший дядя.
– Вряд ли у нас найдется время, – тоскливо вздохнув, ответил Фельсифул. – Из-за того, что пришлось проходить суды, мы немного задержались. В мире живых уже вечер, и нам стоит проверить, как проходит подготовка к торжеству. – Он поднялся с места. – Но не переживай, мы скоро заглянем, чтобы отпраздновать в семейном кругу.
Советник протянул задумчивое «хм» и кивнул.
– В таком случае давайте я помогу вам вернуться на седьмой круг. – Владыка мира мертвых махнул рукой, жестом показывая гостям встать ближе к центру комнаты.
– А у них с этим какие-то проблемы? – поинтересовался советник, пропустивший большую часть беседы.
– Временные, – ответил владыка. Он выставил перед собой наполненную духовной силой ладонь, и пол под ногами засиял белым светом, как и магические круги в судах. – Ждем вашего возвращения… в ближайшую неделю! – с нажимом добавил он, прежде чем яркий свет поглотил Люциана и божеств.
Телепортировало их не к бреши, а, казалось, на другой конец Божественного города. Не зная, в какую сторону идти, они втроем поднялись на крышу, с которой открывался хороший вид, а Люциану было проще почувствовать разрыв границы миров. Созданная им брешь за время их отсутствия еще не заросла, но ее стенки плотно прильнули друг к другу, из-за чего энергии мира живых просачивалось столь мало, что она почти не ощущалась.
Но Люциану удалось уловить ее.
Неторопливо, чтобы не потерять призрачный след, они по крышам направились в нужную сторону и наконец пересекли границу миров. Вернувшись в замок Бога Войны, они поняли, что мир и впрямь уже окутала полутьма. На одной из улиц Бессмертного города скопилось огромное количество божественной энергии, а значит, там уже собралась толпа.
Поймав встревоженный взгляд Фельсифула, Люциан прислушался к себе и сказал:
– Каин еще на совете.
– Тогда поспешим на центральную площадь.
С этими словами Фельсифул направился вперед.
По дороге каждый из них думал о том, что на площади непременно столкнутся с проблемами – организация празднеств никогда и нигде не проходила гладко. Словами не передать их глубочайшее удивление, когда они увидели не пожарище и бегающих в панике божеств, а украшенную разноцветными флагами и алыми фонарями площадь.
Вместо трио, которое они обязали помочь, трудилась одна десятая здешних божеств и их покровители, и все работали очень слаженно: кто-то заканчивал развешивать фонари, а кто-то расставлял столы и украшал витрины и фасады. Взгляд Люциана скользил по площади в поисках главного устроителя, потому что такая толпа не смогла бы работать без руководства. Когда он увидел ее – высокую статную богиню в алых одеждах, – то все понял.
Стоя на недавно установленной сцене, Богиня Власти взирала на всех свысока, пока несколько покровителей перетаскивали музыкальные инструменты позади нее. Ее волосы цвета беззвездного неба были собраны в высокую прическу императрицы и увенчаны золотыми украшениями с алыми камнями. Помимо привычных теней на веках и алой помады, на ее белоснежном лице между бровями и на щеках виднелись декоративные узоры, напоминающие цветы сливы. Вышитый на груди золотой дракон, который в некоторых землях являлся символом власти, поблескивал из-за порхающих над Риикой световых сфер.
– Ах, теперь понятно, кто их собрал, – со смешком произнес Фельсифул, заметив Риику. – И как я сразу не додумался попросить ее о помощи? Благо остальные сделали это за меня.
– Или она сама взяла власть в свои руки. – Ривер насмешливо хмыкнул. – Риику не всегда нужно просить, велика вероятность, что она увидела столпотворение и вмешалась. Сомневаюсь, что божества бы добровольно согласились подчиняться кому-то, кроме своего нача́ла.
– Тоже верно, – отозвался Фельсифул. – Ну… пойдемте к ней, расспросим, как продвигается.
Риика была занята тем, что выкрикивала указания то одной группе, то другой, и хотя голос ее звучал негромко, благодаря духовной силе его слышали все на огромной площади. Увлеченная подготовкой, она не сразу заметила приближающееся к ней трио и встретилась взглядом с Люцианом, только когда он уже подошел к сцене.
